Князь Беркутов-Туманный (СИ)

Как и следовало ожидать, род, члены которого не чураются обкрадывать своих родичей, превратился в посмешище для всей Империи, и Лаптевы сочли, что в их позоре виновата Полина. Нет, устраивать ей разнос никто, конечно же, не решился. Но в воскресенье вечером встретили настолько ненавидящими взглядами, что правильно проинструктированный водитель набрал Виктора, описал сложившуюся ситуацию и отвез девочку во дворец.
  
— В общем, в школу она поехала из дворца. Туда и вернулась. И, мягко выражаясь, не в духе… — подытожила Кукла, дала нам время переварить эту новость и перешла к следующей: — Не все радужно и в жизни Лизы: четвертого января она полетела с родителями в Саранск. Поздравлять любимого брата с днем рождения. А этот недоумок устроил истерику прямо возле КПП учебного центра: сначала категорически запретил сестре общаться с нами, а после того, как был послан в известном направлении, попытался влепить ей пощечину. Но злобная мелочь оказалась и быстрее, и жестче: поднырнула под руку, всадила кулак, обернутый защитным покровом, в печень, сломала нос ударом колена и заявила, что разочаровалась. Поэтому не хочет Пашу ни видеть, ни слышать. Но самое неприятное началось потом: родители метнулись к пострадавшему сыну и забыли о дочери. А она, послушав их причитания, психанула и ушла, куда глаза глядят.
Нет, головы не потеряла — позвонила Виктору, описала ситуацию, дождалась приезда ИСБ-шников и в их сопровождении вернулась в Новомосковск. С тех пор общается только с дедом и бабкой, родителей игнорирует и тренируется. На износ. Что дома, что у нас. Видимо, поэтому прорвалась в седьмой ранг на четверо суток раньше расчетной даты и сосредоточилась на подъеме умений до насыщения…
Само собой, Ира рассказала и об успехах Полины с Егором — о том, что первая прорвалась в Дружинники, а второй — в Ратники, о том, что эту парочку очень хвалила дочка Цесаревича, и о том, что Ульяна, дрессирующая девочку каждые выходные, называет ее упертой до невозможности. Но меня плющило от злости на Пашу, поэтому и эту часть монолога, и ответы на вопросы девчат я слушал вполуха. А потом сознание среагировало на слово «ателье», и я снова подобрался. И пусть успел вникнуть только в два с половиной предложения, этого хватило за глаза:
— … никто не знает, Недотрога и Валерий Константинович — в Пятне, а Ульяна, Соня и Таня вырубили телефоны еще в субботу днем, так что рвут на части одну Ксению Станиславовну. К слову, если бы не статья Карамзиной в журнале «Стиль», превозносящая «неописуемо мощный энергетический фон кожи настоящего Кошмара», волна интереса к нашему роду давно схлынула бы. Но этот выпуск журнала — как, собственно, и все предыдущие — разлетелся по холлам и примерочным салонов «Лада», благодаря чему каждый божий день читается и перечитывается его посетительницами. А мы, женщины — создания завистливые и упертые…
 Глава 3 
23 января 2514 по ЕГК.
…Медосмотры у Ксении Станиславовны не выявили никаких недочетов — пятый этап усиления наших организмов с помощью метаморфизма прошел именно так, как требовалось. Поэтому из кабинета целительницы мы вышли в прекраснейшем настроении, вернулись к себе и оккупировали мой любимый диван. По большому счету, до двух часов дня можно было и побездельничать, но я решил разобраться с большинством дел в первой половине дня, так что набрал Ляпишева и дал понять, что рейд удался, а добыча очень даже ничего.
Генерал обрадовался и сообщил, что будет в кабинете с одиннадцати до тринадцати ноль-ноль, пообещал, что нас запустят вне очереди, и отключился. Дозвониться до Вити не получилось: я нарвался на автоответчик, представился и, выслушав персональное сообщение, узнал, что Великий Князь и его зазноба находятся на занятиях. А вот Людмила Евгеньевна приняла звонок с первого гудка, очень тепло поздоровалась и спросила, как прошел рейд.
— Намного лучше, чем мы рассчитывали… — честно сказал я и расчетливо пробудил в ней любопытство: — … поэтому уже через час-полтора прилетим к Дмитрию Львовичу. И если у вас найдется несколько минут для встречи тет-а-тет…
— Найдется: в двенадцать ноль-ноль буду ждать вас в кабинете… — поняв намек, сообщила она, затем заявила, что ЕЙ нескольких минут не хватит, и попросила рассчитывать на получасовой разговор.
Пообещал. После того, как государыня отключилась, посмотрел на часы и набрал дочку Цесаревича. Обменявшись с ней приветствиями, сообщил, что уже вернулся в Большой Мир, соответственно, хотел бы узнать, в какой день недели и в какое время дня она сможет встретиться с Виктором Михайловичем и со мной. Выслушав ответ, предупредил, что перед тем, как выбрать один из пяти предложенных вариантов, должен буду поговорить с Воронецким. А затем вытряс из Виктории… хм… Леонидовны предельно подробный отчет о поведении мелочи на заимке спецотдела.
Услышанным, конечно же, поделился с девчатами. Уже в гардеробной, во время переодевания. А после того, как добрался до салона «Орлана», сделал вид, что смотрю в иллюминатор, и вслушался в монолог Дайны, решившей дополнить выводы Воронецкой своими наблюдениями. Комментарии помогли — я разобрался еще в нескольких нюансах характеров Полины и Егора, пришел к выводу, что мы вкладываемся в них не зря, и переключился в рабочий режим. Поэтому после приземления мультикоптера помог дамам встать, поднял с пола термос с добычей, первым спустился на крышу дворца и «сдался» на проверку Дворцовым…
…Ждать аудиенции действительно не пришлось — увидев нас, секретарь генерала мгновенно оказался на ногах, уважительно поздоровался, сообщил, что его превосходительство нас ждет, и провел в кабинет мимо толпы других желающих пообщаться с генералом. Дмитрий Львович оказался занят — строил чем-то провинившегося подполковника. Но прервал разнос, приказал бедняге подождать в приемной, вышел из-за стола, пожал мне руку и сделал девчатам один общий комплимент.
Я тоже не стал тратить время на пустопорожнюю болтовню — протянул куратору термос и обошелся тремя предложениями:
— Тут пятнадцать Искр третьего ранга и три — второго. Как обычно, с энергетическими узлами. Список умений — под крышкой.
Он пожал мне руку еще раз, пообещал, что денежки упадут на наши счета еще до обеда, коротко пересказал самые актуальные новости и проводил нас до двери. И пусть благодаря настолько короткой «аудиенции» мы заявились в приемную Императрицы намного раньше, чем планировали, лесом нас не послали — фрейлина со взглядом серийной убийцы деловито взяла нас в оборот и «в приказном порядке» напоила вкусным чаем с свежайшей выпечкой. А в одиннадцать пятьдесят восемь из кабинета выглянула Воронецкая, помолодевшая еще сильнее, орлиным взглядом оглядела журнальный столик и, убедившись в том, что все чашки уже пусты, пригласила нас к себе. А уже через полминуты собственноручно заперла дверь, торопливо развернулась на месте и поймала мой взгляд:
— Если я правильно поняла ваши намеки, то вам удалось добыть еще одну лепку, верно?
— Верно, Людмила Евгеньевна… — подтвердил я, а Оля достала из своей сумочки небольшую шкатулку-термос и протянула Императрице.
Та немного повозилась с плотно притертой крышкой, заглянула внутрь и, оценив размеры ядра, изумленно захлопала ресницами:
— Это Искра первого ранга?!!!
Я улыбнулся и загнал любопытство женщины в нужную колею:
— В этом рейде мы добрались до «единички», а там слабые животные не выживают…
— Вы добрались до «единички»? — ошалело переспросила Воронецкая, а после того, как услышала три утвердительных ответа, задала нужный вопрос в самом коротком варианте: — И как?
Беседовать с государыней, стоя возле двери, было неправильно, поэтому я повел рукой, предлагая перебраться к мягкому уголку, и скрасил «дорогу» интересным рассказом: