Мечты о нас

А если еще принять во внимание, что он будет играть вместо Кайла… Пенни права – толпа девушек, которые и вполовину не столь упрямы, как я, сразу отметят, что он не только талантливый и амбициозный, но и чертовски привлекательный мужчина. Он наверняка будет встречаться с одной из них, потому что я не смогу даже поцеловать его: при его росте мне придется закидывать голову. Мне нужно забыть его. Кроме того…
  
Как иначе это будет выглядеть со стороны? Сначала я отвергаю его, потому что он мешает моему будущему, а когда будущее растворяется как туман, приползаю к нему на костылях? Кто бы не прыгал от восторга?
Почему я думаю о поцелуе с Дрю? И почему сожалею, что давно не сделала этого? Зачем устроила сцену на вечеринке? Тогда бы точно знала, такой ли этот поцелуй, как я его себе представляю. Наверное, я хочу знать только потому, что этого никогда не случится. Или есть другая причина?
Злясь на себя, тянусь за костылями и встаю.
Уже открывая дверь, я слышу, что Бо с кем-то разговаривает по телефону.
– Да, но он еще не продан. Я могу приехать в Уоштино, если скажешь когда.
Удивленная, я ковыляю по коридору в гостиную. Что Бо продает? И что ему понадобилось в Уоштино? Там, кроме аэропорта, ничего нет.
Бо сидит на диване. Заметив меня, он немедленно встает.
– Да не проблема. Всего полчаса езды.
Бросив на меня беглый взгляд, идет на кухню, берет из холодильника банку газировки и исчезает в коридоре.
– Да, район суперэксклюзивный. Думаю, ты привык к другому.
Очевидно, Бо продолжает разговор у себя в комнате, даже дверь закрыл.
Он появляется через пятнадцать минут и с размаху плюхается на диван. Я со стоном подпрыгиваю.
– Ты оставила телефон в машине, – не глядя на меня, сует в руки мобильник.
Чтобы прочитать сообщение, мне приходится высоко держать телефон.
ХЭЙЛИ: Слышала, Принцесса вернулась в Королевство?
«Какой гонец принес вам эту весть?» – пишу я ответ. Я благодарна ей, что она не спрашивает, как я себя чувствую. Я уже не могу слышать этот вопрос. Мобильник издает странный незнакомый звук. Потом понимаю, что привычную кричалку «Синие, вперед!» кто-то заменил на шаблонный звонок.
ХЭЙЛИ: Ваш верный шут Бо поведал о Вашем возвращении самым важным персонам Вашего Королевства, чтобы каждый день один из них выражал Вам свое почтение.
ДЖУЛИ: Так что, увидимся завтра?
Я непроизвольно улыбаюсь. В клинике я не хотела никаких визитеров, но сейчас радуюсь встрече с Хэйли. После тоскливых, полных жалости недель ее простая открытость именно то, что надо.
ХЭЙЛИ: Наверное;)
– Готова пришибить парочку магов? – Бо неожиданно отбирает мобильник.
Я укладываю ногу на журнальный столик, что с шиной превращается в спортивное достижение, и хлопаю в ладоши:
– Всегда готова!
Сидя здесь на диване, я понимаю, как хорошо дома. Где-то, где не пахнет дезинфицирующими средствами. Где не накрахмаленное постельное белье. Еда не подается в одно и то же время. А больше всего – я могу поиграть с братом в плейстейшн. Я рада, что я жива и у меня есть возможность радоваться этим мелочам. Мелочам, которые начинаешь ценить только тогда, когда почти потерял.
Сигнал мобильника. Ожидая увидеть сообщение от Хэйли, я с удивлением моргаю.
Мистер Алабама.
Сердце испуганно спотыкается, но затем бьется часто-часто. Оно не знает, что будет дальше. Радиотишина закончилась? По какой причине? Я делаю глубокий вдох для храбрости.
МИСТЕР АЛАБАМА: Богиня снова на Олимпе? Большой привет из Алабамы.
И все. Два предложения. Я ждала большего? Или чего-то другого? Решаю ответить так, как будто ничего не произошло. Как будто я не скучала по его сообщениям. Как будто я не думала о нем так часто.
ДЖУЛИ: Скорее зомби из запчастей, чем богиня. Что поделываешь? Большой привет из Фейр-Хэвена.
МИСТЕР АЛАБАМА: Значит, теперь ты Киберкошечка? Мы только что закончили пить чай и собираемся покидать пару мячей. Береги себя. Мне надо идти. Я напишу тебе позже.
Надо же! Кто-то очень скучал по мне. Влечение прям фонтанирует из строк, вот так, между чаем и мячами. Я отбрасываю мобильник на диван и беру геймпад.
– Пора поквитаться с магами.
Ужин с отцом кажется странным. Последние разговоры вертелись вокруг травм и методов лечения. Ничего не изменилось.
– Увидимся завтра в пятнадцать часов в моем кабинете, – коротко говорит он, не глядя на меня. – В спортивной одежде и планом физиопроцедур из клиники.
Вместо ответа я вздыхаю. С одной стороны, я рада, что отец хороший физиотерапевт, он отлично разбирается в спортивных травмах. С другой стороны, он все еще мой папа, и рано или поздно он прочитает давно назревшую лекцию о том, что всегда считал чирлидинг опасным и неразумным видом спорта.
– Есть пожелания по поводу отложенного празднования дня рождения? – внезапно и к счастью меняет тему папа.
Бо откидывается на спинку стула:
– До конца года никакой лазаньи. Я на нее смотреть не могу.
Я сочувственно улыбаюсь. Очевидно, что папа последние недели был в невероятном стрессе, если он так часто делал лазанью.
Я не знаю, чего я хочу. Может, новые книги? Я еще не нашла подходящей позиции для чтения книг, сразу начинает болеть шея. В любом случае после замечательной уборки снова появилось много места на полках.
– Больше никакой терапии, – робко предлагаю я, на что получаю укоризненный взгляд отца. – Если нет, то принести все мои вещи из гаража.
И это желание проигнорировано.
После ужина я возвращаюсь в свою комнату и первым делом меняю картинку и звонок на мобильнике.
Около одиннадцати я лежу в кровати без сна. В нерешительности нащупываю мобильник. Дрю не писал, хоть и обещал. Прилагаю все усилия, чтобы не написать самой. После еще одного бессонного часа я перестаю бороться с собой.
ДЖУЛИ: На Олимпе одиноко.
Ответа нет. Может, Дрю меня забыл. Может, у него батарейка села. Может, за время моего отсутствия он познакомился с другой и сейчас пишет ей. Так или иначе, мне придется принять эту истину – жизнь изменилась. И возврата к прежней жизни, к которой я привыкла и которую не ценила, не будет.
Я дома, но постель тоже чужая. Пустые полки выглядят непривычно. Все по-другому, не так, как было. И нет смысла притворяться, что все осталось как всегда.
Через некоторое время я с трудом засыпаю.
«Синие, вперед!» Около двух ночи телефонный звонок выдирает меня из путаного сна. Дисплей светится прямо у головы и ослепляет глаза. Моргая со сна, я беру телефон.
МИСТЕР АЛАБАМА: На Олимп приглашаются смертные?
Дрю, в два ночи?! Шутишь?! Я слишком устала, чтобы отвечать, откладываю телефон и чувствую, как глаза закрываются.
Когда раздается стук в дверь, я способна только на стон.
– Джулс? – тихо говорит Бо. В приоткрытую дверь просачивается свет из коридора.
Из груди вырывается еще один стон. Если он будит меня среди ночи, случилось что-то серьезное.
– Что такое?
– Ты спишь?
– Да, ты говоришь с автоответчиком. – Я натягиваю одеяло на голову. Явно не мое время.
– Окей, спи дальше. Но если утром обнаружишь гостя на диване, не удивляйся.
  
– О чем ты?
Зевая, я приподнимаю край одеяла и чуть не захлебываюсь слюной, когда вижу входящего Дрю. Наверное, я еще сплю, решаю я, и зеваю еще раз. Никакой причины, чтобы Дрю среди ночи находился в моей комнате, быть не может. Он же в Алабаме, он сам написал.