Слишком хорошо (ЛП)

Каспиан часто шутил, что, если бы Эйнсли не пошла в колледж или в армию, она стала бы отличным помощником в подготовке к Судному дню. Мы катались на велосипедах, а потом нам случайно приходила в голову идея отправиться на пляж, но, если с нами была Эйнсли, это требовало дополнительного времени. Ей приходилось возвращаться домой, переодеваться и собирать новую сумку, в которой было полно всякой ерунды, которая ей никогда не была нужна. Только когда я занялся спортом, я оценил это. Она всегда приходила с сумкой, и в ней обычно было все, что нам нужно.
  
– Вижу, ты усовершенствовала свои навыки в плане времени, – уточняю я.
– Мне бы хотелось так думать.
– Какую книгу ты читаешь? – спрашиваю я.
Она откидывается назад, поправляя плед.
– Я закончила одну вчера вечером. И решила попозже начать новую, но не уверена, в каком я настроении.
– В плохом, – говорю я себе под нос.
Эйнсли бьет меня по груди.
– Задница.
– Меня называли и похуже. Так какие есть варианты?
Она достала свою электронную книгу и открыла ее.
– Сначала я подумала, что, возможно, мне нужен исторический роман – обычно это мой конек. Потом я подумала, что инопланетная романтика – это то, что я должна попробовать, но тут мне порекомендовали эту книгу.
Я беру устройство и с подозрением смотрю на нее.
– Книга о девушке, любящей лучшего друга своего брата.
– Ну, если ты читал аннотацию... очевидно, что он влюблен в нее, а она – нет.
Я явно что-то читаю, и это не аннотация.
– Понятно, ну что ж, удачи ей.
– Или ему, – добавляет она. – Чаще всего идиотом оказывается парень.
– Да, женщины всегда здравомыслящие.
– Я с этим согласна.
– Это был сарказм, – сообщаю я ей. – Особенно ты, не можешь похвастаться здравым умом.
– Ты часто думаешь обо мне, да?
Я смеюсь.
– Нет.
Я думаю о ней все время, черт возьми.
Она засовывает электронную книгу обратно в сумку.
– Как я уже сказала, не уверена, что у меня сейчас подходящее настроение. Возможно, я предпочту инопланетян. Может, у них когнитивные функции выше, чем у людей на этой планете.
Почти уверен, что это укол в мой адрес, но я его пропустил.
– Счастливого чтения.
– А ты?
– А что насчет меня?
Эйнсли поворачивается ко мне лицом.
– Пожалуйста, ты ведь тоже всегда был любителем чтения, Лек. Что у тебя в книжном каталоге?
Иногда я забываю о том, сколько всего мы с ней пережили за эти годы, о нашей дружбе, которая завязалась сама собой. О временах, когда вынужденное трио становилось только ею и мной. Мы говорили с ней о таких вещах, о которых я и представить себе не мог. Эйнсли стала и моим другом.
Я скучала по ней.
Я ненавидел то, что скучал по ней.
– Я читаю очередной триллер.
– Что-нибудь хорошее?
Я пожимаю плечами.
– Все они начинают казаться одинаковыми.
– Может, пора сменить жанр, – предлагает она. – Ты же знаешь, у Хейзел в магазине куча вариантов. Наверняка там найдется что-нибудь, что ты сможешь попробовать.
Я улыбаюсь ей озорной улыбкой.
– Я могу почитать одну из твоих книг.
– Тебе стоит. Это как руководство по общению с женщинами. Наверное, больше мужчин были бы гораздо счастливее, если бы читали романы. Господь знает, что у вас и так все было очень хреново. Хуже уже не будет.
Я смеюсь.
– Думаешь, они меня вылечат?
Эйнсли качает головой.
– Не думаю, что в мире достаточно романов, чтобы тебя вылечить.
– Ты даже не представляешь, какой я теперь, – напоминаю я ей. – Четыре года могут изменить человека. Заставить его понять ошибки, которые он совершил, и поверить в любовь.
Ее карие глаза слегка расширяются.
– Ты? Поверил в любовь. О, пожалуйста, расскажите мне о женщине, которая привела тебя к этому вновь обретенному пробуждению. Она молода? Пожилая? Может быть, она работает в службе пожарной безопасности? Учительница? Или... может быть, она вымышленная.
Она прекрасно знает, что никого нет. Каспиан или любой другой житель этого города сказал бы ей, когда она приехала.
– Я не говорил, что у меня кто-то есть, просто я уже не тот парень, которого ты знала тогда.
Я научился отключаться, отключать свои желания, забывать, что единственная женщина, которую я хочу, не предназначена для меня – до тех пор, пока Эйнсли не вернулась в мою жизнь.
– Тогда я задам другой вопрос. Расскажи мне о себе, – она наклоняется, все ее внимание сосредоточено на мне.
Я сужаю глаза, потому что не думаю, что это Эйнсли хочет узнать все о последних четырех годах. Я уверен, что Эйнсли хочет получить информацию о своей чертовой истории.
Тем не менее, я подыграю.
– Давай посмотрим, я – Дева, люблю приключения и острые ощущения, но также мне нравятся вечера, когда можно посмотреть фильм и почувствовать, как порхают бабочки, от того, что парень заполучил девушку.
Она закатывает глаза.
– Во-первых, ты не Дева. Ты Весы. Во-вторых, заткнись.
Я смеюсь.
– Ты спросила.
– О тебе, а не о какой-то дурацкой биографии, которую ты подделал. Мы должны заполнить четыре года пробелов.
– Сначала расскажи мне о себе, – говорю я, откидываясь в кресле.
– Что ты хочешь знать?
– Все, что угодно.
Все.
Эйнсли вздохнула.
– Давайте посмотрим, я закончила Нью-Йоркский университет и была лучшей в группе. У меня были грандиозные планы, что я найду работу в Нью-Йорке, буду писать истории, которые люди будут ставить в рамки – люди, кроме моего отца, – уточняет она. – Но это были лишь мечты молодой девушки. Вместо оплачиваемой работы я получила стажировку на Манхэттене, но не смогла ее пройти из-за... счетов. Адмирал сказал, что дни моей свободы закончились и он не собирается платить за то, чтобы я наслаждалась жизнью без стресса.
Мы оба смеемся над этим.
– Он такой предсказуемый.
– Точно! Клянусь, если бы Каспиан или я согласились надеть форму, это чертовски облегчило бы ему жизнь. Он бы знал, что с нами делать, если бы мы были моряками. В любом случае, никакие уговоры и хлопанье ресницами не позволили мне остаться на этой работе. Я нашла работу в городе, которая оказалась... чертовски замечательной, или, по крайней мере, мне так показалось. Мой босс милый, но мне постоянно приходится писать о моде и модных прическах, – она делает прищуренное лицо при последней фразе.
– И это не то, чего ты хочешь?
Она качает головой.
– Я хочу писать о политической жизни. Я хочу рассказывать истории, которые имеют значение и могут изменить чье-то мнение, потому что я смогла представить альтернативную точку зрения или потому что факты были изложены четко и ясно. В большинстве случаев я читаю статьи и не имею ни малейшего представления о том, что в них на самом деле, потому что это материал с изложением мнения.
– Так что же тебя останавливает? – спрашиваю я.
–Мне должны поручить писать истории.
От поражения в ее голосе мне хочется дать понять ее боссу, что он чертов идиот. Неужели он не видит, насколько она гениальна? Эйнсли должна была поджечь мир и создать из пепла нечто прекрасное.
Она – сила, которую невозможно сдержать.
– Тогда получи эти истории.
– Да, вот так просто, – вздохнув, говорит она.
– Я серьезно, Эйнсли. Ты не из тех, кто сидит и ждет. Ты всегда рвалась вперед и добивалась того, чего хотела. Это одна из тех вещей, которые мне в тебе нравятся.
– И снова эмоций. Кто ты?
– Хотелось бы знать.
Эйнсли наклоняется.
– Именно поэтому я здесь. Чтобы раскрыть все твои слои.
– Ты многого не знаешь. Кроме того, у меня нет слоев.
– А я думаю, что есть. Ты отличный отец, который любит свою дочь всем сердцем. Ты пожарный, готовый пожертвовать своей жизнью ради любого, кто в ней нуждается. Ты – бывший элитный спортсмен, который ушел из спорта и никогда не оглядывался назад. И самое главное – ты капитан команды по фрисби. Очень много слоев, которые нужно снять.