Слишком хорошо (ЛП)

– Мы не опоздаем.
Она не выглядит уверенной в моем обещании. Дверь гостевой спальни открывается, и оттуда выходит Эйнсли в шортах и майке.
Слава Богу, у меня в руках нет кофе, а то бы я его уронил. Она зевает, поднимая руки, и мне хочется, черт возьми, вылить горячую жидкость из кастрюли себе в глаза, потому что это зрелище я никогда не выкину из головы. Может быть, я смогу его выжечь.
  
Роуз зовет ее по имени и бросается к ней.
– Хочешь прийти ко мне сегодня на соревнования?
Пожалуйста. Боже, нет.
– Ух ты! Посмотри на себя в своем наряде. Я бы с удовольствием пришла посмотреть, как Уэст играет в настоящий спорт, – с ухмылкой говорит Эйнсли, глядя на меня.
– Отлично.
Я поворачиваюсь, чтобы налить кофе в свою чашку и отпить из нее.
Большая ошибка.
Черт возьми.
Он обжигающий.
Я делаю все возможное, чтобы не закашляться и не показать дискомфорт, потому что не хочу выглядеть еще большим идиотом перед этой девушкой.
Я едва успеваю взять себя в руки, как чувствую руку на своем плече.
– О, кофе.
Я громко вздыхаю, и Эйнсли поворачивается ко мне.
– О, Боже, ты в порядке?
Я киваю, слезы застилают глаза от задержки дыхания, и я кашляю. – Да. Отлично. Прекрасно.
Она смотрит на меня с беспокойством в глазах, как у лани, а потом улыбается.
– Кофе горячий. Нужно ли наклеить табличку с предупреждением на твою чашку?
– Нет.
Это она должна быть с предупреждающей этикеткой.
Эйнсли тихонько смеется и поворачивается к Роуз.
– Во сколько соревнования?
Роуз чуть не подпрыгивает.
– Через два часа, но мы должны туда ехать сейчас, потому что мне нужно размяться, и чтобы одна из мам сделала мне макияж, потому что папа не может.
– Хорошо, я пойду переоденусь. Я хочу убедиться, что выгляжу презентабельно.
Я прочищаю горло, которое все еще горит.
– Ты хорошо выглядишь в любой одежде.
– О, это комплимент?
– Возможно.
– Возможно? Тогда я действительно должна найти что-то, чтобы удивить тебя.
Я посмеиваюсь.
– Эйнсли, ты всю жизнь этим занималась.
Она улыбается и несколько раз моргает.
– Спасибо…
Роуз хмыкает.
– Мы никогда не успеем вовремя!
– Не бойся, я ненавижу опаздывать, – говорит ей Эйнсли. – Я переоденусь, и мы отправимся в путь. Ты не против, если мы сделаем кое-что по дороге? – спрашивает она у Роуз.
– Что?
– Может, остановимся выпить кофе?
Роуз, похоже, раздумывает над этим.
– Если ты пообещаешь, что мы не опоздаем.
Эйнсли поднимает руку.
– Клянусь, – она касается носа Роуз и возвращается в свою комнату, чтобы переодеться.
Я смотрю на дверь, изо всех сил стараясь не представлять, как она стягивает с себя футболку, а лифчика на ней точно нет. Потом снимает шорты. Интересно, какое на ней нижнее белье, или она его тоже не носит? Она совсем голая? Если бы случился пожар и я вошел туда, то увидел бы все то, о чем мечтал, но к чему едва успел прикоснуться?
– Папочка?
Я моргаю, отстраняясь от этой мысли, и вижу, что моя дочь держит руку на бедре.
– Что?
– Я спрашиваю, взял ли ты мне что-нибудь перекусить?
Точно. Перекус.
– Да.
– Хороший?
– Я упаковал тот, который ты точно собираешься съесть, – говорю я с ехидной ухмылкой. Роуз открывает сумку и облегченно вздыхает, увидев пакетик «Cool Ranch Doritos», ее любимых. Она бросается на меня, обхватывая руками мою шею.
– О, ты положил мои любимые чипсы? Ты самый лучший папа в мире.
– В мире? И все это из-за пакетика чипсов?
Роуз поднимает на меня глаза и кивает.
– Моих любимых чипсов.
– Даже если ты волнуешься, что опоздаешь?
Она кивает.
– Я люблю тебя.
– Я люблю тебя еще больше.
Через секунду Эйнсли открывает дверь.
– Это было достаточно быстро?
– Да! – Роуз отпускает меня и бежит к ней. – Мы можем уже ехать? Пожалуйста!
Я вздыхаю.
– Ладно, давай принесем Эйнсли кофе, а потом отвезем тебя на соревнования.
Мы отправляемся в «Prose & Perk», откуда она выходит с кофе для нас обоих.
– Спасибо.
Эйнсли улыбается, и я чувствую это в своей груди.
– Без проблем. Предупреждаю, кофе очень горячий. Так что, знаешь, не пытайся выпить его залпом, – она заправляет волосы за ухо и поворачивается к Роуз, игнорируя мой раздраженный взгляд.
– Расскажи мне все об этом конкурсе.
Роуз пускается в подробности, рассказывает о костюмах и о том, что она самая младшая в команде. Когда я вижу ее такой взволнованной, все эти безумства стоят того. Роуз всегда была легким ребенком. Она была прекрасным младенцем, у нее никогда не было истерик, а когда мы переехали в Эмбер-Фоллс после смерти моей матери, мы были друг для друга всем.
Это еще раз подтвердило, почему мой выбор отказаться от карьеры, из-за которой меня постоянно не было дома, стоил того.
– Я люблю свою команду и друзей, которые у меня есть, – говорит она с радостью в каждом слове.
Эйнсли улыбается.
– Это самое лучшее. Не могу дождаться, когда увижу тебя!
Мы подъезжаем к большому зданию, где проходят соревнования, и находим ее тренеров.
– Почему бы тебе не проверить свою сумку, чтобы мы могли идти? – предлагаю я.
Роуз поднимает сумку.
– Все в порядке.
– У тебя есть косметика, дополнительные резинки для волос, форма и все остальное, о чем я забыл упомянуть?
Роуз кивает.
– Да. Пока, папа.
– Пока, Роуз, удачи.
Она обхватывает меня за шею, а затем обнимает Эйнсли.
– Удачи, милая.
– Спасибо! – говорит Роуз, прежде чем убежать.
Я стою рядом с Эйнсли и смотрю, как моя дочь обнимает всех остальных девочек. Когда я поворачиваюсь, то вижу, что Эйнсли смотрит на меня со странным выражением лица.
– Что?
– Ты отличный отец, ты знаешь об этом?
Я не думаю об этом.
– Я хочу, чтобы она была счастлива. Если для этого придется возить ее на соревнования по чирлидингу или если она захочет пони, я сделаю для нее все возможное.
– Продолжай говорить такие вещи, и все женщины будут вешаться на тебя.
– Меня не волнуют другие женщины, – я произношу эти слова и думаю, слышит ли она двойной смысл. Они мне безразличны, потому что мне небезразлична ты.
– А кто тебя интересует, кроме Роуз?
– Ты.
Она вздыхает и слегка отходит назад. Ее губы приоткрыты, и она смотрит на меня любопытными глазами.
– Правда?
– Ты знаешь, что да.
Прежде чем мы успеваем углубиться в этот разговор, который нам, наверное, все равно не стоит вести, по громкоговорителю объявляют название команды Роуз и сообщают, что они должны пройти в комнату для подготовки.
– Леклан...
– Пойдем, нам нужно найти место. Роуз скоро будет выступать.
Я кладу руку ей на спину и веду ее к трибунам, в очередной раз коря себя за то, что позволил проявиться своим чувствам.
***
– Эй, Леклан! – говорит одна из мам, кажется, ее зовут Дебби, и показывает пальцы вверх.
– Тонко подмечено, – со смехом говорит Эйнсли.
– Что?
Она поднимает брови.
– Только не говори мне, что ты не знаешь, когда женщина к тебе пристает.
Я бросаю взгляд на Дебби, которая сидит с четырьмя другими мамами.
– Она вежлива.
– Наверняка.
– Ревнуешь?
– Я тебя умоляю.
Как же мне не хватало ее ежедневного сарказма.
Мы находим место на самом верху стадиона, и Эйнсли хватает плед, накидывая его на ноги.
– Что еще у тебя в этой сумке? – спрашиваю я.
– У меня есть немного закусок, салфетки, еще один плед, потому что я никогда не знаю, когда могу замерзнуть, мой телефон, портативное зарядное устройство и книга.
– Когда, черт возьми, ты успела все это собрать?
Эйнсли переключается на меня.
  
– Я всегда готовлюсь. Ты же знаешь. Я быстро переоделась, а потом разложила все свои возможные потребности, прежде чем решить, какие вещи будут нужными.