На моих условиях (СИ)

- Привет, - вежливо отзываюсь я. - А Костя где?
- Скоро будет. Пока мы мейк сделаем, он как раз приедет, - тараторит девушка. - А ты красотка! И кожа такая хорошая, даже тоном нечего перекрывать.
Я вяло улыбаюсь в ответ на комплимент, но это не более чем дань вежливости. На самом деле я разочарована: ожидала, что Костя встретит меня здесь, ведь я согласилась на эту съёмку только из-за него, но у него, как всегда, находятся более важные дела.
Скинув с себя ветровку, я сажусь на стул перед зеркалом. Ася подтягивает ко мне передвижной столик с косметикой и протирает руки антисептиком.
- Времени у нас не очень много, - замечает она с сожалением. - Поэтому маску сделать не успею. Но все остальное будет по высшему разряду.
Я закрываю глаза и поднимаю лицо, ощущая, как кожи касается влажный ватный диск. Обычно в кресле визажиста я расслабляюсь, но сейчас ощущаю себя натянутой как струна. Если буду честна, признаюсь, что меня беспокоит возможная реакция Максима. Я не планирую утаивать от него факт съемки, потому что не считаю, что делаю что-то плохое. Но если бы Костя был на месте, рядом, мне было бы куда проще отвлечься от гнетущих мыслей.
- Можешь снять футболку? - просит меня Ася.
Удивленно распахиваю глаза и ловлю на себе профессионально-равнодушный взгляд девушки.
- Зачем?
- Хочу припудрить шею и декольте. Может быть, потребуется хайлайтер. Костя, конечно, будет ретушировать снимки, но, сама понимаешь, в съемке белья нет мелочей.
- Белья? - я даже подпрыгиваю на месте. - Я не снимаюсь в белье!
- Я думала, ты знаешь... - она недоуменно хлопает наращенными ресницами. - Костя сказал, что ты заменишь Катю Самойлову, а с ней он планировал снимать бельевой проект для «Грации».
Глава 26
- Ты должен был меня предупредить! - задыхаясь от возмущения, бросаю в лицо ошарашенному Косте, едва он переступает порог фотостудии.
Он неуверенно переминается с ноги на ногу и настороженно разглядывает меня, словно до конца не понимает причину, по которой я так разбушевалась.
- Детка, чего ты так кипятишься? - он пожимает плечами в своей типичной манере, которую раньше я находила совершенно неотразимой. Сейчас же она лишь подливает масла в огонь моего негодования. - Это всего лишь съемка.
- Кость, ты же знаешь, что я не снимаюсь в купальниках и белье! - напоминаю я, стараясь контролировать свой голос.
Это мне не удается: запоздало понимаю, что говорю на повышенных тонах, но эмоции захлестывают меня, и я просто не в состоянии сдерживаться.
- Вспомни сколько раз мы обсуждали это в прошлом! - не унимаюсь я. - Я всегда отказывалась от бельевых съемок. Почему ты решил, что сейчас что-то изменилось?
- Да это и не белье вовсе! Подумаешь, пара халатов и ночнушек, - говорит он недовольно морщась.
- Это то же самое! - сердито бросаю я.
Мой категоричный отпор для него явно неожиданный. Я вижу это по его изумленному лицу, по растерянному выражению глаз, которые мечутся по фотостудии, избегая смотреть на меня. Складывается ощущение, что Костя впервые не знает, что мне сказать и как выкрутиться из дурацкой ситуации, в которую он поставил нас обоих.
- Что ты хочешь, чтобы я сделал? - спрашивает он через несколько секунд с ласковой улыбкой. - Если я пообещаю тебе, что все будет максимально скромно, ты мне поверишь? Халат, шарф, простынь - скажи мне, в чем тебе будет комфортно, и я это устрою.
- Ты не понимаешь, - я сокрушенно качаю головой.
- Я сделаю так, как ты захочешь, только не бросай меня. У меня все сроки горят - проект сдавать завтра. Впереди бессонная ночь за обработкой, - его умоляющий взгляд заставляет меня немного смягчиться. - Пожалуйста, Влада, помоги мне. Для меня это очень важный клиент.
Я тяжело вздыхаю и отворачиваюсь к окну. Впервые с момента нашего знакомства Костя кажется мне младше, чем я. Раньше в его присутствии я всегда ощущала себя малышкой, а теперь мы словно поменялись местами. Этот его просящий взгляд, умоляющие интонации, вся эта ситуация, которая вызвана его самонадеянностью...
 
Если бы на его месте был любой другой человек, я бы не задумываясь сказала «нет» и ушла, не обернувшись. Но это Костя. Злясь на себя, на свои внезапно вспыхнувшие эмоции и на то, что вынуждена идти наперекор себе, я понимаю, что не могу отказать Косте, не могу уйти, поставив его в безвыходное положение.
- Я не хочу, чтобы на фотографиях было видно мое лицо, - говорю напряженно, даже не оборачиваясь к нему. - Это ты можешь мне пообещать?
- Детка, а профиль?
- Нет, Костя! - отрезаю холодно. - Ты же все сам прекрасно понимаешь. И причины, по которым я отказываюсь от такого рода съемок, тоже.
Он вздыхает, как будто признавая свое поражение.
- Но ты больше не живешь с отцом.
- Не живу, - соглашаюсь я. - Но он все еще мой отец. И когда я только начинала работать моделью, я обещала ему, что никогда не стану сниматься в белье. Свои обещания я не нарушаю. Точнее, не нарушала до этих пор.
- Твоя взяла, - произносит Костя с лукавой улыбкой, которая обычно сводит меня с ума, но сейчас оставляет равнодушной. - Без лица.
Я киваю.
Чтобы нам никто не мешал, Костя просит стилиста разложить образы на диване и удалиться. Ася ретируется сама - она явно все еще не отошла от сцены, которую я закатила, узнав про характер съемки. В итоге уже через несколько минут мы с ним остаемся одни.
За что я люблю работу с Костей - на площадке он ведет себя как настоящий профессионал. Он четко знает, чего хочет и умеет доходчиво объяснить, как встать и куда наклониться, чтобы кадр сложился.
Как он и обещал, мы откладываем в сторону трусики и бюстгальтеры и ограничиваемся ночными сорочками и халатами. Несмотря на то, что я бывало снималась в платьях откровеннее этих вещей, я все же подсознательности ощущаю, что совершаю нечто непростительное. Даже не столько по отношению к отцу, который поступил со мной куда хуже, сколько по отношению к Андрееву.
Отбрасываю мысли о муже, следуя новой команде Кости, который просит меня облокотиться на спинку бархатного кресла. Потом по его просьбе встаю к камере спиной, спуская халат с плеч. 
Он не теряет времени, и, несмотря на мой очевидный дискомфорт, мы действительно заканчиваем съемку ровно через два часа, тогда как с любым другим фотографом работа затянулась бы минимум на четыре.
- Хочешь посмотреть? - спрашивает Костя, когда я выхожу из примерочной уже полностью одетая в собственную одежду.
Я с улыбкой киваю. Теперь, когда съемка позади, я позволяю себе немного расслабиться.
- Ты великолепна, Влада, - он выводит на экран ноутбука кадры с флешки. - Вот этот образ просто пушка.
Я быстро кликаю мышкой, одну за другой перелистывая фотографии. Съемка действительно очень красивая и чувственная, даже несмотря на то, что максимум, что на них видно - это декольте, колени и мою шею.
- Красиво, - соглашаюсь я. - Только это не отправляй никуда, - прошу я, указывая на единственный кадр, где я смотрю в камеру через плечо.
- Это я для себя снял, - оправдывается Костя. - Очень естественно получилось. Свет такой хороший и выражение твоих глаз - одновременно смущенное и порочное. Не смог устоять перед искушением.
Рассмеявшись, я играючи толкаю его в плечо, но он вдруг перехватывает мою руку, крепко прижимая ее к своей груди.
Наши глаза встречаются. Его голубые наполнены непонятной досадой и сожалением, и чем-то еще, что я ни разу не видела в его взглядах, обращенных в мой адрес.
- Мне надо ехать, - говорю я внезапно осипшим голосом.
- Конечно, - соглашается он, но не выпускает руку из своего захвата. - Как я мог не заметить, Влада?
Это вопрос он произносит тихо и ни к кому конкретно не обращаясь, словно разговаривает сам с собой, но у меня замирает сердце.
- Что?
- Это, - он чуть крепче сжимает мои пальцы.
- До свидания, Костя, - произношу я, отодвигаясь, вынуждая его отпустить меня.