На моих условиях (СИ)

- Очень много, - отвечает он тихо, и я впервые за время нашего знакомства слышу в его голосе усталость.
- Но ты любишь свою работу, - я произношу эту фразу не в качестве вопроса, а как утверждение.
Максим внезапно хмыкает.
- Да, Влада. Работа играет важную роль в моей жизни.
- Еще бы, - неосторожное замечание слетает с моих губ.
- И что это означает? - с любопытством интересуется Андреев.
- Это же очевидно, - язвительно парирую я, чтобы скрыть собственное смущение. - Ты согласился жениться, чтобы получить повышение.
- Это была лишь одна из причин. И далеко не самая веская.
Вновь возникает неловкая пауза. Максим словно ждет от меня чего-то: встречного вопроса, реакции, но я инстинктивно чувствую, что в разговоре с ним мне безопаснее держаться нейтральных тем, не связанных с нашим браком.
- Там должно быть холодно? - спрашиваю преувеличенно бодро.
- Минус три, представляешь? - с некоторой заминкой он включается в мою игру.
- Брррр! И это середина сентября!
- Говорят, что через неделю может выпасть снег.
- Какой ужас! - я драматично понижаю голос.
- Из-за особенностей климата холод тут ощущается по-другому, - напоминает он равнодушно, но не сдерживается и многозначительно добавляет: - Но я бы не отказался вернуться туда, где теплее. Во всех смыслах.
Перед моими глазами явственно оживает сцена утреннего прощания. Щеки начинают пылать и мне приходится прижать телефон к уху плечом, потому что ладонь становится влажной, и я ожесточенно тру ее о краешек хлопковых домашних брюк.
- Мне пора заниматься.
Максим демонстративно вздыхает.
- Да-да, - говорит он с понимающим смешком. - Не засиживайся допоздна, Влада.
- Угу, - бормочу тихо.
- Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
Глава 25
- Как видишь, мам, - с умиротворенной улыбкой закрываю толстую книгу и откладываю ее в сторону. - И в этой истории добро победило зло. Все так, как ты любишь.
Ответом мне служит тишина, но я и не рассчитываю на что-то иное. С каждым убегающим в прошлое днем, неделей, месяцем я привыкаю воспринимать случившуюся в нашей семье трагедию не так остро. К тому же, мама всегда учила меня, что надежда на чудо должна быть даже там, где кажется нет ничего, кроме непроглядной темноты.
Этим утром, после вошедшей в привычку тренировки и контрастного душа, я сразу приехала в клинику – пока Андреев мерзнет на севере, я возобновляю традицию регулярных визитов к маме. Из-за насыщенного расписания последних двух недель я навещала ее неоправданно мало, и сейчас намеренна это изменить.
Неспешно поднимаюсь с кресла и, размяв затекшие от долгого сидения на одном месте мышцы, бросаю взгляд на наручные часы.
- Ой, - удивленно вскрикиваю я. - Мам, мне пора ехать в университет, но завтра я вернусь и привезу новую книгу. У меня в запасе еще один бестселлер для совместного чтения.
Последние слова я бросаю уже на ходу, закидывая за спину рюкзак и дергая ручку входной двери в палату.
Меньше чем через минуту выбегаю из клиники, оглядывая парковку в поисках такси. Свою машину я накануне оставила на сервисе официального дилера, чтобы устранить вмятины и царапины, которые остались на моей малышке после столкновения с Андреевым две недели назад, поэтому последние сутки приходится передвигаться на попутках.
Запрыгнув в свободное такси, достаю из кармана ветровки мобильный: до первой пары остается всего полчаса, и я начинаю волноваться, что по загруженным дорогам не успею вовремя. Пролистываю вниз контакты мессенджера, чтобы найти переписку с сокурсницей и предупредить, что могу опоздать, но экран вспыхивает входящим звонком.
Костя.
Глубоко вдыхаю и до боли закусываю губу. С той самой встречи, когда Андреев грубо прервал наш разговор, мы с Костей не общались. Он предсказуемо не звонил, но я-то должна была найти возможность извиниться. Испытываю одновременно жгучий стыд, волнение и смущение. Если бы я не была так занята собственной борьбой с Максимом, которая отнимала все мои силы, я бы давно все ему объяснила, не позволила бы себе так долго молчать.
 
- Костя, привет! – говорю в трубку преувеличенно бодро.
- Здравствуй, детка, - теплые нотки в родном голосе позволяют мне выдохнуть с облегчением - он не обижается. - Как твои дела? Надеюсь, новоявленный муж не заточил тебя в башне?
- Я в порядке, - смущенно бормочу я. – Извини за ту сцену. И за то, что раньше не позвонила, тоже извини.
- Это ты меня извини, принцесса. Я был настолько ошарашен твоим статусом жены, что мне потребовалось дополнительное время, чтобы переварить эту новость.
- Переварить это и мне было непросто, - замечаю тихо, но Костя слышит.
- Тогда почему ты вышла за него, Влада? – спрашивает он уже совершенно серьезно. – Ты не произвела на меня впечатление счастливой невесты. Это меня волнует.
К глазам неожиданно подступают слезы: одно дело, самой свыкнутся с происходящим, совсем другое - объяснить свое смирение кому-то столь дорогому и близкому, как Костя.
- У меня все хорошо, просто все так быстро закрутилось, что я немного устала, - сбивчиво объясняю я. - А ты просто так звонишь?
Судя по невеселому смешку в трубке, моя неумелая попытка перевести разговор в другую плоскость, не остается им незамеченной. Но я понимаю, что обсуждать Андреева с Костей кажется мне совершенно неуместным и неправильным.
- Не просто так, - после секундной заминки произносит он. - Как всегда хочу, чтобы принцесса меня спасла.
- Что случилось?
- У меня сегодня съемка для глянца, а модель слегла с пищевым отравлением, - говорит он. – Надеюсь, ты сможешь меня выручить?
Я ежусь от внезапного холодка, который бежит по спине, желудок скручивается от неприятного предчувствия, а в голове оживают категоричные слова Андреева касательно съемок с другом.
- Кость, у меня пары… - напоминаю я.
- Я не планирую отвлекать тебя от учебы. Съемка не начнется раньше пяти, и это всего на пару часов, - он играючи отбрасывает мое возражение, и приводит собственные аргументы: - Обещаю, что уже в семь ты будешь свободна.
Я неуверенно кусаю губу, размышляя над своими вариантами.
- Обе модели, которые мне предложило агентство, совсем не в формате, - не сдается Костя. - Мне нужна ты, детка.
«Мне нужна ты». От этих слов сладко ноет в груди и, несмотря на напряжение, уголки губ приподнимаются.
- Хорошо, - соглашаюсь я. - Куда мне подъехать?
- Я скину тебе геолокацию.
Завершив разговор, я откидываюсь на спинку автомобильного кресла и нервно кручу обручальное кольцо на пальце. Как-то так получилось, что я стала носить его постоянно. Наверное, осознала и приняла тот факт, что дело сделано и назад пути у меня нет. По крайней мере до тех пор, пока Андреев не наиграется в семью.
Перед глазами встает образ мужа. Самоуверенный, порой надменный, но при этом предельно корректный и заботливый. Прокручиваю в голове наш с ним вчерашний разговор по телефону и чувствую, как начинают гореть щеки.
Максим уехал четыре дня назад и не было ни одного вечера, чтобы он не позвонил. Как правило, звонки были короткими, потому что общаться с ним все еще было крайне непривычно, и я так нервничала, вспоминая наш последний поцелуй, что почти на любые его вопросы отвечала односложно. Но сам факт того, что он держал слово и независимо от своей занятости находил время на беседу со мной, приносил странное удовлетворение.
Отсидев две пары в университете, я беру такси и еду в студию по указанному Костей адресу. Поднимаюсь по ступенькам на третий этаж и нажимаю на звонок. Через двадцать секунд дверь распахивается и на пороге фотостудии появляется миловидная шатенка.
- Привет! Ты должно быть Влада! - добродушно улыбается она. - Я как раз тебя жду.
Немного подвинувшись в сторону, она пропускает меня внутрь просторного лофта.
- Я Ася, - она закрывает за мной дверь. - Визажист.