Среди гроз и теней

– На охоту. Нужно довести дело с Дьярви до конца. Я говорил об этом вчера, – по его губам скользнула мрачноватая улыбка, которая не позволяла надеяться на то, что он по счастливой случайности забыл обо всем.
– К-конечно…
– Спускайся к завтраку, Аян уложит твои вещи, – с этими словами тролль вышел из комнаты.
И все-таки я медлила перед тем, как покинуть комнату. Под неодобрительным взглядом ключницы распускала и вновь собирала волосы в узел, придирчиво перебирала платья, понимая, что мой гардероб никак не подходит для того, чтобы гоняться за кровожадным мертвяком по туманам, скорее служил цели противоположной.
  
Сопение тролльчанки усилилось, а затем она процедила:
– Не заставляли бы вы хозяина Йотуна ждать. Шли бы поскорее вниз, а я тут управлюсь.
Колдун уже сидел за столом. Смерил меня задумчивым взглядом, когда я заняла свое привычное место напротив него.
– Маги, которые будут с нами не знают, что мы будем выслеживать Дьярви, – сказал он.
Я взяла хлеб и намазала его маслом.
– Да, было бы трудно объяснить, почему мертвец так себя ведет.
– Именно. Мне и самому хочется убедиться.
Его слова вызвали невольную улыбку.
– Ни один рассказ не сравнится с тем, что видишь своими глазами, – сказала я.
Он кивнул, я чувствовала на себе его внимательный взгляд. Слишком пристальный, слишком…
Я набрала в грудь побольше воздуха и решила сделать вид, что ничего не происходит.
– А твои маги… могут ли они узнать Дьярви… при встрече?
Йотун пожал плечами.
– Не уверен, что кто-то из них знал его. Их задание – выследить опасного убийцу. Мага. Когда же цель будет достигнута… станет ясно, с чем мы имеем дело… и как это лучше преподнести…
– Хочешь, чтобы я посмотрела, где он?
– В этом нет необходимости. Возможно, позже.
– У вас тоже есть ищейки? – спросила я.
Он тихо фыркнул.
Ну разумеется. Как же иначе.
– И все-таки… Дьярви опаснее того, с чем вы сталкивались, – тихо сказала я. – Он сильнее… быстрее… больше не хромает… и его магия… скорее всего усилилась.
– Откуда ты знаешь, с чем «мы» сталкивались? – с искренним интересом спросил Йотун.
– С ожившими мертвецами точно нет, – ответила я. – Мертвячка не боялась магов. Она дала посадить себя в клетку… и вела себя так, как будто они не могли причинить ей вреда. Думаю, у нее были на то основания.
– Звучит, как искреннее беспокойство.
От удивления я взглянула прямо на него.
– Но это правда. Я не хочу, чтобы Дьярви еще кого-нибудь убил или ранил. Особенно тебя…
Неожиданное признание повисло в воздухе.
– Мне показалось, что вчера ты хотела выцарапать мне глаза. И это обстоятельство все-таки заслуживает… м-м-м… упоминания, – вкрадчиво сказал Йотун.
В его синих глазах промелькнуло странное выражение.
– Йотун… я… – слова застряли в горле.
– Ты, что?
Он склонил голову набок и с ухмылкой взирал на мои терзания.
«Я не хотела?»
– Не хотела? – эхом повторил он мои мысли, одновременно насмешничая и давая подсказку.
Вопрос, заданный вслух, заставил на мгновение задуматься о нем не как о пустой форме вежливости.
Нет. Хотела и еще как.
– Я прошу прощения, – пряча взгляд, сказала я.
Молчание затягивалось.
– Какая сдержанность, – сказал тролль. – Это все?
– Мне кажется, вчера я наговорила с избытком, – я заставила себя взглянуть на него. – Вот и сегодня… взялась рассуждать о том, с чем или кем сталкивались тролльи маги. Мое поведение… – вот уж непростая задача подобрать наилучшее описание. – было… неподобающим. Я не должна…
– Неподобающим, – передразнил Йотун и покачал головой. – Хорошо, назовем это так. Ты понимаешь, что если бы кто-то из наложниц-тролльчанок совершил нечто подобное, ее бы ждало весьма суровое наказание? И отсылка на кухню не входит даже в первую десятку вариантов.
Я почувствовала, как от щек отливает краска, но все-таки нашла в себе силы, чтобы тихо сказать:
– Да. И я благодарна, что ты… проявил милосердие.
Выдерживать его взгляд стало невыносимым, поэтому отвела глаза. Я уставилась на скатерть и сосредоточилась на плетении нитей. Оно напоминало крошечные волны.
– Отчасти тебя извиняет страх перед людьми и неверное понимание своего нового статуса среди троллей, однако…
Йотун поднялся и подошел ко мне и взял меня за подбородок, вынуждая взглянуть на него.
Сейчас передо мной возвышался советник короля.
Голос его был тих, но тверд:
– Сначала я не хотел говорить об этом, но у меня возникло подозрение, что ты можешь истолковать мое отношение как слабость. Как будто со мной ты сможешь вести себя подобным образом.
Я не решилась его перебить, чтобы заверить, что вовсе не считаю отсутствие наказания – слабостью, поэтому советник короля продолжал:
– Тем более, когда мы будем среди других магов, – он выпустил мой подбородок, – пожалуйста, не заставляй меня жалеть о своем решении. Я не хочу причинять тебе боль… и собственно… никогда не хотел.
Оставалось только кивнуть.
– Ты позволишь мне пойти взглянуть… как идут сборы? – спросила я, найдя весьма неплохой предлог, чтобы сбежать.
– Еще один вопрос. И мне бы хотелось получить честный ответ… – Йотун медлил.
Я покорно ожидала, пока он продолжит. Мы стояли очень близко друг к другу, так близко оказываются те, кто хочет обняться или ранить друг друга кинжалами.
– В нашу первую ночь… Мне казалось, что тебя тоже тянуло ко мне. Это так?
Первой моей реакцией было сказать что-то вроде: «Какое это имеет значение?»
Но, к своему удивлению, глядя на Йотуна, каким-то странным чутьем я поняла, что ему действительно важно знать. Не как советнику короля, не как покровителю, а ему самому.
Что ж… он действительно заслуживает знать правду.
Я коснулась его щеки и тихо сказала.
– Да. В этом я виновата.
Его зрачки на мгновение расширились.
* * *
Троллья столица растаяла за мерцающей пеленой тумана. Я оглянулась и несколько мгновений пыталась разглядеть хотя бы силуэт величественных зданий или уловить шум голосов. Ничего. Лишь белая клубящаяся стена позади.
Мой невысокий косматый конек ступал очень аккуратно и не был склонен торопиться, мы оба понимали, что повод в моих руках – лишь формальность. Его работа – следовать за хвостом коня, на котором ехал Йотун. И вздумай я восстать против существующего порядка, повернув в сторону, ничего не выйдет. Конек шел, свесив голову вниз, иногда срывал пучки травы по сторонам тропы. Копыта ударялись о землю с приглушенным стуком.
Я наслаждалась внезапным ощущением свободы, вдыхая сырой ароматный воздух. Иногда в тумане появлялись своеобразные разрывы или «окна», тогда можно было увидеть кусочек высокого синего неба, зелень холмов или даже поселение вдалеке.
Мы добрались до перекрестка, и я услышала голоса, которые то отдалялись, то приближались. А иногда отдельные слова на тролльем звучали так, как будто их произносили совсем рядом.
Конек воспользовался остановкой и принялся щипать траву, потряхивая гривой и довольно фыркая.
Я ерзала в седле, стараясь различить говорящих. Словно нехотя, туман выпустил троих всадников и сопровождающих их вьючных животных, нагруженных продовольствием.
Оценив сумки с припасами, можно было предположить: либо тролли рассчитывают, что охота может затянуться, либо к ней присоединятся еще участники.
Пока мужчины приветствовали друг друга, я могла рассмотреть их всех.
При взгляде на одного из всадников я сразу же подумала об «ищейках» из-за стертых и совершенно не запоминающихся черт лица. В его случае даже не требовалось серой мантии. Он и так был сер, как остывший пепел, серыми оказались внимательные глаза, которые цепко и оценивающе осматривали все вокруг.
  
Наш небольшой отряд двинулся дальше. Я оказалась предпоследней. Замыкающим был хмурый тролль на высоком коне. Помимо меча и кинжала у мага была мерзкого вида плетка, заткнутая за пояс. Я чувствовала взгляд, направленный мне в спину, поэтому лишний раз старалась не оборачиваться.