Среди гроз и теней

Оставалось прислушаться к разговору, который шел впереди.
Из-за тумана некоторые слова как будто терялись по пути и не достигали моих ушей, но все же я могла уловить суть.
«Ищейка» сообщил, что убийца не слишком старается замести следы, что указывает на его безумие даже больше, чем противоестественное желание пить кровь.
– Он нападает ночью, не использует чудовищ, но довольно искусно управляет туманом.
  
«Нужны ли чудовища тому, кто сам им стал», – подумала я.
– Что-то удалось узнать о нем? Может, его кто-то видел? – спросил Йотун.
– Нет. Никто его не видел. Мы не знаем, как он выглядел. Разве то, что у него синие волосы.
Йотун никак на это не отреагировал, поэтому ищейка продолжил рассказывать о заклинаниях, который удержат Дьярви в пределах выбранной территории, чтобы он не мог переместиться с помощью туманов.
– Но все равно территория довольно большая, чтобы его выкурить, потребуется время. Особенно если мы хотим захватить его живьем.
– Нет, – сказал Йотун. – Нам не нужно сохранять ему жизнь.
Туман начал редеть, нехотя выпуская нас на свободу.
Мы ступили на поле, поросшее высокой травой. Конек тут же принялся пастись. Я поковыряла пятками его бока и прищелкнула языком, но он так предавался обжорству, что никак не отреагировал.
Сначала раздался страшный свист позади, и на круп конька с громким щелчком опустился конец плетки. От неожиданности мы оба подскочили.
Конек подпрыгнул вверх, от чего я немедленно свалилась ему на шею, а потом поскакал вперед.
Я чувствовала, что соскальзываю вниз, прямо ему под ноги. Мне ужасно не хотелось падать и быть растоптанной, я изо всех сил стискивала шею. К счастью, он быстро вернул самообладание и встал, как вкопанный. Мне оставалось только опустить ноги, чтобы встать рядом, тогда я разжала объятия, освобождая его шею.
Позади раздался веселый смех троллей.
Йотун тоже посмеивался, опираясь на луку седла. Но особенно радовался тот тролль, который хлестнул конька. Его хмурое лицо преобразилось, губы кривились.
– Я хотел помочь, – ухмыляясь, сказал он. – Нельзя терпеть непослушание коня. Иначе не ясно, кто на ком ездит.
Это вызвало новый взрыв смеха.
Мое сердце сильно билось. Я похлопала конька по шее и потянула за повод.
* * *
Ингар сидела в зале, где проходил кровавый пир. Даже в приглушенном шторами свете можно было различить следы произошедшего здесь. Сломанные скамьи были сложены около камина. Когда придет время, они сгорят в жарком пламени.
Кровавые пятна на полу приобрели бурый цвет.
– Вот ты где, – главная мертвячка вошла в зал. – Пытаешься вспомнить? Не старайся. Дети не помнят своего рождения, так заведено.
Ингар усмехнулась и покачала головой.
– Я привела тебя в свой дом. Сама.
Мертвячка закатила глаза.
– Нам столько всего предстоит, а ты только и делаешь, что шатаешься по замку да стенаешь, словно неупокоенный призрак.
– Ты права, – сказала Ингар и поднялась. – Нужно что-то делать.
– Вот. Такой ты мне нравишься больше.
Мертвячка подошла и коснулась подбородка Ингар.
– Давай, сходи в соседнюю деревню и добудь нам кого-нибудь на ужин.
Желтые нечеловеческие глаза Ингар вспыхнули опасным светом.
– Умри, тварь!
Она выхватила из рукава бритву и принялась наносить мертвячке раны. Из порезов потекла черная густая кровь.
Мертвячка дико хохотала и закрывалась руками. Ингар теснила ее, она двигалась очень быстро, лезвие так и мелькало.
Зал снова превращался в бойню.
Продолжая смеяться, мертвячка выбила оружие из рук Ингар и отбросила в сторону.
– А вот и первый бунт, – с восторгом сказала она.
Ингар огромным прыжком бросилась за своим оружием.
Раны мертвячки затягивались прямо на глазах.
– Нужно что-то посерьезней этой штучки, чтобы меня убить.
* * *
Я моргнула. Кажется, никто не обратил внимание на мое «отсутствие».
– Давай, девушка, поторапливайся, – услышала я слова хмурого тролля. – Или тебе помочь?
Конек стоял смирно и снова принялся за еду. Порка не отразилась на его аппетите. Поэтому я смогла кое-как влезть в седло.
На этот раз конек потрусил рысью, догоняя остальных.
Но все, о чем я думала… железо не причиняет мертвячке вреда…
 
Глава 3
 
К вечеру мы достигли небольшого поселения. С холма я увидела долину, в которой в совершенном беспорядке, точно детские кубики, были разбросаны пять невзрачных домиков. Долину полукольцом охватывал казавшийся черным лес – на вид весьма подходящее место для обитания всех видов чудовищ. Лес теснили сурового вида горы. На одной вершине даже лежала небольшая снежная шапка.
В поселении было оживленно, но в то же время маги вели себя расслабленно. Мужчины дружески переговаривались друг с другом, сидели у костров, от которых тянуло сладковатым дымком.
Йотун помог снять седло и сумки с моего конька, а я отвела его на огороженный участок поля, где уже отдыхали другие лошади. Конек тут же принялся кататься по земле, смешно перебирая копытами в воздухе, а потом занялся любимым делом – поеданием травы.
Я посторонилась, пропуская тролля с высоким рыжим конем. Быстрая вспышка узнавания, переходящая в удивление.
– Гельд?
Он повернулся, вырванный из раздумий.
– А, маленькая курочка, – маг усмехнулся. – Здравствуй. Не ожидал тебя тут увидеть.
– Да. Я тоже не ожидала. Думала, что ты управляешь замком в Заолокском лесу.
– Если бы… – Гельд покачал головой и окинул меня заинтересованным взглядом. – А ты все-таки стала наложницей. Мои поздравления.
Судя по тону и выражению его лица, он говорил вполне серьезно.
– Благодарю, – я почувствовала, что щеки помимо воли начинают гореть.
Гельд отправил коня в загон, похлопав того по шее.
– Думаешь, твой хозяин позволит тебе принять участие в охоте? – спросил он.
У меня не нашлось ответа на столь дикое предположение. Я даже подумала, что не так его поняла.
– Мне? В охоте на тролля?
– А что? Я встречал весьма кровожадных человечек, которым такое бы очень понравилось, – поделился Гельд, посмеиваясь. – Да и просто было бы любопытно увидеть твою магию.
– Вряд ли… она не заслуживает внимания.
Гельд недоверчиво хмыкнул:
– Ну, конечно, «яло эманта» советника короля. Ладно. Еще увидимся.
Он зашагал прочь, махнув мне рукой на прощание.
Я сделала вид, что меня ужасно занимают лошади, и выждала немного времени.
Итак, в охоте примет участие еще один тролль, который обязательно узнает Дьярви.
Когда я возвращалась к домикам, то мне повстречалась молодая тролльчанка. Ее волосы были закрыты искусно намотанным ярко-голубым платком, темная юбка едва доходила до щиколоток, открывая босые ступни, поверх рубашки из грубого, плохо отбеленного полотна был надет черный корсаж с красной вышивкой. Тролльчанка остановилась, она смотрела на меня так, как будто перед ней стоял Дьярви и готовился разорвать ей горло.
– Человек, – прошептала она и, словно испугавшись столь страшного слова, вылетевшего из ее собственного рта, прижала ладонь к губам.
А затем коротко ойкнула, выронила ведро, которое несла, и бросилась обратно.
Я была несколько озадачена, что могу у кого-то вызвать такой сильный страх.
Проходя мимо первого домика я различила голоса:
– Человек. Кто-то из магов привез человека. Это дурной знак!
– Не может быть. Это полукровка…
– Нет, говорю же… настоящий человек. И что ей тут делать?
Я прошла дальше.
Все домишки были построены по одному образцу: внизу размещалась скотина, наверх, в жилые помещения, вела крутая лестница. Над каждым входом черными провалами глазниц смотрели черепа оленей или коров. То ли отпугивали незваных гостей, то ли приветствовали хозяев.
  
Большинство магов вынуждены были довольствоваться походными условиями и провести ночь под открытым небом, но нам, благодаря высокому положению Йотуна, отвели небольшую комнату.