Капитан космического флота (СИ)

— А если не придёт, — сказал вдруг мой второй помощник.
— Должен прийти, — хмыкнул я.
— А если он не сюда скакнул? — спросил он.
— Вроде сюда. Больше некуда было, К-663 ближайшая, — сказал я.
— А если ушёл уже? — допытывался Магомедов.
— Артур, твою мать, перестань, а⁈ — вспылил я.
— Да я переживаю просто, — признался лейтенант.
— Переживай молча, — рыкнул я.
  
Я тоже переживал. Но старался держать это при себе. Поэтому и не утерпел, нагрубил подчинённому. Магомедов, впрочем, не обиделся, это было заметно.
— Ждём ещё… Два часа, — сказал я, взглянув на время. — Если не объявится, тогда уходим.
— Обратно в Зардоб? — спросил лейтенант.
Пришлось немного помедлить с ответом, я не решался вернуться туда с пустыми руками.
— Рассчитай курс в Зардоб. И, на всякий случай, в Новомихайловскую, — чуть поразмыслив, сказал я.
— Есть, — отозвался он, тут же принимаясь за работу.
Я напряжённо вглядывался в мониторы, чтобы не проворонить момент, когда «Трибун» выскочит из гиперпространства. Я готов был расстрелять его сразу же, без промедления, но делать это было попросту нельзя. Эту мразь надо брать живьём, и я мысленно прокручивал варианты действий, что буду делать, когда поступит сигнал о его появлении в системе.
Вероятнее всего, буду стрелять, но так, чтобы не уничтожить его одним попаданием главного калибра. Если, конечно, не удастся договориться, а в договороспособности этого псевдошахтёра я очень сильно сомневался.
Прошёл час с момента нашего прибытия в К-663, я чувствовал, как внутри потихоньку нарастает тревога. Страх, что я совершил ошибку и зря сорвался с места. Система оставалась пуста, как барабан.
— А если за нами тоже погоня? — спросил вдруг лейтенант Магомедов.
— Да кто за нами погонится? — фыркнул я.
В Зардобе по огневой мощи с нашим эсминцем могла посоперничать только сама орбитальная станция. Корабли, способные доставить нам проблемы, тоже имелись, но для этого им нужно было бы застать нас врасплох и навалиться всем скопом.
— Ну мало ли, — протянул второй помощник.
Ожидание наше несколько затянулось. Я нервничал всё больше и больше, время подходило к двум часам, в системе К-663 не было ни души. Только «Гремящий», висящий неподвижно в пустоте.
И когда я уже почти решился на то, чтобы уходить отсюда, из гиперпространства вышел «Трибун-88:201/14». Наши сенсоры отреагировали мгновенно, и я чуть не подскочил в своём кресле, по которому растёкся амёбой.
— Энергию на манёвровые! На перехват! — воскликнул я.
Всю усталость и скуку тут же как рукой сняло. Эсминец помчался навстречу вышедшему из гипера кораблю.
— Лазеры к бою! Дежурный, запрашивайте связь! — быстро отдавал приказы я. — Транслируйте! «Трибун»! Говорит «Гремящий»! Приказываю немедленно отключить двигатели и приготовиться к досмотру!
Если не подчинится — придётся его немного поджечь. Не то чтоб у меня были полномочия так делать, но другого выхода я не видел. А победителей не судят.
— «Трибун» на связи! — доложил дежурный связист.
— Давай его сюда! — приказал я.
— Говорит «Трибун»! Запрашиваю подтверждение приказа! — раздался сиплый и искажённый помехами голос. — В чём дело, «Гремящий»? Мы что-то нарушили?
Двигатели он не выключил. Наши сенсоры показывали, что у него до сих пор включена тяга, хоть и очень малая. Так делают, чтобы резко стартануть в случае необходимости, без задержки на включение двигателя.
— «Трибун», отключите двигатель, — потребовал я. — Иначе я буду вынужден открыть огонь.
Меня так и подмывало расстрелять его к чёртовой матери. Но в этом случае подход в стиле «сперва стреляй, а потом думай» не сработает. «Трибун» был имперским кораблём, а не вражеским.
— Какие ваши полномочия? Что вообще происходит⁈ — спросил капитан «Трибуна».
— Это я и пытаюсь выяснить… — пробормотал я себе под нос.
Но в микрофон сказал совсем другое.
— Выключите двигатель и передайте логи за последние двенадцать часов! — потребовал я. — Это приказ!
Псевдошахтёр молчал. Мы уже приблизились к нему на расстояние уверенного выстрела из лазеров и могли бы распилить его пополам одним слитным залпом. Он это, похоже, понимал, но двигатель так и не выключил.
— Я не понимаю, в чём причина задержания! Вы не имеете права! — заявил он.
— Связь пропала! — воскликнул дежурный.
В этот же момент «Трибун» включил максимальную тягу и начал стремительно от нас уходить, так что я вынужден был заложить крутой вираж, чтобы не упустить его из виду. И чтобы операторы лазерных установок могли по нему попасть.
— Сука… — прошипел я сквозь зубы. — Паскуда, тварь…
— Уходит! — воскликнул Магомедов.
«Трибун» оказался куда резвее, чем я мог предположить.
— Лазерами! Огонь! — приказал я.
Черноту космоса расчертили красные линии боевых лазеров, сходясь в одной точке. Я выжимал из «Гремящего» всё, пытаясь догнать эту странную посудину, и мы летели напрямик через всю систему, понемногу приближаясь к местной звезде. «Трибун» отчаянно пытался сбросить нас с хвоста, пока мы поджаривали ему задницу лазерами.
— Давай… Не уйдёшь, тварь… — бурчал я себе под нос, не отрывая взгляда от монитора.
Кинетическое оружие мне нравилось гораздо больше лазерного. Залп главного калибра оставил бы от этой блохи только кучку космического мусора, а лазерами, особенно на таком расстоянии, приходилось долго держать его в прицеле, но мне нужно было остановить его, а не распылить на атомы.
— Он летит прямо на звезду! — воскликнул Магомедов.
— Хитрит, зараза! — ответил я. — Хочет нас сбросить!
«Трибун» резко вильнул в сторону, звезда висела перед нами гигантским оранжевым шаром, от света которого дико болели глаза. На мониторе зажёгся индикатор перегрева, и я вильнул вслед за «Трибуном». Его манёвр не удался, и наши лазеры наконец отпилили от него изрядный кусок.
— Получи, мразь! — прошипел я.
Настало время узнать, что ты скрываешь, «Трибун».
  
Глава 7
 
Мы висели до опасного близко к звезде, так, что мне пришлось включить щиты на максимум и расправить радиаторы, чтобы отводить лишнее тепло от корабля. «Гремящий» медленно крутился вокруг своей оси, словно поросёнок на вертеле, аккуратно прожариваясь с каждой стороны, чтобы не допустить перегрева обращённого к звезде борта.
Неподалёку висел шахтёр, который этого позволить не мог, и поэтому нам требовалось действовать как можно быстрее, пока звезда не спалила его обломки дотла.
— Работаем, работаем! — взбудораженно воскликнул я.
После долгого вынужденного бездействия я чувствовал необычайное возбуждение, подъём духа, да и погоня за этим корытцем заставила понервничать.
Обломки и спасательные капсулы нужно было собрать, пока они не расплавились, всё-таки мы находились на самом краю солнечной короны, и жёсткое излучение вместе с повышенной температурой грозились прикончить нас за считанные минуты. Даже при наличии щитов и радиаторов.
«Трибун» рисковал, заходя сюда, и рисковал очень сильно, малейший просчёт мог привести к уничтожению корабля, но если бы его затея увенчалась успехом, уничтожен был бы уже «Гремящий». Мы среагировали вовремя, очень вовремя.
Грави-захватом собирали всё подряд, особо не присматриваясь, набивали трюмы металлоломом. Я понимал, что собрать всё не получится, но всё равно старался. Так было проще и быстрее, нежели выискивать нужное.
— Поживее, парни, — поторапливал я операторов через интерком.
Мне ничуть не улыбалось торчать здесь дольше необходимого. Да и даже в защищённой командирской рубке понемногу становилось жарковато, а индикатор перегрева назойливо мигал красным.
  
Совесть за то, что я атаковал и уничтожил имперский корабль, меня нисколько не мучила, наоборот, я ощущал себя полностью правым. Последствия этой подставы могли бы быть куда плачевнее, если бы я не догнал «Трибуна» и не вывел из строя. А то, что там погибли люди… На «Льве Империи» они тоже погибли.