Рубин I (СИ)

— Как быстро и незаметно мы перешли с тобой на «ты», — улыбнулась Рубин и повернулась лицом к Хейди. — Прав был Луар, когда сказал, что подружимся.
— Возможно, — сдержанно ответила бывшая дера.
— Кому ты безоговорочно доверяешь в этом замке? — Рубин подступила к ней на шаг, но Хейди тут же отошла в сторону.
— Галлахеру и Ордериону, — ни секунды не сомневаясь, озвучила она.
— Считаешь себя настолько неподходящей супругой для Галлахера, что веришь, будто тебя за это могут убить?
— Верно, — Хейди отошла от Рубин еще на несколько шагов.
— Зачем же тогда замуж за принца вышла?
— Я не знала, что он принц, — Хейди отвернулась и направилась назад, к лестнице. — А когда поняла, менять что-либо было уже поздно.
Рубин последовала за ней.
— Выходит, Галлахер тебя обманул? — с улыбкой на устах спросила Рубин.
— За принца я бы замуж не вышла. И он об этом догадывался. А к обману своему отнесся, как маленькой шалости, которую учинил под носом отца.
— Хм, — Рубин поднялась следом за ней по лестнице и еще раз взглянула на статую Дхара. — Судя по тону, в твоем сердце до сих зреет обида на мужа.
— Нет во мне обиды. Я люблю Галлахера, и он об этом знает. Но каждый день я борюсь с собственным страхом за него и за себя. Это не вытравить словами, не съесть за завтраком и не спрятать за семью замками, чтобы никогда не вспоминать, — Хейди остановилась у запертой двери из склепа. — Она же оставалась открытой? — Принцесса толкнула дверь, но та не поддалась. Толкнула еще раз — опять ничего. — Да нас заперли здесь! — воскликнула она и поставила лампу на пол, налегая на камень всем телом.
Рубин стоять в стороне не собиралась и тоже припала к двери.
— Как она вообще открывается, если на ней нет ручки и замка?
Подошвы сапог заскользили по полу, и Рубин едва не упала.
— Не знаю, — Хейди прислонилась к камню спиной и выдохнула. — Какая глупая проделка! Нас же все равно найдут!
Рубин еще несколько раз пыталась толкнуть дверь, но та будто приросла к месту.
— В том, что проделка глупая — я с тобой согласна, — Рубин оставила попытки сдвинуть камень и отряхнула руки. — Но когда что-то кажется слишком очевидным, стоит поискать подвох.
Хейди медленно повернула к ней голову.
— Я беременна, а ты меня пугаешь вместо того, чтобы утешить.
— Все будет хорошо, — тут же заверила Рубин. — Нас обязательно в скором времени хватятся и начнут искать.
— Спасибо, — Хейди подняла с пола лампу. — Возможно, здесь есть другой выход? Стоит его поискать.
— Вот тянет тебя на приключения, — Рубин отряхнула подол платья от пыли и скептически посмотрела на шлейф: тому чистка могла уже не помочь.
Хейди направилась по проходу вглубь склепа, и Рубин поспешила ее нагнать.
— Ты знаешь, где похоронили женщину, тело которой нашли вместе с Атаном? — спросила она.
— По-моему, ее предали земле на кладбище за городом. — Хейди резко остановилась и обернулась к Рубин. — Она была тебе дорога, та фрейлина?
Лампа оказалась у лица Рубин, и принцесса вынужденно поморщилась от света.
— Я не уверена, что тело женщины принадлежит моей фрейлине, — уклончиво ответила Рубин.
— Но фрейлина была тебе дорога, — сделала вывод Хейди и пошла дальше. — Иначе ты бы не стала брать с собой именно ее. Мне очень жаль, что тебе все это пришлось пережить.
Хейди снова резко остановилась, а Рубин едва не налетела на нее. Даже вскрикнула от ужаса, боясь причинить вред защитой Ордериона, и быстро отскочила.
— Что с тобой? — не поняла Хейди.
— На мне юни стоит. Ордерион сказал, что она испепелит любого, кто…
— Мне и Галлахеру твоя защита навредить не сможет, — перебила ее Хейди. — По крайней мере, в этом заверил нас Ордерион.
— Хорошо бы он и мне об этом сообщил, — пробурчала Рубин.
Хейди внезапно поморщилась и схватилась рукой за живот.
— В чем дело? — забеспокоилась Рубин.
— Не знаю, — сдавленно произнесла Хейди.
Испуг скрыть она даже не пыталась. Ее лицо мгновенно стало белее простыни.
— Хейди, что с тобой? — Рубин обеспокоенно смотрела на нее.
 
Внезапно принцесса пошатнулась и выронила из рук лампу. Стекло разбилось вдребезги, и горящее масло брызнуло по сторонам. Пламя чудом не перекинулось на платья обеих принцесс, заставив их отскочить в стороны. Хейди схватилась за живот и истошно закричала, падая на колени.
Рубин подлетела к ней, подхватила за плечи и оттянула подальше от огня.
— А-а-а-а! — голосила Хейди, пока Рубин пыталась дозваться ее, но та не отвечала.
— Только не это, — прошептала Рубин, которая роды на своем веку видела всего однажды.
Она подняла черную юбку платья Хейди и увидела, как по белому белью принцессы расползается огромное красное пятно. Рубин не знала, что ей делать. Не могла понять, чем может сейчас помочь. Хейди теряла ребенка… В муках. В боли. В бессилии. Лежа на каменном полу в склепе, где их с Рубин кто-то запер.
— Помогите! — закричала Рубин изо всех сил. — Кто-нибудь, прошу, помогите! Ордерион!!! — заголосила она, пытаясь призвать его, но кроме эха, ей никто не отвечал.
Хейди корчилась на полу несколько минут, пока не закрыла глаза и не провалилась в забытье. Ее губы посинели, а лицо странным образом изменилось, превращалось в застывшую восковую маску, принадлежавшую уже не Хейди.
— Открой глаза! — просила Рубин, склоняясь к лицу принцессы и стирая с него холодные капли пота. — Проснись, прошу тебя!
По гладким каменным плитам стало расползаться красное пятно.
— Нет… Нет-нет-нет, — Рубин затормошила принцессу, пытаясь привести в чувства. — Открой глаза! Умоляю, взгляни на меня!
Ужас происходящего охватил Рубин. Хейди умерла? Вот она была жива, они разговаривали, и принцесса периодически касалась рукой живота. А вот она уже лежит на полу в луже собственной крови и… выглядит иначе...
Рубин поднесла собственные руки к лицу и уставилась на ладони. У нее же есть дар. Где-то внутри, неподвластный воле, но все же есть. Так как его использовать сейчас, когда он столь необходим?!
Рубин прижала ладони к груди Хейди и закричала:
— Действуй! Давай!
Ничего не происходило.
— Прошу тебя, работай!
Ничего.
Слезы брызнули из глаз от беспомощности. У нее же есть дар… Есть дар…
— Хейди, заклинаю богами, живи! — прокричала Рубин, что есть силы, и вспышка света ослепила ее.
Тело мгновенно сомлело. Стало очень хорошо. Легко. Как будто Рубин выпила слишком много успокаивающей настойки и готова была провалиться в сон. А затем пришла боль. Она пронзила сердце тысячью осколками и подожгла его, словно масло из разбитой лампы. Ладони Рубин покрылись черными и сияющими золотым метками силы. Воздух перехватило на вдохе. Рубин вцепилась пальцами в шею, открывая рот, словно рыба, выброшенная на берег. Она согнулась, продолжая раздирать ногтями шею. Несколько мгновений, и боль отступила, позволяя телу вздохнуть.
Рубин втянула в себя воздух, и вся засветилась. Снова стало хорошо. Спокойно и легко. Пальцы на руках покрылись чернью, а светящие метки силы вспыхнули, испещряя кисти знаками молний.
Рубин рухнула на пол возле тела Хейди и бессмысленно уставилась в темнеющий потолок.
— Ордерион… — прохрипела она, зазывая его с собой в темному, накрывающую взор. — Почему ты оставил меня… одну…
Мрак.
  
Глава 14
 
Ордерион
Они с Галлахером ходили по полю, усыпанному изуродованными трупами простолюдинов, воинов и деров, и старались держаться от отца и его помощников подальше.
Когда после завтрака он вызвал обоих братьев к себе, Ордерион и предположить не мог, что им предстоит отправится в путь и, преодолев горный перевал, оказаться на этом поле…
— Они по-разному одеты: на ком-то даже шубы накинуты, а на других — летние наряды, — Галлахер морщился, глядя на останки.
Брат кривил лицо крайне редко, но здесь, вне сомнений, повод был не только поморщиться, но и опорожнить желудок.