Чудесные куклы барышни-попаданки (СИ)

Нет, она не заплакала. И даже улыбнулась. Грустно так, задумчиво.
— Исполнишь три желания? Как в сказке? — спросила Марьяна.
— Все, — заверил ее Влад. — Я сделаю для тебя всё, что в моих силах.
— Можешь повернуть время вспять? Хотя бы до того момента, как начался пожар? Но лучше бы… до похищения…
— Не умею. Никто не умеет. Разве что… боги. Да и то…
— Тогда… мне нужны деньги, — заявила Марьяна. — Начальный капитал. Я открою мастерскую кукол, как и хотела. А деньги обязательно верну.
  
— Будешь делать кукол?
— Буду.
— Волшебных?
— Обычных. Но если где-то можно обучиться… ведовству… не откажусь. Чтобы куклы приносили пользу людям. Оберегали, лечили…
В ее будущем нет места для Влада.
— А если иначе? Без мастерской.
— Как… иначе?
Она взглянула с тревогой.
— Со мной, — твердо произнес Влад. — Без развода. Без мастерской. Без кукол. Хотя, нет… Куклы — пожалуйста. И с ведовством я помогу.
— Ты… Ты предлагаешь… — растерялась Марьяна. — Предлагаешь… остаться мужем и женой? Официально?
— Да.
— Но…
— Ты мне нравишься. И, пожалуй, даже больше, чем… просто нравишься. — Влад перевел дыхание. Первое признание в любви, как-никак. — Хочу стать твоим мужем… по-настоящему.
— А как я к тебе отношусь… не важно? — спросила Марьяна, помолчав.
— Важно. Конечно, если я тебе противен, ничего не получится, но…
Влад не спускал с нее глаз, силясь разгадать, что у нее на сердце. И не мог ничего понять. Боялся, что его отвергнут, не дав ни шанса.
— Мне стоит напомнить о том, что мы — не пара? — поинтересовалась Марьяна. — Ты — княжич, а я… дочь купца. К тому же, нищая.
— Это не имеет значения.
— Твои родители одобрят такой выбор?
— Матушке ты понравилась, я говорил.
— А отец? Он… что скажет?
— Он сошлет нас в Сибирь, — честно признался Влад. — Вернее, меня. За непослушание. Ты поедешь со мной?
Марьяна вдруг прыснула в кулак, и Влад нахмурился, не понимая, что ее насмешило. Неужели его уверенность, что жена должна следовать за мужем? Или то, что он посмел предположить, что она согласится… на Сибирь?
— Ссылки легко избежать. Я же согласна на развод, — напомнила Марьяна.
— Но я не согласен.
— Ты меня совсем не знаешь.
— Так и дай мне шанс… узнать.
Марьяна вздохнула. Разгладила складки платья на коленях.
— Что ж, врать не буду…
Она сделала паузу, и Влад ждал продолжения, затаив дыхание. Отвергнет? Согласится?
— Ты мне… симпатичен. И предложение заманчивое. Но я не могу его принять.
— Отчего же? — с досадой поинтересовался Влад.
Сердце, екнувшее от радости при словах о симпатии, ухнуло в пропасть, когда Марьяна ответила отказом.
— Есть кое-что, о чем ты не знаешь. И это изменит… твое отношение.
Страшная семейная тайна? Плевать, какой бы она ни была. Марьяна осторожничает, только и всего. И, пожалуй, не верит в его чувства. Это можно понять, Влад и сам лишь недавно поверил в то, что полюбил.
— Не изменит, — возразил он.
— Изменит, — упрямо повторила она.
— И что это? Ты, конечно, не скажешь?
Наверное, Марьяна просто пощадила его самолюбие. Сказала, что симпатизирует, а отговориться решила несуществующей тайной.
— Отчего же, скажу. И даже попрошу помочь, потому что… больше просить некого…
Она вдруг погрустнела, сгорбилась, отвела взгляд.
Влад предпочел бы, чтобы его попросили о помощи, как мужчину, на которого можно положиться. Или… потому что доверяют, например. Но лучше так, чем никак.
— Попроси, — сказал он. — Я же сам предложил.
— Я не все тебе рассказала, когда говорила о Ладе. — Марьяна вздохнула. — Не захотела, потому что… не была готова. Я и сейчас… Сейчас особенно… потому что понимаю, что после этого признания… и не осуждаю, нет… просто…
Влад взял ее за руку, накрыл кисть руки ладонью.
— Не волнуйся, — попросил он. — Просто скажи.
— У меня есть дочь.
Видимо, его челюсть опять упала на пол. Фигурально, но с громким стуком. Потому что Марьяна расправила плечи и посмотрела на него с вызовом.
— Да, дочь. Лада сказала, что я должна ее вырастить. Я и сама собиралась забрать малышку, уладив дела в мастерской. Но теперь мне некуда ее привести. Я понимаю, что женщина… — Она усмехнулась. — Что падшая женщина с ребенком тебе не нужна, но… помочь, как обещал, ты сможешь? Я не прошу о многом. Помоги получить ссуду в банке. Или… хотя бы продать то немногое, что у меня осталось. Тане удалось спрятать и забрать из дома кое-какие драгоценности…
— Остановись, — попросил Влад. — Я понял, тебе нужны деньги, чтобы вырастить дочь. А я не нужен.
Последнее вырвалось против его воли. Слишком обидно прозвучали слова… о падшей женщине. Влад не знал, что за история приключилась с Марьяной, но не сомневался — ее обманули. Какой-то негодяй воспользовался ее доверчивостью, а после бросил. Отсюда и такое отношение к мужчинам, и желание все решать самостоятельно. И отсутствие какого-либо желания быть кому-то женой.
Дочь… И где она? У тетки? Или в приюте? И сколько ей сейчас лет?
Столько вопросов…
— Я была бы счастлива остаться с тобой, — сказала Марьяна. — Прости… за откровенность. Ведь и я тебя толком не знаю, но… ты хороший, я это сердцем чувствую.
Хороший? Это можно считать… признанием?
— Но было бы нечестно использовать твою доброту… и навязывать тебе чужого ребенка, — продолжила Марьяна.
— Скажи, пожалуйста… — Тут Влад и не выдержал. — Ты и мою мать считаешь… падшей женщиной?
— С чего бы? — удивилась Марьяна.
— Она родила троих сыновей… без мужа. И от чужого мужа. Ты убеждена, что я отвернусь от тебя из-за незаконнорожденной дочери. Но ведь я сам… незаконнорожденный. Марьяна, тебе не стыдно… так обо мне думать?
Влад осознавал, что хлещет словами, как кнутом, но сдержаться не мог. Больная тема. И сильнее всего обидно за матушку.
А Марьяна охнула и закрыла лицо ладонями. Но Влад не раскаялся, даже когда ее плечи задрожали от плача. В конце концов, он не сделал ей ничего плохого. И помочь пытался искренне, и ярлыков обидных не вешал.
Что ж, Влад хотя бы попытался. И если Марьяне нужны деньги, он их найдет. Насильно мил не будешь.
  
Глава 31
 
Глава тридцать первая, в которой Марьяна доказывает Владиславу, что не достойна быть его женой
Марьяна
Я не считала себя плаксой. И ревела в три ручья — не в первый раз! — при Владе, ничуть не стесняясь глупых слез. Много же их скопилось с тех пор, как я очнулась в теле Марьяны Богдановой…
Я устала бояться. Устала от неопределенности. И от того, что меня лишили будущего. А еще испытывала жгучий стыд, потому что обидела Влада. Ведь он единственный, кто пытается мне помочь! Я не хотела ставить его перед выбором, используя чувства — и оскорбила. Я хочу доверять Владу, но все время ошибаюсь.
А он обиделся. И утешать меня не спешил.
И стало так тошно… Нет, не потому что не утешали. А потому что я поняла, что жду этого.
Влад стоял у окна, повернувшись ко мне спиной. Я вытерла лицо кончиком шали и тихо подошла к нему.
— Пожалуйста, прости. Я не хотела… и мне стыдно.
Он сдержанно кивнул, не оборачиваясь. Извинения приняты?
— Влад…
Я не знала, что еще сказать, но его молчание беспокоило. Говорят, от любви до ненависти всего шаг, а я только что отвергла чувства княжича.
Однако интересоваться тем, не пора ли мне покинуть его квартиру, не спешила.
— Я сдержу обещание, — сказал Влад. — Обдумываю варианты. А дочь забирай, не жди. Сколько ей?
— Год…
— Такая малышка? Тогда ей нужна кормилица? И колыбель… Что еще? Составь список.
  
Я вздохнула. Влад все так же не смотрел в мою сторону. И я понятия не имела, что необходимо малышке.
— Забрать дочь будет непросто.
— Почему?
Он, наконец, обернулся, и я облегченно перевела дыхание. Хотя сердце тревожно сжалось в груди. Во взгляде Влада не было раздражения или ненависти. Только грусть. Мне показалось, что именно так смотрит влюбленный мужчина на женщину, которая ему недоступна.