Оракул с Уолл-стрит 6 (СИ)

Вскоре автомобиль въехал на Манхэттен, и за окнами замелькали знакомые небоскребы финансового района. Но мысли мои были заняты не биржевыми котировками или банковскими сделками, а лицами людей, которые сегодня впервые за долгое время поверили в возможность нормальной жизни.
Но едва я пришел в офис, как по лицу мисс Говард сразу понял, что случилось нечто чрезвычайное.
  
Глава 3
   
Конфронтация
 
Мисс Говард встала из-за письменного стола из орехового дерева, в руках она сжимала телеграмму с красной печатью срочности. Ее обычно безупречная прическа растрепалась, а строгий серый костюм помялся от нервного перебирания документов.
— Мистер Стерлинг, — голос секретарши дрожал от волнения, — пришла телеграмма из Департамента банковского надзора штата Нью-Йорк. Завтра в десять утра назначена экстренная проверка «Merchants Farmers Bank».
Я принял телеграмму, быстро пробежав глазами по машинописному тексту на официальном бланке. Формулировки холодные и угрожающие: «Поступила информация о нарушениях банковского законодательства… Требуется немедленная проверка финансовой отчетности… Возможно приостановление лицензии…»
— А что еще? — спросил я, складывая телеграмму. — По твоему лицу вижу, что это не все.
— Звонил мистер Эллиотт из банка, — мисс Говард достала блокнот с записями. — Сегодня утром к ним приходили какие-то люди, представлялись частными детективами. Расспрашивали сотрудников о новом владельце, источниках финансирования, связях с… — она запнулась.
— С кем именно?
— С организованной преступностью, сэр.
Я опустился в кожаное кресло за письменным столом, обдумывая ситуацию. Continental Trust действовали быстро и решительно. Не сумев перехватить банк при покупке, они перешли к более грязным методам.
О’Мэлли, молчавший до этого момента, подошел к окну и внимательно посмотрел на улицу:
— Босс, внизу уже полчаса стоит черный «Buick» с двумя мужчинами. Могут быть федеральные агенты или частные детективы.
— Значит, наблюдение уже началось, — я встал и подошел к сейфу, где хранились самые важные документы. — Мисс Говард, соберите все бумаги по сделке с банком. Финансовые отчеты, документы о переводе средств, договоры с юристами.
— Уже готово, сэр, — она указала на кожаную папку на столе. — Плюс я запросила справки из швейцарских банков о происхождении средств и копии всех операций последних шести месяцев.
Швейцарские справки — хорошая идея. Они покажут, что деньги получены от законных финансовых операций, хотя и не раскроют всех подробностей.
— А что с мистером Розенбергом? — спросил я, имея в виду юриста, оформлявшего покупку банка.
— Он уже едет в Департамент банковского надзора, чтобы ознакомиться с конкретными обвинениями, — мисс Говард проверила записи в блокноте. — Обещал позвонить, как только узнает подробности.
Телефон зазвонил, прерывая разговор. Аппарат в позолоченном корпусе стоял на краю письменного стола рядом с чернильным прибором из малахита.
— Стерлинг слушает.
— Уильям, это Сэмюэль Розенберг, — голос юриста звучал напряженно. — Я в Департаменте банковского надзора. Ситуация серьезная.
— Что конкретно им известно?
— Заявление подали вчера вечером. Утверждают, что у вас есть деловые связи с известными преступными элементами. Называют имена Массерии, Лучиано, Мэддена.
Холодок пробежал между лопаток. Информация точная, значит, Continental Trust и впрямь пустили в ход доступ к очень деликатным сведениям.
— Какие доказательства?
— Утверждают, что есть фотографии встреч в различных ресторанах, записи телефонных разговоров, банковские переводы через подставные компании. Плюс показания некоего «анонимного свидетеля».
Я сжал трубку сильнее. Значит, слежка велась месяцами, а возможно, телефонные линии прослушивались.
— Сэмюэль, каковы шансы отбить эти обвинения?
— При хорошей подготовке высокие. Деловые встречи не являются преступлением, а банковские операции проведены через законные каналы. Но процедура может затянуться на недели.
— А что с лицензией банка?
— Временно приостановлена до завершения проверки. Банк может работать, но под контролем федерального куратора.
Я положил трубку и повернулся к О’Мэлли. Ирландец стоял у карты Нью-Йорка, висевшей на стене, его пальцы барабанили по оконной раме.
— Патрик, нужно предупредить наших партнеров. Если федералы копают в банковских операциях, могут выйти на другие сделки.
— Уже подумал об этом, босс. Кляйн должен немедленно зачистить все следы операций через «American Prosperity Investment Trust» и «Atlas Trading». Лански тоже стоит предупредить.
Мисс Говард подошла к столу с еще одной телеграммой:
— Сэр, срочное сообщение от мистера Хэмилтона из банка. Сегодня вечером к нему домой приходили представители «Metropolitan Financial Corporation». Предлагали пятьдесят тысяч долларов за информацию о новом владельце.
— И что он ответил?
— Послал их к черту, — впервые за весь разговор мисс Говард улыбнулась. — Но он обеспокоен. Думает, что могут попытаться подкупить других членов совета директоров.
Пятьдесят тысяч долларов за информацию серьезная сумма, которая может соблазнить кого-то из финансово пострадавших директоров банка.
— Мисс Говард, организуйте экстренное собрание совета директоров банка на завтра перед проверкой. Нужно убедиться в их лояльности.
— Хорошо, сэр. А что с прессой? Если история просочится в газеты…
Справедливое опасение. Скандал вокруг связей с мафией может уничтожить репутацию быстрее любых финансовых махинаций.
— Пока держим молчание. Но подготовьте заявление для прессы на случай утечки информации. Подчеркните социальную направленность банковской политики, помощь мелким предпринимателям и безработным.
О’Мэлли отошел от окна:
— Босс, «Buick» уехал, но на углу появился другой автомобиль. «Chevrolet» темно-синего цвета. Слежка продолжается.
Я подошел к сейфу и достал револьвер «Smith Wesson» в кожаной кобуре. Оружие не понадобится на встрече с банковскими инспекторами, но лучше быть готовым к любому развитию событий.
— Патрик, завтра едем в банк через черный ход. И пусть Мартинс приготовит запасной автомобиль.
Вечером я сидел в кабинете особняка, изучая документы, которые предстоит представить банковским инспекторам завтра утром. Каждая цифра, каждая операция должна иметь безупречное обоснование.
Фаулер принес ужин на серебряном подносе: бифштекс с картофелем и бутылку французского красного вина. Обычная еда в необычных обстоятельствах. Едва он налил вино, как вошел О’Мэлли. Помощник дождался, пока Фаулер уйдет и сказал:
— Босс, я говорил с Мэдденом. У них все спокойно. Он просил передать, что «друзья готовы оказать любую необходимую поддержку».
Поддержка Синдиката может быть как помощью, так и дополнительной проблемой. Если федералы докажут мои связи с организованной преступностью, участие мафии только усугубит положение.
— Передай Мэддену благодарность, но скажи, что пока справляюсь собственными силами.
На следующее утро я проснулся в половине шестого, хотя будильник на прикроватной тумбочке должен зазвонить только в семь. Внутреннее напряжение разбудило раньше времени. За окнами спальни царила предрассветная тишина декабрьского Нью-Йорка, лишь редкие фонари освещали пустые тротуары Пятой авеню.
Фаулер уже ждал в столовой с утренним кофе и свежими газетами. Дворецкий выглядел обеспокоенным, его обычно невозмутимое лицо выражало тревогу.
— Доброе утро, сэр, — произнес он, наливая кофе в фарфоровую чашку с позолоченной каймой. — Позвольте доложить о ночных событиях.
  
Я отпил горячий кофе, ощущая, как кофеин прогоняет остатки сонливости:
— Что случилось?
— Около полуночи к особняку подъезжал автомобиль. Мужчины в темных пальто около часа наблюдали за окнами, делали какие-то записи.
— А утром?
— С семи утра на углу дежурит почтальон, который разносит корреспонденцию уже второй час на одном квартале.