Оракул с Уолл-стрит 6 (СИ)

— В Патерсоне много безработных поваров из закрывшихся ресторанов, — ответил я, доставая рулетку для измерения помещения. — Предложим им работу с достойной зарплатой.
Лоренс помогал мне измерять размеры комнаты, держа один конец рулетки:
— А меню? Как будете кормить рабочих?
— Плотная, питательная еда. Мясной суп, картофель, овощи, хлеб, молоко. Никаких деликатесов, но достаточно калорий для тяжелой физической работы.
  
Я записывал размеры в блокнот, мысленно планируя расстановку столов и кухонного оборудования. Знание организации массового питания из будущего помогало оптимизировать процесс.
— Кухня разместится в соседнем помещении, — продолжил я, указывая на дверь, ведущую в бывший архив. — Установим промышленные плиты, большие котлы, холодильные камеры.
Мы перешли в соседнюю комнату, заваленную старыми документами и сломанной мебелью. Помещение меньше, но его размеров хватало для кухни среднего ресторана.
— А продукты где покупать? — спросил Лоренс, разгребая кучу бумаг ногой. — В городе половина магазинов закрылась.
— Напрямую у фермеров из окрестностей. Сэкономим на посредниках и поможем местным хозяйствам выжить.
Идея сотрудничества с фермерами была взаимовыгодной. Они получали стабильного покупателя, а фабрика — свежие продукты по низким ценам.
Поднявшись на второй этаж, мы осмотрели помещения для медицинского пункта. Три комнаты с отдельным входом — кабинет врача, процедурная и аптека.
— Мистер Стерлинг, — осторожно начал Лоренс, — заводской врач это серьезные расходы. Зарплата доктора, оборудование, лекарства…
— Томас, один несчастный случай на производстве может стоить дороже, чем содержание медпункта целый год, — я осмотрел окна, выходящие на заводской двор. — Плюс здоровые рабочие болеют реже, что означает меньше прогулов.
О’Мэлли заглянул в одну из комнат:
— А врача где найти? Доктора обычно не стремятся работать на заводах.
— Знаю молодого доктора из Ньюарка, который недавно окончил медицинский колледж. Эдвард Морриган, отличные рекомендации, но мало опыта. Для него заводская практика станет хорошим стартом карьеры.
Доктор Морриган действительно существовал, я встречал его на одном из светских приемов у Вандербильта. Молодой, энергичный ирландец с прогрессивными взглядами на медицину и социальную ответственность врачей.
— А оборудование? — продолжал интересоваться Лоренс. — Рентгеновский аппарат, хирургические инструменты стоят тысячи долларов.
— Начнем с базового набора: стетоскоп, тонометр, перевязочные материалы, основные лекарства. Серьезные случаи будем направлять в больницу Патерсона.
Мы спустились обратно на первый этаж, где я хотел показать план размещения оборудования столовой. В кармане пальто лежал чертеж, который я набросал прошлым вечером в кабинете особняка.
— Восемь столов по двенадцать мест каждый, — объяснил я, разворачивая бумагу на подоконнике. — Раздаточная линия у дальней стены, касса у входа, хотя еда будет бесплатной.
Лоренс изучал чертеж с профессиональным интересом:
— А график работы столовой? Все сто двадцать человек не смогут обедать одновременно.
— Три потока по сорок человек. Первый поток с полудня до половины первого, второй до половины второго, третий до половины третьего. Рабочий день реорганизуется соответственно.
О’Мэлли указал на чертеж:
— А что с посудой? Сто пятьдесят комплектов тарелок, ложек, кружек…
— Закажем у местной керамической мастерской. Простую, но прочную посуду. Работа для еще одного разорившегося предприятия.
В этот момент в дверь постучали. На пороге стояла пожилая женщина в черном пальто и платке, с корзиной в руках. Ее лицо выражало робость, но глаза горели решимостью.
— Извините за беспокойство, — произнесла она с легким ирландским акцентом. — Меня зовут Бриджет Финнеган. Слышала, что фабрика возобновит работу.
— Проходите, миссис Финнеган, — я жестом пригласил ее в помещение. — Чем могу помочь?
— Я тридцать лет готовила в ресторане «Шемрок» в центре города. Заведение закрылось в октябре. Хотела спросить, не нужен ли повар для заводской столовой?
Словно по заказу! Я обменялся взглядами с О’Мэлли, который едва сдерживал улыбку.
— Миссис Финнеган, а какой у вас опыт работы с большими объемами блюд?
— В лучшие времена «Шемрок» обслуживал до двухсот посетителей в день, — она поставила корзину на пол и сняла платок. — Умею готовить экономно и сытно. Ирландское рагу, мясные пироги, овощные супы.
Из корзины исходил аппетитный аромат свежей выпечки. Бриджет достала завернутый в полотенце хлеб и разломила, показывая пышный мякиш.
— Испекла сегодня утром по старому семейному рецепту. Попробуйте.
Хлеб оказался превосходным, мягкий, ароматный, с хрустящей корочкой. Именно такая выпечка нужна для рабочих, занятых тяжелым физическим трудом.
— Отличный хлеб, — признал я, отламывая еще кусочек. — А команда? Сможете ли управлять кухней для полутораста человек?
— У меня есть две помощницы из «Шемрока» — Кейт Джоди и Молли Райан. Хорошие девочки, быстро работают, знают все рецепты.
— Зарплата двадцать долларов в неделю, помощницам по двенадцать долларов. Плюс бесплатное питание и медицинская помощь.
Лицо Бриджет засияло от радости:
— Господи, благослови вас! Я так молилась найти работу к Рождеству. У меня внуки, а денег совсем не осталось.
— Тогда считайте себя главным поваром заводской столовой, — я протянул ей руку. — Работа начинается через две недели, как только закончим устанавливать оборудование для кухни.
Бриджет крепко пожала мне руку своими мозолистыми ладонями:
— Не подведу вашего доверия, мистер Стерлинг. Рабочие будут сыты и довольны.
Когда она ушла, унося пустую корзину и обещания привести помощниц на собеседование, Лоренс покачал головой:
— Невероятное совпадение. Словно сама судьба помогает вашим планам.
— Не судьба, а правильный подход к людям, — ответил я, складывая чертеж столовой. — Когда предлагаешь честную работу за справедливую плату, хорошие работники находятся сами.
Мы вышли из административного здания во двор, где уже работали электрики, восстанавливающие освещение в производственных корпусах. Их медные провода блестели на зимнем солнце, а из труб поднимался пар, знак того, что паровое отопление тоже приводится в порядок.
— Мистер Стерлинг, — сказал Лоренс, наблюдая за работой мастеров, — за один день вы сделали больше для этой фабрики, чем мы за последние полгода безуспешных попыток найти покупателя.
О’Мэлли подошел к нам, закончив разговор с главным электриком:
— Босс, мастера говорят, что к концу недели электричество будет во всех корпусах. Отопление заработает к понедельнику.
— Отлично. А что с заказом оборудования для столовой?
— Промышленные плиты, котлы и холодильные камеры можно получить в Ньюарке. Доставка и установка займет десять дней.
Десять дней. Как раз к началу пробного запуска производства. Все планы складывались в единую картину возрождения фабрики.
— Томас, завтра встречаемся здесь в восемь утра, — сказал я Лоренсу. — Начинаем детальное планирование производственных процессов и обучение рабочих новым методам.
— Новым методам? — переспросил он с любопытством.
— У меня есть идеи по оптимизации работы ткацких станков и улучшению качества продукции. Некоторые технические новшества, которые увеличат производительность на треть.
Это правда, хотя и неполная. Знание производственных методов будущего давало огромные преимущества, но внедрять их нужно осторожно, чтобы не вызывать подозрений.
Мы сели в Packard, который терпеливо ждал у ворот фабрики. Мартинс завел двигатель, и мы медленно поехали по заснеженной дороге обратно к Манхэттену.
  
За окнами мелькали заброшенные здания Патерсона, но теперь я видел в них не символы упадка, а потенциальные точки роста. Возрождение текстильной фабрики станет первым шагом к восстановлению всего промышленного района.