Бескрайний архипелаг. Книга IV (СИ)

Взглянул на деревянную табличку:
Рассадник ко́дзи.
Рекомендуемый размер отряда для исследования: 7 выживших 50 уровня.
ВНИМАНИЕ! Сложность прохождения: героическая II .
Звучит, как приговор. Буду надеяться на хорошую экипировку, управление кровью и волю к жизни.
Шагнул под каменный свод пещеры и двинулся вперёд. Как и обычно, тонны камня обрушились за спиной, отрезая путь к отступлению. Однако я обладал навыком перемещения. Правда, ни разу не пробовал пользоваться им в подземельях. Буду таить надежду, что Парадигма не закрыла мне эту возможность. Если что-то пойдёт не так — отступлю.
  
Лишь сейчас до меня дошло. Если окажусь на грани смерти, Драксус пробудится. Он спасёт тело — свой драгоценный сосуд. Но цена будет страшной: я потеряю целый эльд из оставшихся двух до третьей стадии поглощения.
Ситуация более чем скверная. Придётся сражаться осторожно, расчётливо. Нельзя допустить критических ранений. Нельзя дать Драксусу повода вмешаться.
А впереди, во мраке тоннеля, уже слышался зловещий скрежет. Обитатели подземелья почуяли вторжение и торопились познакомиться.
Ожидал встретить первых врагов в некоем гроте или помещении, как это обычно бывает. Но подземелье смогло удивить. В стенах и потолке имелись весьма крупные отверстия — из них и повылазили твари. Кодзи — мерзкие создания габаритами с небольшую панду. Лица их были изуродованы злобой. Глубокие морщины прорезали серую кожу, на которой хаотично произрастали клочки шерсти, а мелкие глазки моргали с частотой быстрого сердцебиения. Безоружные, если не считать зубов и когтей, но элитные, чуть ниже моего уровня.
Их было больше десятка. И с каждой секундой количество увеличивалось.
— Не в обиду, кодзи, — пробормотал я, сжимая рукоять эспадрона. — Просто так сложились обстоятельства. Мне нужны ваши души!
Двинулся вперёд, держа клинок наготове.
Ближайший кодзи растворился в воздухе и мгновение спустя что-то вгрызлось в нагрудник сзади. Острые зубы скребли по металлу, пытаясь прокусить броню. Барьер Бастиона мгновенно лопнул.
Резко развернулся и стряхнул его со спины. Тварь не успела приземлиться, как вновь исчезла. А вместе с ней — и вторая. Удар в спину заставил податься вперёд. Боль прошила поясницу. Как только третий противник начал растворяться, я навскидку полоснул эспадроном за спину, не оборачиваясь.
УИ-И-И!
Послышался предсмертный визг. Клинок нашёл цель. Один готов.
Пока оставшиеся кодзи изучали нового противника, прижался спиной к каменной стене. Достал мортиру и навёл на скопление тварей.
БАБАХ!
Взрыв осветил пещеру вспышкой оранжевого пламени. Сразу двоих разнесло в клочья. Куски плоти размазало по стенам.
Вместо того чтобы отступить, кодзи потеряли остатки осторожности и бросились в атаку всей оравой.
Налетали со всех сторон, мелькая то тут, то там. Успел выхватить щит и встать в боевую стойку. Металл звенел под ударами когтей и зубов.
В критический момент, когда один из сорванцов прокусил руку и сорвал шмат мяса с кисти, во мне что-то дрогнуло. Щит выпал из ослабевших пальцев, звякнув о камни.
Появилась навязчивая мысль щёлкнуть и перенестись домой.
Нет! Не сегодня. Я решил идти до конца!
Зубы сжались до скрежета. Перехватил эспадрон покрепче и начал танец смерти.
Клинок описывал широкие дуги в воздухе. Резал, колол, разрубал. Один за другим враги падали на каменный пол.
Но что-то было не так. Легендарный эспадрон, который раньше рассекал любые преграды почти как воздух, теперь встречал сопротивление. Кожа кодзи была намного жёстче. Скорее всего, дело в элитном статусе, либо у них хорошо развито сопротивление к физическим повреждениям. Старой шпагой я бы их даже поцарапать не смог.
После битвы тишину нарушало только моё тяжёлое дыхание и редкие шлепки капель крови, сползающих с клинка. Двадцать пять уродцев! Столько же искорок отправилось в сосуд душ.
Я рухнул спиной к холодному камню и осмотрел себя. На доспехах становилось всё больше вмятин и царапин. Если разберусь с проблемами — обязательно отдам в починку.
Наблюдал за тем, как мышцы на кисти руки срастались после соответствующей мысленной команды. Волокна тянулись друг к другу, кожа затягивалась розовыми полосками.
Нащупал в рюкзаке комплект «Изобилие».
Сок обволок горло, копчёная колбаса заставила челюсти ретиво шевелиться. Тело требовало топлива. Остальные припасы исчезли в недрах рюкзака вместе с трофеями. Глифы, осколки бездны, экипировка. Позже разберусь с этим барахлом. Сейчас важны только души.
Пора двигаться дальше. Тоннель расширялся, и я, наконец, выбрался в грот. А там — пропасть.
Не просто яма, но бездна! Края терялись во тьме, дно, если оно вообще существовало, скрывалось в темноте.
На противоположной стороне, у выхода, кодзи установили осадные машины, которые выглядели как уродливые конструкции из костей и металла. Твари копошились вокруг них, задумывая что-то подлое.
Теперь понятно, почему подземелье считается героическим. Дело даже не в монстрах, а в самой задумке этого места.
И как, чёрт побери, мне преодолеть сотню метров над пропастью? Крылья пока ещё не отрастил.
Внезапно одна из катапульт дёрнулась. Снарядом летел… кодзи. Эти психи стреляют сами собой! Тварь рычала в полёте одновременно восторженно и панически. Безумие в чистом виде.
Но тут случилось невозможное. Кодзи не долетел и должен был свалиться в пропасть. Он отскочил от воздуха, будто ударился о невидимый пол, и полетел прямо в меня.
Рефлексы сработали мгновенно. Щит встретил живой снаряд с глухим хрустом. У кодзи глаза выскочили наружу, как у раздавленной сапогом рыбы. Тварь отлетела обратно к пропасти и… цеплялась когтями за воздух! За невидимую платформу!
Я схватил булыжник и швырнул в уродца. Попал точно в морду. Кодзи сорвался с визгом, который эхом прокатился по стенам грота.
Считаю. Раз… два… три…
Десять секунд затухающего крика. Затем — едва слышный шлепок где-то далеко внизу. Вскоре искорка души влетела в рюкзак, оставив светящийся след.
Какая же здесь глубина?
Физику в школе не любил, но основы помню. Время, ускорение свободного падения… Арифметика дала пугающий результат: полкилометра до дна. Такое нельзя пережить.
Картина прояснилась. Мне предстоит пройти по невидимой тропе, уворачиваясь от живых снарядов.
Надо перестраховаться и оставить фантома перед пропастью. Но доступные копии я уже успел расположить в стратегически важных местах: первый охраняет личную комнату в доме, второй — в капитанской каюте корабля, третий — на острове Висельников, четвёртый — в Храме крови. Придётся пожертвовать вторым.
Пока размышлял о стратегии, кодзи зарядили следующую катапульту. На этот раз целились лучше. Тварь без лишних отскоков угодила прямо в меня, вытянув лапы вперёд и моргая с бешеной скоростью.
Последовал удар щитом с небольшого разбега под другим углом. Благодаря точному расчёту, кодзи отскочил прямо в пропасть, даже не задев невидимую платформу.
А что, если просто подождать? Рано или поздно боеприпасы у них кончатся…
Словно прочитав мои мысли, враги перезарядили все три катапульты. Однако выстрелов не последовало. Кодзи вдруг развеселились. Чудаки показывали мне жесты — причём непристойные, если я правильно понял. Кричали что-то невнятное и наверняка обидное.
Вдруг вспомнился один говнюк, который жил в моей высотке на четвёртом этаже. Дело было в молодости. Он любил с балкона осыпать прохожих желчными оскорблениями, а порой даже швыряться тухлыми овощами и воздушными шарами, наполненными водой. Но когда я встречал его в подъезде одного, без родителей, и хватал за шкирку…
  
Мысли о винтовке Эстебана с оптическим прицелом не давали покоя. С такой игрушкой кодзи вели бы себя совсем по-другому. Примерно как тот шкет после моих подзатыльников. Впрочем, так и не удалось его переучить. Думаю, и этих не получится.