Приворот и кексики, или Семь его желаний

– Отлично. – Элис просияла и с удвоенной скоростью закружила по кухне.
Интуиция подруги не подвела: мы лишь успели открыть кондитерскую, как к нам повалил народ. Мы только и успевали укладывать выпечку в коробочки да пакетики.
– Смотри, а не это ли хваленый женишок Сильвии Тарлес? – шепнула мне Элис, взглядом показывая на смазливого красавчика в очереди.
Хм, кудрявый блондинчик, усики, модный костюм…
  
– Точно он, – заключила я, вспомнив, что видела его на днях в коляске с дочкой мэра. – Только странно, что без Сильвии.
– Может, и он уже сбежал подальше от ее ядовитых объятий? – хохотнула Элис. – Но он действительно милашка, хоть и не в моем вкусе.
– И точно не в моем, – хмыкнула я, еще раз украдкой окидывая взглядом блондина.
– И все же можно его обслужу я? – Подруга мне подмигнула.
– Да пожалуйста, – я снова хмыкнула. – Могу даже оставить вас наедине. Пойду пока принесу новую партию малиновых кексов.
В кухне меня ждал котовлак с печальными голодными глазами.
– Я так понимаю, закрывать тебя в комнате бесполезно. – Я со вздохом уперла руки в боки. – Ты каким-то невероятным образом умудряешься оттуда выходить наперекор всем замкам.
– Мурх. – Судя по ехидной морде, это ему польстило.
– Ладно, так уж и быть, идем, дам тебе еще одно копытце, – обреченно вздохнула я. – Скоро все равно обед.
Золотко довольный потопал за мной в кладовку.
Пока я кормила его, пока немного потискала от избытка чувств, чуть не забыла, зачем пришла. Малиновые кексы! Я подхватила противень с ними самыми и поспешила к Элис.
Жених Силвии уже ушел, а подруга выглядела чересчур довольной.
– Он все-таки просто очаровательный, – поделилась она со мной. – Такой обходительный, такой обаятельный… И, оказывается, любит наши кексы. Хорошо, что нашлась лишняя коробочка шоколадных, а то покупатель перед ним забрал все с витрины, а он шоколадные предпочитает больше остальных, представляешь?
– Лишняя коробочка? – От нехорошего предчувствия у меня засосало под ложечкой. Я взглянула на витрину, где пустовало блюдо с шоколадными кексами. – Где ты ее взяла?
– Да вот тут, под прилавком, наверное, со вчерашнего дня случайно осталось, – прощебетала ничего не подозревающая Элис и обратилась к следующему покупателю: – Слушаю вас.
У меня же под ногами пошатнулась земля. Я даже ухватилась за край витрины, чтобы справиться с волнением. Мои кексы… Мои приворотные кексы…
– Схожу за шоколадными, – сдавленно произнесла я.
Элис, увлеченная обслуживанием, лишь кивнула.
Оказавшись снова на кухне, я первым делом осушила целый стакан воды и попыталась унять сердце, которое готово было выскочить из груди.
Так, надо успокоиться и подумать, что делать. Думай, Кэролайн, думай.
В том, что кексы попали к другому объекту, нет ничего страшного. Они просто не подействуют на него. Самое большое, ему несколько дней будут сниться яркие эротические сны – побочный эффект от крыльев бабочки-сердцеедки.
Но вот что делать с заказчицей? Признаться ей в своей оплошности? Представляю, в какую ярость она придет. И тогда уж точно мне не поздоровится.
Новые кексы я тоже сделать не смогу.
– Кэрол, тут к тебе пришли. – В кухню заглянула Элис. – Курьер. Говорит, за каким-то заказом.
О боги! Сердце снова пустилось вскачь.
Времени уже не оставалось ни на что. Я быстро схватила пустую коробку и наполнила ее простыми шоколадными кексами. В конце концов, эффект плацебо никто не отменял. А если вдруг она придет ко мне и предъявит претензию, что приворот не сработал, предложу ей сделать еще один, «посильнее», чтоб наверняка. Скажу, что в особых случаях с первого раза он может не сработать.
Да, так и скажу.
И будь что будет!
 
Глава 5
 
– Любовная магия – одна из самых сложных и опасных. С ней нужно быть крайне… Крайне, – наставница Эйприл подняла указательный палец, акцентируя наше внимание на этом, – осторожной. 
– А это правда, что ведьме нельзя привораживать кого-то к самой себе? – поинтересовалась Лейла, самая острая на язычок студентка из нашей группы. 
– Приворожить-то можно, – усмехнулась наставница Эйприл, – но если вы полностью отдаете себе отчет о последствиях. Например, о том, что снять этот приворот ведьма сама не сможет. Для этого ей придется обратиться к другой ведьме. Или же колдуну – правда, не к стихийнику, а только к тому, кто владеет ментальной магией или некромагией. Так, менталист способен разорвать любовную связь на ментальном уровне, а магия некромантов в чем-то схожа с нашей, ведьминской. У них, конечно, иного рода привязки-отвязки, – Эйприл хмыкнула, – но суть будет близка. Правда, некромант будет использовать для отворота вашу энергию, что может негативно сказаться на вашем здоровье. 
– То есть вы в этом случае все же советуете обращаться к менталистам? – снова спросила Лейла, задорно улыбаясь. 
– Я советую вообще не испытывать любовную магию на себе, – нравоучительным тоном ответила наставница. – Однако если уж такое произошло, то да, менталисты лучше. Правда, их еще поди поищи. Например, в нашей Академии из сотни с лишним колдунов, проходящих обучение на разных курсах, менталистов всего двенадцать. Трое из которых и вовсе выпускаются будущей весной. И как знать, найдется ли такая редкость среди будущих первокурсников? 
После этих слов в аудитории наметилось легкое оживление. Девочки веселились, вспоминая имена тех самых «редких» колдунов. И конечно же, среди них был Хейдан Фолк, парень, который уже несколько недель пытался настойчиво пролезть в мои мысли и сны. 
Но пока я еще этому сопротивлялась. 
***
«Итак, прошло три дня», – была первая мысль, с которой я проснулась. Вчера было «два дня», позавчера «один» – ежеутренне я отсчитывала дни с момента, как мои приворотные кексы уплыли к другому клиенту, и возносила хвалу богам за их милость: заказчица не спешила ко мне с гневными претензиями, и это вселяло надежду, что меня все-таки пронесло.
Первые сутки я жила как на иголках, вздрагивала от каждого скрипа двери, на вторые – страх немного отступил, а уже вчера я даже смогла полноценно вернуться к работе как в кондитерской, так и к «ведьмовской». Как раз вечером мне передали заказ от постоянного клиента на защитный амулет в дальнюю дорогу, и я с радостью за него ухватилась.
Так что наступившее утро мне показалось вполне добрым. Я почесала Золотце за ушком, потом он снизошел до того, что позволил погладить себя по пузу, и уже в совсем приподнятом настроении я отправилась встречать этот новый день.
Ничто не предвещало беды ровно до обеда, пока я не вышла из кондитерской, чтобы протереть витринное стекло с улицы. И даже когда краем глаза заметила приближающегося блондинчика, рискнувшего связать свою жизнь с мегерой Сильвией Тарлес, не сразу заволновалась. Так, сердце чуть екнуло при воспоминании, что это он должен был съесть те кексы, но, увидев, что тот бодр и весел, я успокоилась.
И зря.
Когда он приблизился и обратил на меня свой сияющий взор, я вежливо улыбнулась в ответ. Его губы тотчас расползлись в глупой улыбке, а глаза распахнулись, как у восторженного ребенка.
– Так это вы? – с придыханием произнес жених Сильвии.
Я внутренне напряглась. О чем это он?
– Простите? – Я снова выдавила улыбку.
– Это вы завладели моим сердцем! Моими мыслями! Моими снами! Это вы! – И он потянул ко мне руки.
  
Я попятилась от него, но, как назло, уткнулась в витрину. Дурное предчувствие стало ледяной спиралью раскручиваться в груди. Во рту пересохло.
– Кэролайн, все в порядке? – Дверь приоткрылась, и в ней показалась головка Элис.
– Кэролайн… – почти простонал блондин. – Какое чудесное, ласкающее слух имя! – И, чтоб уж совсем меня добить, бухнулся передо мной на колени. – Моя прекрасная Кэролайн…