Приворот и кексики, или Семь его желаний

Челюсть Элис отвисла.
Мимо нее бочком протиснулась единственная на тот момент покупательница с коробкой наших кексов. Она пыталась сохранить невозмутимое лицо, но глаза ее просто полыхали любопытством. Проклятье!
– Кэролайн. – Блондин тем временем начал ползти ко мне на коленях, молитвенно сложив руки на груди. – Моя отрада…
Я наконец отмерла и встрепенулась. Бросив ему:
  
– Простите, мистер, вы, кажется, обознались, – втолкнула Элис обратно в кондитерскую и, заскочив следом, захлопнула дверь. И в дополнение закрыла ее на замок.
– Что происходит? – медленно проговорила подруга, переводя ошарашенный взгляд с меня на блондина за стеклом, который продолжал стоять на коленях.
Я закрыла лицо руками и все-таки решилась на признание:
– Кажется, я попала, Элис. По-крупному.
Элис быстро перевернула дверную табличку с «открыто» на «закрыто» и повела меня в кухню.
– Рассказывай, – велела она, ставя на огонь чайник. – Я вся внимание.
– Тот мой заказ… Он вовсе не обычный амулет на удачу, – я шмыгнула носом, – а приворот.
– Приворот? – Подруга нахмурилась. – Все равно ничего не понимаю… При чем тут жених дочки мэра?
И мне пришлось рассказывать все с самого начала, от угроз со стороны незнакомки до кексов, которые сама Элис отдала не тому человеку.
– Ну и дела… Ты бы хоть предупредила, чтобы я не трогала те кексы. – Подруга приложила руку к груди.
– Я хотела, но потом было столько клиентов… А еще я надеялась, что курьер приедет за ними с утра пораньше… Ну да, я сглупила, признаю, – тяжко вздохнула я.
– Ты сглупила уже в тот момент, когда не поделилась со мной, что тебе сделали такой проблемный заказ, еще и под угрозой. – Элис сняла с огня закипевший чайник и стала заваривать чай.
– Мне не хотелось тебя волновать. Да и вляпалась я во все это по собственной вине, не предусмотрела все, вот и получила. – Я обреченно махнула рукой.
– И сделала только хуже, – Элис покачала головой. – Правда, я не могу понять, почему приворот обернулся против тебя? Ты же сама только что сказала, что с женихом Сильвии ничего не должно было серьезного случиться.
– Так оно и не должно было. – Я озабоченно потерла лоб. – Приворот срабатывает, когда все элементы соединяются, но в этих кексах точно не было одного, чтобы сработать, – частицы от меня. Или…
Мне еще сильнее поплохело, когда я вспомнила одну незначительную делать… Золотце прыгнул на стол… Мука повсюду… У меня заслезился глаз…
– Нет… – прошептала я, осознавая весь масштаб разрастающейся проблемы. – Нет… Этого не может быть. Неужели моя слеза случайно… Богини. – Я схватилась за голову.
– Подожди. – Элис, в отличие от меня, сохраняла трезвость рассудка. – Давай еще раз. Для того чтобы приворот сработал, нужны частицы Его и Ее, верно?
– Верно, – кивнула я. От волнения я и правда начала плохо соображать.
– Допустим, Ее – это твоя слезинка, так?
– Так.
– А что с Его? Заказчица-то тебе дала частицу своего объекта любви, а не этого блондинчика. Значит, приворот все равно не должен был сработать, верно?
– Верно, – кивнула я задумчиво. И тут меня вновь настигло озарение: – Если только жених Сильвии и не был тем самым возлюбленным заказчицы…
Мы с Элис ошеломленно уставились друг на друга.
– Вот это поворот, – пробормотала подруга.
– Это фиаско, – прошептала я. – Кажется, я подписала себе смертный приговор.
– Так, отставить панику. Может, еще ничего страшного не случилось, – Элис попыталась приободрить меня. – Надо просто поскорее отменить этот приворот, и все.
– Не получится, – я криво улыбнулась, – я сама не могу этого сделать. Для этого нужна другая ведьма.
– Проклятье. – Элис хлопнула ладонью по столешнице так, что звякнули чашки. – Я и забыла… И где нам сейчас искать еще одну ведьму? Разве что обратиться к Старой Тильде.
Старая Тильда была и правда очень, очень старой, оттого и почти не занималась ведьмовством, хотя у нее имелись все лицензии, в отличие от меня. Иногда она могла сделать лечебное или снотворное снадобье, но не больше. «Я уже столько пожила, что устала, – говорила она, – и готова отойти в Сумрак, когда настанет мой час». Ну а больше ведьм в нашем маленьком городке и его окрестностях не было – возможно, именно поэтому мое подпольное дело так хорошо и шло.
Конечно, можно было еще связаться с некоторыми моими однокурсницами, например, Линни или Кэт, но их судьба разбросала по стране, поэтому ответа пришлось бы ждать дни, если не недели.
Так что оставалась действительно Тильда.
– Схожу к ней вечерком, – сказала я.
– Могу сходить с тобой, – предложила Элис.
– Нет, не стоит, спасибо. Я сама влипла в эти проблемы, так что попробую выпутаться из них сама. – Я улыбнулась подруге. И добавила заговорщицки: – А пока иди глянь, стоит этот еще под дверью или нет? Нам, как-никак, надо работать.
Элис вернулась быстро с хорошей новостью:
– Кажется, ушел.
Но расслабляться было рано. Ближе к вечеру около лавки остановилась тележка, заполненная корзинами с цветами.
– Для прекрасной Кэролайн от мистера Эдвина Ланхера! – объявил посыльный и стал вносить корзину за корзиной.
Он еще не успел разгрузить все цветы, как в кондитерскую влетел еще один курьер, на этот раз с коробкой дорогущего транзианского шоколада.
– Для сладкой Кэролайн от мистера Эдвина Ланхера! – зачитал он послание.
Элис, наблюдая за всей этой суетой, проговорила мрачно:
– Ну теперь мы хотя бы знаем его имя.
Я едва дождалась, когда начнет смеркаться, чтобы дворами, не привлекая к себе внимания, отправиться к Старой Тильде. Особенно я страшилась, что меня будет преследовать бедолага Ланхер. Я просто кожей ощущала, что он бродит где-то поблизости. Именно поэтому я покинула наш дом-кондитерскую через черный выход и пошла окольными путями.
Я находилась уже в квартале от места, где жила Тильда, когда услышала за собой чьи-то шаги. Я обернулась в страхе увидеть Ланхера и в этот самый миг ощутила удар по голове.
И потеряла сознание.
Очнулась я оттого, что кто-то бьет меня по щекам. Открыла глаза и увидела над собой перекошенное лицо Сильвии Тарлес, дочки мэра.
– Пришла в себя, дрянь? – прошипела она.
– Что происходит? – Я попыталась отпрянуть от нее, но чуть не упала вместе со стулом, к которому, оказывается, была привязана.
Помещение вокруг походило на какой-то полуподвал с серыми стенами и тусклым светом от нескольких свечей, хаотично стоявших на деревянном ящике.
– Это ты мне расскажи, что происходит? – Ноздри Сильвии раздувались, как у лошади. – Какого демона мой жених ходит к тебе? Дарит цветочки и конфеты! Тратит на тебя МОИ деньги!
– Я не знаю, честное слово, – быстро ответила я. Сильвия Тарлес в гневе была страшнее любой ведьмы. – Я сама удивлена! Для меня его странные поступки стали таким же удивлением! Уверена, это какая-то ошибка. Или розыгрыш. Я бы сама хотела это остановить…
– Врешь! – выплюнула Сильвия. – Уверена, ты сделала все, чтобы его охомутать. А он у меня мужчина видный, любая захотела бы заарканить такого. Что уж говорить о такой старой деве, как ты! Что, потеряла последнюю надежду на замужество, так решила отобрать жениха у другой?
– Да что вы несете? – Я нервно, почти истерично хохотнула.
И нет, это не из-за того, что меня обозвали старой девой. В свои двадцать пять я уже не раз слышала подобное в свой адрес от местных сплетниц, впрочем, как и Элис. Смешно же было, потому что самой Сильвии было двадцать семь, то есть ее стаж «старой девы» был на два года больше моего. А возмутительно, потому что меня посчитали способной увести жениха у другой женщины, пусть и такой противной, как дочка мэра.
  
– Да мне ваш жених не сдался, даже если бы мне за него приплатили, – выпалила я.
– Тем не менее все его подарки ты приняла! – фыркнула Сильвия.
– Завтра же отошлю их все вам.
– Мне не нужны эти объедки. – Она передернула плечами и прошлась передо мной туда-сюда. Потом остановилась и снова процедила: – Ты его приворожила, да?