Шурик 1970 (СИ)

— Да какие деньги?! — развел руками Николай.
— Да, да! Нам нужна широкая резина! — крикнула радостно Зина.
Я подошел к машине, открыл капот и показал мастеру, куда подсоединить провода к зарядному устройству. Тот на аккумуляторы посмотрел удивленно, но обещал сделать все в лучшем виде.
Домой мы ехали на «Волге» Николая. Когда вышли из ангара, она сияла уже помытая, с новым бампером. Зина сидела на переднем сидении и щебетала про телевизионные дела, рассказывала, какой джентльмен пан Ведущий, какой хохмач пан Директор и какой дурак пан Гималайский. Я с гусем молча сидел на заднем сидении и гладил в кармане вывернутый переключатель. Интересно, а что подумают работники сервиса, когда увидят, что вместо движка у «Запора» какие-то батареи?
  
Иногда я посматривал на мощный затылок Николая. А что, если попросить его замочить гуся? Почему-то мне казалось, что ему это — раз плюнуть. Наверняка — какой-то важный силовик. И на сервисе у него все схвачено…
У подъезда мы обменялись телефонами. Николай поклялся, что завтра все будет готово, и он мне сразу позвонит.
— Сразу не надо, — сказал я, вспомнив, что мне завтра — на завод. — Я на работе буду. Вечером звоните, после семи.
Николай уехал, мы с гусем проводили его взглядом. А Зина стояла около лавки, бабки облепили ее со всех сторон, восторгаясь ею в последнем «кабачке».
Я подхватил корзину и поплелся к лифту. Что-то меня сегодняшний день вымотал совершенно. Ну да, дорога и гусь этот.
У лифта меня встретил Бунша. Да что, он нарочно меня поджидает что ли? В засаде сидит?
Бунша уставился на гуся. Тот ответил ему презрительным взглядом и даже попытался щипнуть.
— Товарищ Тимофеев, — начал управдом, отскочив на безопасное расстояние. — Это вообще выходит за рамки! В правилах нашего жилтоварищества четко определены домашние животные, разрешенные для проживания, как-то: кошки, собаки определенных пород, черепашки, попугаи, прочие певчие птицы.
— Он певчий, — сказал я, указав на гуся.
Гусь словно услышал и громко гакнул.
— Товарищ Тимофеев, это уже издевательство. Вы меня вынуждаете…
Бунша не договорил, к чему именно я его вынуждаю. В подъезд вошла Зина. Лицо управдома сразу же расплылось в широкой улыбке.
— Зинаида Аркадьевна! Как я рад вас видеть! Как прекрасно вы играли вчера панну Катарину…
Аркадьевна? Но тесть разве Аркадий? Ну да, творческий псевдоним. Зинаида Аркадьевна Багрянская. Звучит!
Воспользовавшись тем, что управдом от меня отстал и расцеловывает пальчики Зины, я нажал кнопку лифта. Очень хотелось домой и в ванную. Зина послала Бунше воздушный поцелуй и заскочила в кабинку.
— Вот зануда, — сказала она, когда кабинка двинулась вверх.
Пока я искал ключи в кармане, Зина подошла к Шпаковой двери и позвонила. Шпак открыл, разулыбался, быстро вынес магнитофон. Заверил, что все получилось отлично, батарейки новые. Заметил меня, сообщил:
Джафаров приезжал, смотрел, чуть не лопнул от зависти. Посулил любые блага за такую же модель. Я пообещал похлопотать.
Как я понял — это он про пылесос. Пришлось пообещать:
— Попытаюсь помочь.
Дома Зина сразу направилась в ванную, мы с гусем и магнитофоном прошли на кухню. Я устроил магнитофон на столе, корзинку поставил под окно, посмотрел на гуся. Что с ним делать я откровенно не знал. Надо было Бунше его отдать для убиения. Тот бы ему мозг вынес! Мучительная смерть. Пристроить гуся на балкон? Так улетит. А может, пусть летит?
— Шурик, — раздалось со стороны ванны. — А у нас есть что покушать? Очень кушать хочется.
Я вспомнил про котлеты «Домашние» открыл холодильник, полез в морозилку. И тут заметил, что стаканчик с икрой стоит не так. Да и смят к тому же. А был совершенно целым. Ну да, я с утра предложил Зине икру с собой взять, она сказала, что родаки икру не любят. Что она сама съест. И я аккуратно поставил стаканчик на полку.
Я заглянул внутрь. Ну точно, кто-то трогал. И не просто трогал, такое впечатление, что кто-то сунул в икру пальцем. Зачем?
Я вышел в комнату, хлопнул в ладоши, включив свет, огляделся. В комнате кто-то был. Нас обыскивали. Опять?
Зине я ничего не сказал. Накормил котлетами, разогретыми на сковородке. Гуся утроил на балконе прямо в корзинке. Ничего, потерпит.
Зина вышла из ванной в бигудях. Что, она в них спать собирается? Надо бы для нее фен изобрести.
Засыпали мы под «кабачок». В аудиоверсии. Зина смеялась.
Среди ночи гусь вдруг разорался, разбудил. Сволочь!
 Глава 15. Юные техники 
Зине на репетицию было к двенадцати, так что будить ее не стал. Сварил себе кофе, выпил, пошел на балкон. Гусь увидела меня, зашипел. Мне было не до реверансов, и я просто накинул ему на голову старое полотенце. Посмотрел на часы, сожалея, что по понятным причинам на новую работу мне придется добираться на своих двоих. Заторопился.
С корзиной я добрался до овощного павильона, как раз к открытию. Попросил приютить животное за ради бога. Пошутил, что поменял машину на гуся — «махнул, не глядя». Настя с Оксанкой увидели птицу и сразу умилились.
— Конечно присмостротрим, — пообещала Оксанка, берясь за корзинку. — У мамки в деревне целое стадо гусей было. Пусть на складе с картошкой пока посидит. Мы ему щас овса насыплем.
— Так у тебя не гусь, — сказала Олеся, вернувшись из склада.
— А кто?
— Девушка у тебя, гусыня, — сказала Олеся и продемонстрировала мне большое яйцо.
Назначенный завод мне пришлось еще поискать. Он располагался на юго-западе Москвы, на Волгоградском проспекте. Как мне сказали в профкоме, недалеко от метро «Текстильщики». Я поднялся со станции, вышел наружу, осмотрелся. Завода не увидел. Самое интересное, что и никто из прохожих про АЗЛК ничего не слышал, а Волгоградский проспект — он большой. И куда идти? Только один бойкий старичок в шляпе охотно пояснил, что АЗЛК — это бывший МЗМА.
— Московский завод малолитражных автомобилей. Слышали про такое, молодой человек? В АЗЛК переименован совсем недавно, но газеты читать надо. Здесь у нас на Текстильщиках под завод выделены солидные площади для нового советского автогиганта. Пока идет строительство и сборка, а в следующем году в пятилетнем плане запланировано открытие на полную мощность. Идти вам следует до Шоссейной улицы, перейти ее, а там увидите.
Я послушался, двинулся в указанном направлении и в скором времени уже увидел многоэтажку с огромными буквами «МОСКВИЧ» на крыше. Ориентир заметный, в скором времени я добрался до проходной автозавода. Но на сам завод меня не пустили, долго проверяли документы, куда-то звонили. После получасового ожидания на проходной из двери, помеченной «Служебный вход», вышла загорелая девушка с комсомольским значком на белой блузке, радостно мне улыбнулась, протянула руку, назвалась комсоргом Сидоровой.
— Как я рада, что вас к нам прислали! — сходу заявила Сидорова, ведя меня с проходной вдоль заводской стены. — Столько работы, столько работы! Завод новый, коллектив дружный, молодежный, планов — громадье, а вот до детей руки не доходят.
— А разве для детей руки нужны? — попытался пошутить я, но Сидорова, кажется, чувства юмора была лишена совершенно.
— Не хватает рабочих рук, совсем не хватает! Мы уж и иногородних приглашаем, и общежитие новое построили, а с кадрами — недобор. А по утвержденным планам открытие в следующем году. И срывать планы пятилетки никак нельзя! Представьте, Александр Сергеевич, запускаем завод, внедряем новую модель автомобиля! «Москвич — 412», видели уже? Такое чудо! Не хуже хваленого «Форда»! Весь советский народ ждет доступного народного автомобиля. В братские республики даже отправляем и на остров Свободы! А рабочих не хватает. Сейчас конвейер налаживаем, в следующем году запускаем! На сборке конвейера почти сплошь молодежь — комсомольцы! Работаем без выходных! Оправдываем высокое звание, присвоенное заводу! Ребята вкалывают по две смены. Некоторые и на третью в ночь выходят — на кооперативные квартиры зарабатывают. А дети до и после школы оказываются предоставлены сами себе. Вон недавно на старой площадке новый «Москвич» угнали покататься. Хорошо, что далеко не уехали — догнали. А дети-то хорошие. С ними заниматься нужно! Летом проще, летом пионерлагеря. Мы за счет профкома сразу на три смены путевки даем. Но пока школа…