Заклятые напарники. Алхимия любви и ненависти

– Даже в душе, – подтвердил полковник. – И ведьму ты не видела.
– Какую ведьму? – подмигнула ему я.
Вирджил рассмеялся и как будто даже начал дышать полной грудью.
– Последний вопрос, – попросила, поднимаясь с кресла. – Как вы узнали, что за дверью я?
– Она сказала, – Вирджил помотал головой.
Показалось, и сам не знает, как она догадалась. Но это означало, что ведьме известно, кто я. Может, потому она так пристально меня рассматривала? И не принесёт ли мне тогда вред этот браслет? Нет, нужно доверять полковнику. Он бы не стал меня подставлять.
  
– Спасибо за разговор, Вирджил. И с удачным завершением дела.
– Всё благодаря вам всем, и даже твоему удару головой из-за Веги, – он вновь рассмеялся.
Расфыркавшись, я покинула его кабинет и у поворота коридора почти нос к носу столкнулась с Эриком.
– Грифон в хорошем настроении? – предположил он.
С такого расстояния от него были заметны мелкие шрамы на его подбородке, словно оставшиеся послу удара дробью или осколками.
– Да, в отличном, – смутившись собственных мыслей, я поспешила сделать шаг назад. – Поздравляю тебя, Эрик.
– Меня берут? – обрадовался он.
– Да. Но имей в виду. Если я почувствую угрозу для задания или своей репутации, потребую тебя уволить, – сообщила сухо. – Мы сослуживцы, не более.
– Даже не друзья? – нахмурился он, а в голубых глазах мне почудился проблеск боли.
– Не друзья, это было бы лишним, – кивнула я. – Ещё раз поздравляю.
– Спасибо, майор Сэнфордэску, – он мне внезапно весело отсалютовал.
Необычное для него обращение покоробило и вызвало странную тревогу. Чудилось, он бросает мне вызов.
– Вольно, Вега, – закатила я глаза и двинулась прочь.
Показалось, он не собирается прислушиваться к моему предупреждению. Но постараюсь верить в лучшее. Мне ничего и не остаётся, в конце концов, я блефовала и не смогу ему навредить.
 
Глава 6
 
/Кэссиди Сэнфордэску/
Марко устроил мне скандал. Настоящий! С криками, раскидыванием вещей, бешенством в глазах и упрёками. Я настолько удивилась, что не смогла даже отбиться, только пыталась вовремя удерживать стремящуюся к полу челюсть.
– Что? Нечего сказать? – тяжело дыша после своей пылкой речи, Марко приблизился ко мне.
А я решила, что раз меня обвиняют в неподобающем поведении, буду истеричкой.
– Ты так ничего и не понял? – я скрестила руки на груди, глядя на него с вызовом и злостью.
– Что я должен был понять? – раздражённо уточнил он.
– Дурак, – припечатала я и для пущего эффекта залепила ему пощёчину, после чего ушла.
А он остался стоять в недоумении с краснеющей от удара щекой. Объяснять или оправдываться не собиралась. Ночь выдалась тяжёлой, потому нам обоим для начала стоило отдохнуть. Это не первая наша ссора, так что я не сомневалась, скоро мы обнимемся и извинимся друг перед другом за чрезмерное проявление эмоций.
Так и вышло на следующий день, когда мы встретились в гнезде уже выспавшимися и успевшими обдумать произошедшую ссору.
– Я просто волнуюсь, – признался Марко. – Мама угрожала Санде. А теперь есть риск прибавить к нашему треугольнику ещё один угол.
– Это же Вега, – закатила я глаза.
– Да, успешный военный и привлекательный внешне мужчина. Действительно, чего мне переживать? – вопросил он театрально, и я захихикала, уткнувшись носом в его грудь.
– Это Вега, он не может меня заинтересовать.
– То же самое мне говорила Санда, – пробормотал он. – Кажется, с этого всё и началось…
Его слова вызвали лёгкую тревогу, но та тут же рассеялась, когда Марко погладил меня по голове.
– Ты говорила с тётей?
К сожалению, король не смог нам помочь, и надежда была только на неё.
– Она в путешествии, должна была приехать в столицу вчера, но задержалась. Встретимся сегодня вечером. Только… я боюсь этого разговора, – призналась тихо. – Вдруг она перевернёт моё представление о маме.
– Ты любишь её. Даже я люблю свою мать, какая бы она ни была. Но я ведь помню твоих родителей. Они любили друг друга и обожали тебя.
– Да, ты прав, мне нечего бояться.
Его слова принесли успокоение.
– Слушайте, вы ведь занимаете раздевалку! – раздался откуда-то издалека голос Кастэля. – Здесь очередь у входа!
Как-то мы слишком забылись, когда жених утащил меня в раздевалку на пару слов…
– Ой, – я оторвалась от Марко и побежала к двери.
В коридоре действительно собралась небольшая толпа мужчин. Видимо, все деликатно ждали, пока мы намилуемся, либо что менее провокационное…
– Простите, мы просто разговаривали, – повинилась я, но многозначительно поиграла бровями, глянув на Вегу.
Для него мы с женихом общались весьма страстно.
Продолжая извиняться, я побежала к полигону. Сегодня Грифон попросил нас расслабиться за тренировкой. Как эти два понятия связаны он не уточнил. По какой-то неизвестной причине Женевра поставила меня в пару с Вегой. И он был сама деликатность, разве что каждый раз слегка подмигивал или улыбался, когда приходилось меня касаться или держаться за руки. В итоге получил по челюсти от Марко, и обоих мужчин после завершения тренировки вызвал на ковёр Грифон. А я убежала на встречу с тётей.
Меня ждали в гости в городской квартире, что расположилась недалеко от порта. Запах соли с моря невольно напомнил о недавнем небольшом путешествии. Надо бы повторить, только на этот раз без Эрика.
Тётя Ионела встретила меня лично. Она вообще была простой и весёлой женщиной. Впрочем, на неё никогда и не давили ни обязанности перед родом, ни наследие алхимиков. Её сосуд, к сожалению, так и не наполнился силой.
– Моя дорогая племянница! Как я рада! – она со свойственной ей открытостью крепко обняла меня и расцеловала в щёки.
– Привет, прости за такой вид, – повинилась я, вдыхая цветочный аромат её волос.
У неё и мамы были разные матери, потому внешне сёстры отличались. Ионела могла похвастаться роскошными каштановыми волосами и серыми глазами, когда мы с мамой уродились жгучими синеглазыми брюнетками.
На самом деле, это довольно романтическая история. После смерти первой жены во время родов дедушка, путешествуя по другим странам, без памяти влюбился в девушку из Кириуса, привёз её в Стоудор и, вопреки протестам семьи, женился на ней. В роду Лазо долгое время не рождались высшие алхимики, но кровь чужой страны вернула былое благословение. Мама стала сильнейшим за последние сто лет алхимиком в семье. Что и позволило ей войти в род Сэнфордэску.
И пусть бабушка была слабым человеческим магом, мне приятно думать, что в моих жилах течёт немного драконьей крови. По этой причине мама и я получили типичные для Кириуса имена. Хотелось бы продолжить эту традицию, но не факт, что позволит королева. Мне придётся войти в род Снегур с довольно большим капиталом в качестве приданого, а роль главы рода Сэнфордэску перейдёт старшему сыну среднего брата моего отца. Он достойный мужчина и успешный высший алхимик. Уверена, он преумножит славу рода. Вот только мне бы больше хотелось остаться на своём месте и решать за себя само́й.
– Небось опять на задании пропадала, – тётя отстранила меня от себя за плечи и внимательно оглядела. – С каждым годом ты всё больше похожа на мать. Становишься всё красивее, Кэссиди.
– Спасибо. Я скучаю по маме.
– И я скучаю, – её глаза наполнились печалью. – Мы были так дружны.
– Знаю. Поэтому и хотела поговорить с тобой.
– Ты говорила, что разговор серьёзный, – кивнула она, нахмурившись. – Что же такого ты не рискнула спрашивать через алофон?
Мы перебрались в гостиную, где я окружила нас антизвуковым полем и приступила к расспросам.
  
– Это давняя история, – показалось, тётя постарела лет на десять, когда поднялась столь сложная тема. – Вивиан вдруг просто исчезла из своей комнаты. Осталась только записка о тайном романе и её желании сбежать с любимым.
– Мамы была влюблена в другого мужчину? – удивилась я.