Эпоха Магии и Пара (СИ)

— Прошу прощения, леди Каниони, — вновь заговорил Кольер. — Но возникло недоразумение. Я познакомился с леди Федерикой не далее получаса назад. Приятельствую же я с вашим сыном, Альберто.
Женщина слегка приподняла брови. И её лицо стало менее строгим.
— Вот как, — произнесла она. — Тогда и я прошу прощения. И у вас, господин Кольер, и у тебя, Федерика. А где же сам Альберто? Оставил гостя.
  
— Он ушёл к дяде, тётушка, — с кротким видом ответила Федерика.
— Рискну показаться слишком прямолинейным, леди Каниони, — заметил Кольер. — Но Альберто имел причину так поступить.
Амедея Каниони кивнула.
— Федерика, — произнесла она. — Могу я попросить тебя, ещё некоторое время оказывать гостеприимство нашему гостю?
— Конечно, тётушка, — ответила Рика.
Амедея Каниони величественно удалилась из гостиной.
— А что такого Альберто должен был так срочно рассказать? — спросила Федерика.
— Боюсь, — Кольер сел обратно. — Я не могу вам этого сообщить, леди Федерика.
— Альберто что, тайно женился? — нахмурила бровки девушка.
Тоже вернувшись на своё место.
— Прошу вас, не пытайте меня, — улыбнулся парень. — Мне доставляет огорчение держать неутолённым женское любопытство.
Федерика некоторое время смотрела на парня. Потом её губы тронула хитрая улыбка.
— Но насчёт себя, господин… Энтони, — произнесла девушка. — Вы можете… утолить моё любопытство?
— По мере сил, леди Федерика, — ответил Кольер.
  
Глава 4
 
Особняк семьи Каниони. Гостиная
Честно говоря, иногда это удивляет объединённую сущность Максима-Энтони. Что девушка, совсем юная, может взять и закурить. И память же в наличии, что в этом не видят здесь ничего предосудительного. Это же не табак, а своего рода лёгкий энергетик или, наоборот, успокоитель. Смотря какой сбор используется. Но слегка все же…
Дамы предпочитают курить не папиросы. Это мужские аксессуары. Женщины носят длинные портсигары, в которых лежат тонкие сигаретки. А длинный портсигар из-за того, что он ещё является и футляром для мундштука. Память Энтони подсказывала, что дамы в высшем свете часто предпочитают носить мундштук отдельно, в вычурном футляре, ибо такой предмет может быть очень длинным. Не с ладонь, как у Федерики, а с локоть длиной. Кстати, на приёмах курительные комнаты отдельные для мужчин и женщин. В директории, где учился Энтони такая же ситуация. А в других учебных заведениях такого разделения нет. Ибо только маги учатся совместно. Тот же Тарквенонский университет, где обучается Альберто, это учебное заведение только для мужчин.
И Федерику сейчас очень интересовало, каково это — совместное обучение. Как вообще это происходит, что парни и девушки находятся в одном учебном классе. По пути эта хитрая особа вставляла вопросы про самого собеседника. Откуда он родом, из какой семьи. И, конечно, в каком статусе Энтони Кольер сейчас.
А Энтони… Он же тут не собирался жениться. Не надо давать сей девушке поводов для серьёзного интереса. Что-то слишком бойкая особа.
— Ничего нового, Федерика, — рассказывал парень. — Так обычно и пропадают из высшего света столицы. Слухи и сплетни — они же собираются и распространяются не только ради забавы. Но и как оружие. Вот и мне пришлось уехать из-за этого. А до того я видел немало точно таких же примеров. Год или два придётся отсутствовать. Многие, кстати, после этого уже не возвращались.
— Почему? — с интересом спросила девушку, держа руку с мундштуком в изящном изгибе, поставив локоть на подлокотник кресла.
— Достаточно молодые попросту женятся или замуж выходят, — улыбнулся Кольер. — Если говорить в общем, находятся такие дела, которые людям более интересны, чем все эти игрища на раутах, приёмах.
Парень затушил почти догоревшую папиросу в пепельнице.
— Это же довольно утомительное занятие, на самом деле, — добавил Энтони. — Одно следование моде уже весьма хлопотное и очень недешёвое мероприятие. Многие люди попросту финансово не тянут. Или не хотят выкидывать такое количество денег на столь эфемерную цель. Мужчинам, конечно, чуть проще. Мужская мода менее изменчива.
— Это даже мы, в нашей провинции, очень хорошо понимаем, — улыбнулась девушка.
— Но только чуть, — усмехнулся Кольер. — В прошлом году пошла мода на вот такие портсигары.
Он показал на свой, который лежал на столе.
— А в этом году портсигары должны быть обтянуты кожей, — добавил парень. — И должно быть золотое тиснение. Боюсь представить, сколько стоит такая поделка. Я сейчас испытываю облегчение, что мне уже не надо это приобретать.
— А для женщин? — заинтересовано спросила Федерика. — Какая мода в этом году?
— Федерика, пожалейте, — откликнулся парень. — Прошу вас. Я за своим видом кое-как успевал следить. Я не настолько в себе уверен, чтобы рассказывать нюансы женского образа.
— Хотя бы некоторые моменты, Энтони, — улыбнулась девушка. — Крупными мазками.
Кольер задумался.
— Платья укорачиваются, — ответил, наконец, парень. — Я имею в виду наряды для мероприятий.
— Конечно, — с лёгкой нетерпеливостью заметила Федерика.
— У меня сложилось впечатление, — продолжал Энтони. — Что вскоре подолы дойдут не только до колена, но и выше поднимутся. Точно проходит мода на… Как это называется, когда делают пышность юбки от талии?
— Я поняла, — деловито откликнулась Федерика.
— Вот это юные особы уже не применяют, — произнёс парень. — Уходят от прямоугольного декольте к клиновидному. Но при этом я видел платья, которые открывают плечи, и, честно говоря, я иногда не понимал, как они, такие платья, держатся на даме. Да, приобретают большую популярность, видимо в связи с длиной подолов, чулки.
— Это вы про те, которые полупрозрачные?
— Да, — усмехнулся Энтони. — Именно. Но не просто чулки. Они носятся без пояса.
— Оу, что настолько длинные? — удивилась девушка.
— Они соединены между собой, — парень усмехнулся. — Простите, мне несколько неловко рассказывать о женском нижнем белье…
— Энтони, — сощурилась Федерика и затянулась.
Кстати, дама не может, как мужик, сунуть папиросу в рот и дымить. Положено лишь иногда прикладываться.
— Если вы не расскажете всего мне, — посулила девушка с видом расследователя секуратории. — Вы будете рассказывать это, как минимум, ещё двоим. Моим подругам. А если будете запираться, то вам придётся прийти с лекцией в академию.
— Леди Федерика, а вы… умеете убеждать, — хмыкнул Энтони. — В общем, как это называется, я честно не помню. Но суть. Чулки соединены между собой. Получились этакие штанишки. Судя по реакции дам, это куда удобнее, чем чулки.
— М-м, — девушка задумалась. — Интересно, интересно.
Она снова затянулась.
— Энтони, — в гостиную вошёл Альберто. — Федерика.
Парень улыбнулся, когда девушка повернулась к нему. Её улыбка показалась Энтони искренней.
— Альберто! — с теплом произнесла Федерика, поднимаясь и подходя к брату.
— Добрый день, сестрёнка, — с не меньшим теплом ответил Альберто.
А вот такие объятия, когда их лишь обозначают, это свидетельство очень приятственных, но не слишком близких отношений. Близких, в смысле будуарных.
— Уже вечер, — слегка укорила девушка брата. — Впрочем, я не в претензии. Ты предоставил мне отличный источник по столичной моде.
— Альберто, я уже, признаться, почти в отчаянии, — заметил Энтони. — Столь суровый экзамен я не сдавал даже в директории.
— Энтони, не преувеличивайте, — погрозила пальчиком девушка. — Заметьте, я даже не поднимала тему, откуда вы в курсе про женское нижнее бельё.
  
— Видел в магазине, — тут же отбил Кольер.
— То есть, вы специально заходили в отдел женского белья? — насмешливо поинтересовалась Федерика.
— И опять я припёрт к стене, — вздохнул Энтони.
* * *
Особняк семьи Каниони
Малая трапезная