Эпоха Магии и Пара (СИ)

Ни на правой руке, ни на левой, у Кольера не было никаких колец. Не маг, не женат. Не заметно ничего военного. Зато заметны повадки человека светского. И да… Что-то этот парень слишком красив. Даже немного не по себе. Глаза эти синие… Какой-то прям картинный красавчик. Как бы не оказался, на самом деле, каким-нибудь проходимцем.
— А вы приехали надолго? — спросила Федерика.
  
— Полагаю, что на лето точно, — ответил Кольер. — Дальше посмотрим.
— А! Так вы у нас будете жить, да? — продолжала играть непосредственность Рика.
— Это было бы не совсем… вежливо, леди Федерика, — мягко ответил парень. — Я планирую остановиться в гостинице. Или снять квартиру.
— Мне кажется, господин Кольер, — произнесла девушка. — Что вы приехали не по делам. Я права?
— Иногда можно себе позволить просто попутешествовать, — выдал улыбку парень.
«Ну, и улыбочка», — это Рика оценила, что…
Боги, действует же! Прям хочется улыбнуться в ответ…
«Выпить бокал другой вина».
— Если не секрет, господин Кольер, — произнесла девушка, выкидывая из головы эти мысли. — А чем вы занимаетесь?
Да, это было очень… Грубое спрямление. Но подросткам такое прощают.
— Делами, леди Федерика, — опять улыбнулся Кольер. — Не буду вдаваться в подробности, ибо они скучны и серы. А вы, полагаю, учитесь?
— Да, — это было нетрудно угадать, Рика же в форменном платье АЖА.
— На последнем или предпоследнем курсе? — уточнил парень.
А вот это уже интересно.
— А как вы это поняли? — с лёгким удивлением спросила девушка.
— В основном по возрасту, — ответил Кольер, продолжая держать вежливый приветливый тон. — Вам же лет восемнадцать-девятнадцать.
— А вы внимательный человек, господин Кольер! — весело заметила Федерика.
— Что вы, — ответил парень. — Я сделал этот вывод по вашему виду.
— В смысле? — не поняла девушка.
— Если быть точнее, по одежде, — Кольер показал на запястье левой руки девушки. — В каждом учебном заведении предпоследний и последние курсы имеют какое-то отличие. В вашем, я так понимаю, это браслет?
Федерика невольно двинула рукой, на которой и находилась упомянутая вещь. Браслет был составлен из чёрных плоских камней. Недорогих, но обработанных весьма тщательно. Так же к браслету был прицеплен значок академии — открытая стилизованная книга, вписанная в круг (этот значок, так-то, нужно носить на платье).
— Хм, — девушка сощурилась. — Да, это так. На четвёртом курсе каждая воспитанница лично делает себе браслет. И носит на левой руке.
— Позвольте догадаться, — улыбнулся снова Кольер. — А на последнем — на правой?
— На обеих, — тоже выдала очаровательную улыбку Рика. — И главная сложность, сделать точно такой же браслет.
— Ясно, благодарю вас за информацию, леди Федерика, — склонил голову Кольер.
— А там, где вы учились, господин Кольер? — спросила девушка. — Там какая традиция?
— Цвет шейной ленты, — ответил парень. — Третий курс — синяя. Четвёртый — зелёная.
— Четвёртый? — слегка удивилась девушка. — А где вы учились?
(Учебные заведения здесь имеют либо трёхгодичный, либо пятилетний срок обучения).
— В Директории, — ответил Кольер.
— А-а, понятно, — Рика покивала. — Выходит, вы маг, господин Кольер?
— Хотел им быть, — ответил парень. — Но не совсем получилось.
— А такое бывает? — удивилась девушка.
— Как видите, — усмехнулся Кольер.
— Никогда не слышала, — задумчиво произнесла Рика. — Чтобы… окончив Директорию, кто-то не смог стать магом.
— Это будет трудно объяснить, — произнёс парень. — Но иногда такое случается. И я, к сожалению, попал в эту грустную статистику.
В этот момент в гостиную вошёл дворецкий. Разумеется, в классическом строгом чёрном костюме, с чёрной шейной лентой, которая охватывала стоячий воротник рубашки. В руках у дворецкого был небольшой металлический поднос, на котором стоял квадратный стакан заполненный на треть жидкостью светло-коричневого цвета. Полтрейн, напиток с севера Рутланда. И ещё на подносе была чёрная массивная каменная пепельница.
— Господин Кольер, — дворецкий, составив принесённое на столик между креслами, поклонился.
— Благодарю вас, — ответил Кольер.
— Госпожа Федерика.
И Айбл Краун неторопливо удалился.
— Господин Кольер, — заговорила девушка. — А можно задать вам несколько вопросов по… Ну, вашему обучению в Директории?
— Да, конечно, — кивнул парень.
— А это правда, что там учатся все вместе? — чуть подалась вперёд Рика.
— Учатся — да, — ответил Кольер. — А вот живут раздельно. И даже местные жили на пансионе в Директории. Первый год нам вообще нельзя было никуда выходить.
— Почему? — удивилась Федерика.
— Потому что обучение маги начинают именно в пятнадцать лет не просто так, — ответил Кольер. — Именно в этом возрасте начинается магический шторм.
— Что это?
— Вы знакомы с термином кризис подросткового возраста? — спросил Кольер.
— М-м, это когда… происходит переход от ребёнка к взрослому? — ответила девушка.
— Да, — кивнул парень. — У магов наблюдается что-то типа того же. Они проходят этап привыкания к своему новому состоянию. В этот момент будущие маги себя не совсем контролируют. А бывает, что совсем не контролируют. Резкие смены настроения, длительные периоды депрессий, эмоциональные пики. Очень трудно, почти невозможно преодолеть это самому. Поэтому, магов и содержат отдельно. Хотя бы для того, чтобы они себе что-нибудь не сделали.
— Содержат? В смысле…
— Закрывают одних в отдельном помещении, — спокойно пояснил Кольер. — Так что все маги, госпожа Федерика, знакомы с камерами-одиночками.
— Хм, честно говоря… не знаю, смогла бы я через такое пройти, — задумчиво заметила Рика.
— Это был не вопрос выбора, леди Федерика, — усмехнулся Кольер. — И мы все воспринимали это, как вынужденную меру, а не наказание.
— Получается и девушки тоже… в камере? — неверяще спросила Рика.
— Лучше в камере, нежели набрасываться на встречных мужчин, — иронично заметил парень.
— Набрасываться? В смысле?
— Магический шторм кратно усиливает все чувства, ощущения, — ответил Кольер. — В том числе, это касается влечения. Очень сложно себя контролировать. Практически невозможно.
Федерика покачала головой.
— Какие… честно говоря, жутковатые… — Рика вздохнула. — А потом? Когда всё проходит… А это, кстати, проходит?
— На третьем курсе учеников уже спокойно отпускают в увольнения, — ответил Кольер. — А на четвёртом можно даже не жить на кампусе. У нас многие, кто имели обеспеченность, снимали себе квартиры в городе. И ходили в директорию, как обычные ученики.
— Но всё равно, это довольно суровые… необычные условия, — заметила девушка.
— Разве? — улыбнулся парень. — Уверен, что вы тоже можете рассказать что-нибудь… специфическое, что непосвящённым покажется, как минимум, странным.
— У нас в камеры не садят, — слегка улыбнулась Федерика.
— Но наверняка есть традиция… — парень сощурился с лукавым выражением лица. — Связанная с лёгкой аморальностью. Или даже не с лёгкой.
— Хм, есть, — хитро улыбнулась девушка. — Но посторонним, а тем более мужчинам, про это рассказывать запрещено.
— Я и не настаиваю, леди, — заверил Кольер. — Я человек любопытный, иногда даже, возможно, слишком, но побуждать к нарушению правил не хочу. Но намёк… Это связано с неглиже?
Федерика хмыкнула. И кивнула.
— Добрый день, — раздался в гостиной строгий женский голос.
В комнату вошла статная и при этом стройная, как девушка, дама в строгом тёмно-синем длинном платье и с высокой причёской. Кольер тут же поднялся.
— Тётушка, — Федерика тоже последовала требованиям этикета.
  
Кольер поклонился, а Рика вместе с поклоном ещё и слегка присела.
— Леди Каниони, — произнёс парень. — Энтониани Кольер. Состою в приятельских отношениях…
— Федерика, — строго произнесла Амедея Каниони. — Я, признаться, удивлена. Приглашать молодого человека без предварительного знакомства…