Академия любви и ненависти (СИ)

— Спасибо, — произнёс он тихо и спокойно, словно не запугивал меня недавно дикими глазами и жёстким тоном. — Ты отлично готовишь. Не ожидал...
— Тихо! Молчи! Не заканчивай гадостью, пожалуйста, — неожиданно даже для себя попросила я, опускаясь на соседний стул. — Ты просто не представляешь, как я устала. Давай хотя бы сегодня не будем спорить. Один день. Перемирие.
— Тоже не спала трое суток? — с сочувствием спросил Роб, враз переменившись в лице после моей просьбы. Видимо. Ему совсем нехорошо.
— Так вот почему ты так паршиво выглядишь.
— Кори, ты ведь девушка, говори красиво. — Роберт поморщился. — Я выгляжу так, потому что неважно себя чувствую из-за ранения.
— Ты ранен и сидишь здесь? А лазарет?!
Я на мгновение подскочила, чтобы кинуться к нему и помочь, затем волевым усилием заставила себя опуститься назад, на стул. Потянулась к блину.
— Чего не сделаешь, лишь бы объесть тебя, — хмыкнул этот балбес, выхватывая тот блин, к которому я тянула руку. — В лазарет пойду завтра. Сегодня нет Тугура, а к ведьмам я ни ногой.
Вспомнила, что комендант общежития тоже упоминала ведьм в негативном ключе и я даже собиралась разобраться, что за странное отношение, но затем списала его на любовь дам к слухам и позабыла. Ан нет. Что-то всё же было, раз и мужчины сторонятся лекарской башни в отсутствие главного лекаря.
— А что в них такого ужасного? Я сегодня относила бульон для больных и не заметила в дежурной никаких странностей. Правда, меня не пустили дальше порога.
— Зак в лазарете? — раскусил мой маневр Роберт.
— Весь старший курс, — ответила я с достоинством, затем решила приврать, чтобы выставить себя в лучшем свете. — Думала, и ты находишься там же. И, кстати, сегодня пришла первой на утренней тренировке. Дважды.
— Хвастунишка. Воспользовалась моментом. Как это по-женски.
— Мог бы и похвалить, — надула я губы.
— А ты нуждаешься в моей похвале?
Тёмные глаза Роберта вонзились в моё тело и, казалось, просканировали его вдоль и поперёк. Я почувствовала себя странно неуютно в его присутствии и не сразу нашлась с ответом. Слишком привыкла жалить и защищаться при общении с ним, но сегодня в этом не было необходимости и стоило выбрать иную манеру.
— Мне было бы приятно. Каисторн — академия своеобразная, здесь невероятно сложно...
— Так уйди.
— Я не могу. И, веришь или нет, но мне здесь нравится. Хочу поскорее попасть на практику.
— Эли, ты молодая девушка, аристократка, и многого не понимаешь. Это не Королевская академия магии, и даже не Сантор, где превыше всего долг и честь. Это Каисторн — академия, где во время обучения только на первом курсе погибает десятая часть учеников. Я уже молчу, что происходит с красивыми девушками вроде тебя на тех заданиях, о которых ты грезишь.
И этот туда же.
Роберт вздохнул и потянулся к чайнику, на секунду зажмурился, но дальше продолжил как ни в чём не бывало. А я напряглась.
Выходит, ранение даёт о себе знать даже через заморозку. Наверняка он использовал именно её. У каждой стихии есть свои «любимые» заклинания.
— Роберт, если повреждены ткани, я могу попробовать восстановить их тем заклинанием, что лечила свои руки, — произнесла неуверенно. — Хуже не будет.
— Не уверен, — хмыкнул он, но принялся расстёгивать полевую форму. — Не грохнешься в обморок?
— А там всё очень страшно? — уточнила на всякий случай. Мало ли, какие ранения бывают.
— Кори, благовоспитанные девицы падают в обморок от одной мысли, что увидят мужчину без рубашки, — вновь напомнил мне прописные истины, устаревшие пару веков назад, Роб.
— Глупости какие, — сообщила я, деловито закатывая рукава и поглядывая в сторону тёмного мокрого пятна на чёрной рубашке.
Роберт принялся за пуговицы. Одна, вторая, третья.
В горле внезапно пересохло и я схватила чашку и выпила залпом её содержимое, налила ещё.
— Тебе нужно пить много жидкости, чтобы восполнить кровопотерю, — сообщила, чувствуя, как щёки заливает краска. — Почему ты не остановил кровь?
— Остановил. Действие заморозки кончается. А ты покраснела. Всё же есть в тебе следы нашего с Дэйнором воспитания.
 
— Заткнись и не мешай мне, — невежливо брякнула я, протягивая руку к ужасной рваной ране, стянутой враждебной мне магией. Второй рукой призвала небольшой металлический таз, брусок хозяйственного мыла и чайник с горячей водой. — Это ведь укус, да? Ты продезинфицировал рану?
— Да, но наспех.
— Осторожно промой края раны и вот я не знаю, что делать с ней самой, она такая большая. Может, всё-таки сходим к ведьмам?
— Нет.
— Какой же ты упрямый.
— Ты не лучше.
Посмотрела на Роберта недовольно. Нашёл время спорить.
— Давай ещё раз всё промоем, затем ты снова очистишь рану магией, выпьешь литр воды и я всё это залечу. — Я старалась говорить уверенно, потому что вариантов особо не было. Или я сделаю это или он будет мучиться до завтра или даже послезавтра. Кто знает, когда вернётся профессор Тугур.
Роберт посмотрел на меня взглядом великомученика, а затем в два счёта выполнил требуемое и терпеливо сидел без движения, пока я скрупулёзно сращивала ткани. И главное — молчал!
— Ты сходи потом к Тугуру, пусть подправит, вдруг я что-то не так сделала, — произнесла я, облокачиваясь на стол, когда закончила со сложной процедурой.
— По ощущениям всё отлично. Спасибо.
— И тебе спасибо. Я уничтожила сферы, чтобы не подставлять тебя, но не снимала защиту, надеюсь, ты не против.
— Разумеется, нет. Твоя защита для обитателей чёрной башни — полная ерунда, — самоуверенно заявил этот гад.
— С чего это вдруг? — возмутилась я по привычке. Затем вспомнила про его десятый уровень и сникла. — Ладно, твоя взяла. У меня пока восьмёрочка — предел.
— Ты серьёзно? Восьмёрка? Уже? Кори, а если с даром? — спросил он тихо, словно не был уверен в собственной защите.
— Если тебе интересно, могу ли я ходить по чужим сокровищницам, включая драконьи с высшим уровнем защиты... — начала я, любуясь его удивлённым лицом. — То я не отвечу.
— Значит, можешь, — восхитился Роберт. — Как об этом узнала тайная канцелярия? Ты ведь понимаешь, что они тебя не отпустят?
— Отпустят. Потрясу связями, если что. Да ими и трясти не нужно, Серена за меня горой, а ей отказа нет.
— Наслышан. Ты умеешь заводить связи.
Мужчина запустил по телу очищающее заклинание с использованием воды, и я завороженно следила, как прозрачные капли стирают следы крови с гладкой загорелой кожи.
Чтобы отвлечься от необычного зрелища, занялась его рубашкой, однако от волнения и усталости немного перестаралась и в какой-то момент очищающее заклинание усилило своё действие до неприличия.
— Тебе так понравился вид обнажённого мужчины, что ты решила уничтожить рубашку?
— ехидно поинтересовался Роберт, оценивая тлеющую ткань в моих руках.
Я же с недоверием смотрела на посмевший подставить меня огонёк. Ну не зараза, а?
— Не так уж ты обнажён! — возмутилась, будто не я нахулиганила, а снова Роберт виноват.
— То есть тебе недостаточно? Серьёзно, Кори? Так соскучилась, что наглядеться не можешь?
О, узнаю эти ехидные нотки. Мы всё-таки не умеем общаться мирно дольше четверти часа.
Состроила невинное личико, похлопала ресничками.
— Ночей не спала — так скучала! — заверила его нежным голоском.
Роберт расхохотался. Г ромко. От души.
Вплавленные в кожу накопители ловили свет от магических светильников и отражали его, привлекая внимание своим блеском. И я не могла оторвать от них взгляд. Красивые и крупные камни. Сколько же боли они ему доставили во время вживления. Но и сколько пользы принесли.
 
А вместо вязи боевых рун у него морские волны и родные пейзажи. Ну надо же.
— С тобой не соскучишься. А теперь шутки в сторону. Иди сюда. — И Роберт похлопал по коленям.
— С ума сошёл?!
— Нет. Ты сейчас подойдёшь, сядешь ко мне на колени и мы продолжим беседовать, — произнёс мужчина спокойно и уверенно, так, словно у меня нет выбора. Но у меня-то он есть!