Кафе «Пряная тыква»

Кристалл оглянулась через плечо, когда Джинни вышла из подсобки, и выдохнула с облегчением.
— О, слава богу, — сказала она с взволнованной улыбкой. — Ты здесь.
Да, она здесь, черт подери. Это ее чертово кафе. И несмотря на все потуги Нормана и опасения Логана, никуда Джинни не уедет.
Она встала за прилавок.
— Привет, Марко. Тебе как обычно?
Мужчина ответил ей дружелюбной улыбкой:
  
— Привет, Джинни. Да, было бы прекрасно.
Джинни кивнула и принялась за работу.
  
Глава 29
 
— Так, где он? — голос Энни разнесся по дому, прежде чем она сама вошла.
— На кухне, — бабуля без колебаний сдала Логана с потрохами.
— Насколько все плохо? — еще один голос. Хейзел тоже пришла. Чудесно.
— Очень плохо. Надраил весь дом и перестроил курятник.
Логан нахмурился. Разве плохо, что он делает уборку, когда расстроен? Мог найти себе занятия и похуже. И он давно собирался починить курятник. Просто время появилось только сейчас, когда закончился осенний фестиваль. И больше не нужно помогать красивым хозяйкам кафе.
Нутро свело, как бывало всякий раз, когда он думал о фестивале, Джинни и обо всем, что случилось после. Прошла неделя с тех пор, как он видел ее в последний раз.
С тех пор как в последний раз пил хороший кофе.
Невыносимо.
Но он знал, что будет только больнее, если позволить себе зайти с ней еще дальше, а она в итоге решит, что закончила свой маленький эксперимент в этом городе. Он так не мог.
— Ладно, мистер Чистюля. Бросай тряпку, — велела Энни, входя на кухню с корзиной кексов.
— Вообще, он больше похож на Одинокого Ковбоя, — добавила Хейзел, задумчиво рассматривая его фирменную бороду и фланелевую рубашку.
— Ха-ха.
Энни, не церемонясь, расположилась поудобнее — в конце концов, обитель Логана была для нее вторым домом с самого детства. Энни была одной из шести детей и, оказавшись где-то между старшими и младшими, то и дело терялась в общей суете родственников. Энни нравилось внимание бабушки и дедушки Логана, а Логану нравилось, что рядом время от времени бывала ненастоящая сестра.
Впрочем, он бы ни за что ей в этом не признался, пока она хозяйничала у него на кухне, заваривала чай и совала нос в его дела.
Хейзел села за стол и взяла кекс, но Логан уловил, как она украдкой бросала на него жалостливые взгляды. Именно этого он старался избегать. Энни поставила чашку чая перед Хейзел и села. Взяла кекс и медленно сняла обертку, глядя на Логана с разочарованием, будь оно неладно. Он не выдержал:
— Господи, Энни. Да выкладывай уже.
Она недовольно поджала губы:
— Что ты сделал?
— С чего ты взяла, что я что-то сделал? — он бросил грязную тряпку в раковину и скрестил руки на груди.
Хейзел следила за каждым его движением. Оборонительный язык тела. Вот что она сказала бы, но позволила Энни вести разговор. Пока.
— Ну, во-первых, вы с Джинни были сладкой парочкой на фестивале, а потом — бам! — и ты исчез.
— Я не исчезал. Я здесь.
Энни нахмурилась:
— Во-вторых, Джинни уже не такая жизнерадостная, как обычно, и отказывается это комментировать.
У Логана сжалось сердце.
— О чем ты?
Она тяжело вздохнула — с видом человека, которому приходится объяснять что-то совсем тупице. Возможно, она права.
— О том, что Джинни пашет как проклятая всю неделю, с тех пор как Норман ушел. Но она…
— Погоди-ка, Норман ушел?
— Да, уволился, — встряла Хейзел.
— Почему?
Хейзел пожала плечами:
— Джинни сказала лишь, что он решил попробовать другие варианты. Разговор вышел странным.
Логан покачал головой и опустился на стул. Энни подсунула ему банановый кекс с шоколадной крошкой. Его любимый. По крайней мере, она прихватила закуску на свою агрессивную миссию.
— Не понимаю. Почему Норман уволился и оставил Джинни в такой сложный период?
— По-моему, все очевидно, — сказала Энни. — Ему не нравилось новое руководство.
— Да все ее любят, — прорычал Логан, сам слыша, как поехала крыша, но уже не в силах остановиться.
Энни подняла бровь:
— Особенно некоторые.
— Она здесь не останется, Энни. И на этот раз я не хотел все затягивать.
— С чего ты так уверен?
Казалось, Энни готова отобрать у него кекс в качестве наказания. Логан пододвинул его к себе.
— Она подумывает о продаже кафе. Сможет выручить немалую сумму. — Он пожал плечами. — Для нее все это было экспериментом. В итоге она устанет и вернется к прежней жизни.
Будучи миниатюрным книголюбом, Хейзел двигалась как чертов ниндзя. Он не предвидел оплеухи, пока ее рука не коснулась его головы.
— Ай! Хейз, какого черта!
Энни подавила смешок.
— Это и есть ее настоящая жизнь! С чего бы ей надрываться, чтобы держать кафе открытым всю неделю, притом что у них катастрофически не хватает персонала? Зачем вступать в книжный клуб и записываться на курсы выпечки, если ей здесь не нравится? Зачем влюбляться в тебя, дурака, если не собирается оставаться?
Логан подавился кексом, которым набивал рот, когда Хейзел произнесла свою ошеломляющую речь. Крошки посыпались у него изо рта. Энни смахнула их со стола на только что подметенный пол.
— Она не любит меня, — прохрипел он, закашлявшись.
— Возможно, пока, — сказала Хейзел, пожав плечами. — Но я видела, как она на тебя смотрит и как ты на нее тоже. Это не просто мимолетное увлечение. Так не смотрят на случайную интрижку.
Логан судорожно сглотнул.
— Однажды тебе придется попробовать снова, — заметила Энни. — Рискнуть. Джинни того стоит.
— Тебе надо разобраться с боязнью быть брошенным, — добавила Хейзел, попивая чай.
— С чем? — Логан поперхнулся, и Энни с силой хлопнула его по спине, отчего по столу рассыпалось еще больше крошек.
— Логан, твой отец ушел, когда ты был младенцем. Мать умерла, пока был еще ребенком. Единственные серьезные взрослые отношения закончились тем, что тебя бросили. Думаю, совершенно очевидно, в чем тут дело, — Хейзел поправила очки на переносице, пока Логан в шоке глядел на нее.
— А ведь правда, — вставила Энни. — Опять засела в секции самопомощи, Хейз?
Хейзел пожала плечами:
— Я думала, мы все уже это поняли.
Логан провел рукой по бороде:
— Господи, Хейзел. Да ты сегодня даже не пытаешься смягчить удар.
— Просто стараюсь помочь.
Он чуть не рассмеялся. В представлении Хейзел «помочь» означало высказать все как есть, не выражая ни капли сострадания. Но она не ошибалась. Ему не стоило так срываться при виде нераспакованных коробок и списков от риелтора. Стоило поверить Джинни. Боязнь быть брошенным. Звучит сложно, но все просто. Он боялся. Боялся, что Джинни уйдет. Боялся снова потерпеть неудачу. Боялся, что его снова ранят.
Логан позволил этому страху руководить собой при каждой встрече с Джинни. Он пытался отрицать, что она ему нравится. Прятал то, что между ними происходило. Срывался и делал выводы, не удосужившись поговорить с ней.
В довершение ко всему он удрал на безопасную ферму и с тех пор там прятался. Как и предупреждал его дедушка.
После череды тревожных прозрений подруги встали и собрались уходить. Энни отнесла кружки в раковину, а Хейзел поцеловала Логана в макушку.
— Удачи, — сказала она, необычайно крепко хлопнув его по руке. Когда, черт побери, Хейзел стала такой сильной? — Уверена, ты сможешь все исправить. Хотя бы загляни на чашечку кофе. По городу ходят слухи, что ты то ли отправился в медитационный ретрит, то ли карабкаешься по горам в Перу.
  
Логан покачал головой:
— Почему?
— Папе приснился сон, в котором ты стоишь с ламой на какой-то высокой вершине или вроде того. Он неясно выразился.
— Чертов городишка.
Энни ухмыльнулась, выходя из кухни:
— Тебе он нравится. До скорой встречи!