Чудесные рецепты крестьянки-самозванки (СИ)

Похоже, бабушка считала, что у слона много здоровья, потому что он большой. Иного объяснения странному названию я не находила. Молочный коктейль с фруктами… и камедью. Я замучилась его взбивать, но вкус получился отменным.
На закуску я оставила опыты с веществами, купленными в аптеке. Рецепт назывался «Брызги удачи». Апельсиновый сок взбивался с альгинатом натрия и по капле выдавливался из шприца в воду с хлоридом кальция. Внешне полученный продукт напоминал крупную оранжевую икру. Митя успел улучить момент и схватил одну «икринку» до того, как я промыла их водой. И долго плевался от горького вкуса хлорида кальция.
  
Владияр Николаевич оказался любителем устраивать сюрпризы. Накануне Афанасий писал, что лечение продолжается, и я не ждала их возвращения, занимаясь экспериментами на кухне. И так увлеклась, что не заметила, как во двор въехал ведомобиль. Но вопль Мити: «Ура! Дядюшка вернулся!», не услышал бы только глухой.
Отдохнувшим и посвежевшим Владияр Николаевич не выглядел. Наоборот, осунулся сильнее. И был бледным, как призрак. Не то чтобы я призраков видела, но представляла их именно такими.
Мите Владияр Николаевич улыбнулся, потрепал его по волосам и сказал, что позже отдаст подарки. Со мной же поздоровался хмуро и сказал, что не желает видеть ничего, напоминающего ему о больничной еде. Даже похожего. Даже вкусно приготовленного.
— Да я ничего и не готовила, — ответила я. — Вы же не предупредили, что возвращаетесь.
— А я обязан? — пробурчал Владияр Николаевич. — Я к себе домой вернулся, а не к тебе в гости приехал.
Прозвучало это так, будто он разочарован, что за время его отсутствия мы с Митей не убрались восвояси. Я даже растерялась, не нашлась, что ответить. Впрочем, он ответа и не ждал.
— Не обращай внимания, — сказал Афанасий, когда перенес вещи в дом и заглянул на кухню на минутку, чтобы меня поддержать. — Из больницы он сбежал, с братом из-за этого поругался. Не в настроении. Отойдет.
— Кормить-то его чем? — спросила я. — У меня ничего не готово!
— Ты не спеши. Он ванну примет, время есть. Лепешек своих можешь сделать, он их вспоминал.
— Одними лепешками сыт не будешь…
— Да ему не сытость сейчас нужна, а почувствовать, что он дома.
Я и решила, что не буду ждать удобного случая, чтобы накормить Владияра Николаевича брызгами удачи и рулетиками счастья. Эти блюда из тетради, может, и не особо сытные, зато точно не похожи на больничную еду.
[1] Перечислены реально существующие в начале ХХ века магазины Малаховки. И далее — реальные факты из истории этого поселка, включая существование местного Невского проспекта.
  
Глава 27
 
— Это что? — поинтересовался Владияр, рассматривая кроваво-красные кубики в суповой тарелке.
— Еда, Владияр Николаевич, — безмятежно ответила Ульяна. — Как вы и велели.
— Я велел? — удивился он. — Как это, вообще, называется?
— Кровавый поцелуй, — сказала Ульяна, закрыв Мите уши ладонями.
— Кро… Что⁈
— Не понимаю, чем вы недовольны, — заметила она. — Эта еда похожа на больничную?
— Нет, — вынужденно признал Владияр.
— Приятного аппетита!
Владияр взглянул на Митю, который уплетал кубики, неприлично чмокая губами. Ульяна, вопреки обыкновению, замечаний ему не делала. И на Владияра смотрела с вызовом, к огромному его облегчению. Он боялся, что после дурацкого приступа, случившегося так невовремя, в глазах Ульяны он будет видеть лишь жалость.
— Митя, это вкусно? — спросил Владияр.
— Ага, — ответил тот. — Очень!
«Ягодное желе… — подумал он. — Наверное, она ничего другого не смогла придумать. Все же никто не предупредил ее о моем возвращении».
За дурное настроение было слегка стыдно. Не Ульяна держала его в больнице дольше, чем он рассчитывал. И не она пыталась отправить его на воды… или грязи… Короче, на курорт. В принципе, Владияр не прочь сменить обстановку, но решать, куда, когда и с кем ему ехать будет он сам. А не это вот… «Я купил билеты, недели хватит, чтобы собраться?» Влад возомнил, что он старший⁈
Кубик желе растаял во рту, но вместо ягодного вкуса на языке разлилось нечто иное.
— Это что? — повторил вопрос Владияр. — Если опять скажешь, что еда…
Он угрожающе замолчал.
— То что? — с интересом спросила Ульяна.
— Дядя Яр, это суп, — чуть ли ни с обидой произнес Митя. — Почему вы сердитесь на маму? Вам невкусно?
Во взгляде Ульяны появилась насмешка. И Митю она не одернула. Нарывается?
— Вкусно, Митя, — ответил мальчику Владияр, пересилив себя. — Будь добр, ешь молча. Нельзя вмешиваться в разговоры взрослых.
— Мама… старалась. — Митя смотрел на него исподлобья. — Весь день на кухне провела. И вчера тоже.
— Митя, извинись, — вздохнула Ульяна.
— Ну, ма-а-ам!
— Извинись, — твердо повторила она. — Готовить — моя работа. Делать замечания взрослым ты не вправе.
Митя встал из-за стола и, опустив голову, пробурчал:
— Прошу прощения, дядюшка.
— Извинения принимаются, тема закрыта, — быстро произнес Владияр. — Хотя, нет. Ульяна, я тоже прошу прощения. Просто это… — Он указал на квадратный суп. — Несколько необычно. Я растерялся.
Она склонила голову в знак согласия, после чего отправилась на кухню и вернулась с новыми блюдами. Одно из них Владияр узнал — мясное суфле. Другое весьма напоминал червяков: огромных, длинных и жирных. Но оранжевого цвета. Третьему он даже обрадовался — его любимые гречневые лепешки, свернутые в трубочку. Интересно, какая сегодня начинка?
Спрашивать в очередной раз «это что», Владияр не рискнул. Он попробует угадать, это даже забавно.
Митя без колебаний подцепил оранжевое нечто вилкой, сунул в рот… и всосал «червяка» целиком, при этом кончик шлепнул его по губе и по носу. Митя замер, покосившись на мать. И Владияр прыснул, уж больно смешно это выглядело. Ульяна довольно улыбнулась.
А не розыгрыш ли это? Над ним решили подшутить?
Отчего-то эта мысль развеселила Владияра еще сильнее. Он подмигнул Мите и повторил его трюк с всасыванием «червяка». Матушка прилегла бы в обморок от такого поведения за столом. А потом надрала бы уши. Тем веселее было дурачиться. К тому же Ульяна наблюдала за безобразием молча и улыбалась, как кошка, налакавшаяся сливок.
В «червяках» Владияр признал морковь. А что внутри лепешек — не угадал. Ульяна сказала, что это яичный желток, но по вкусу — какой-то крем приятной нежной текстуры.
На десерт он получил икру из апельсинов и молочный коктейль, густой, тягучий и невероятно вкусный.
Сами боги послали ему эту женщину, не иначе.
После обеда Владияр отдал Мите гостинец от Василисы: большое шоколадное яйцо с игрушкой внутри[1]. А от себя — новые книжки, сладости и трехколесный велосипед. Митя пришел в восторг, а Владияр сожалел о том, что не может сам учить Митю кататься на велосипеде.
Он и Ульяне подарок приготовил. Но как отдать? Владияра волновало, как она это воспримет. С одной стороны, в намерении жениться на ней он лишь укрепился. Этот брак будет выгоден обоим. С другой, не слишком ли рано для таких подарков?
Митя извлек из яйца свистульку и убежал во двор, развлекать Ночку. Чтобы осваивать велосипед, нужен был Афанасий, и, кажется, он что-то делал на кухне.
— … ты не подумала? — услышал Владияр голос Афанасия, подъезжая к кухне.
Сердит, даже раздражен. С чего бы?
— Разумеется, подумала, — ответила ему Ульяна. — Я беседовала с местным лекарем из лечебницы. Он заверил меня, что ингредиенты безопасны, и даже полезны.
— А деньги? Сколько денег ты на них потратила?
— Ни копейки из того, что оставил Владияр Николаевич. — В голосе Ульяны зазвенела обида. — Я и на нас с Митей ничего из тех денег не тратила. У меня свои есть.
  
Кажется, пора вмешаться.
— Афанасий, что происходит? — спросил Владияр, заезжая на кухню. — Ульяна что-то сделала не так?
— А вы посмотрите, что она в рецептах использовала, — тут же наябедничал Афанасий. — Порошки какие-то, трубки. Я не уверен, что это безопасно.