Русский ВИТЯзь прямо не ходит

Солёный, кажется, был на самом деле увлечён новой знакомой: девушка, и правда, незаурядная, даже какая-то волшебная. Александра наблюдала за ней и Юрием с улыбкой, а вот Кэ Ша почему-то по-прежнему не разделял чувств журналиста. И вообще, настроение у мейн-куна было хуже некуда. Он всё время озирался по сторонам, словно чувствовал неладное. Александра и сама не могла отделаться от ощущения, что кто-то идёт за ними по пятам. Пару раз она даже пыталась проследить за взглядом кота, и в один из таких моментов ей показалось, что за деревьями мелькнула тёмная тень, которая, впрочем, моментально исчезла, как только Александра сосредоточила на ней взгляд. Кто-то следит за ними? Сенька? Хм…Великий сердцеед потащился в лес?! Маловероятно. Может, кто-то другой? На ум сразу приходили мрачный посетитель нотариуса в чёрном худи и тот загадочный Архимат. Кстати, не он ли назвался настоящим наследником?
Чем дальше продвигались путники, тем всё более болотистой становилась местность. По земле стелился туман, и они дважды сбивались с пути, то ли по причине того, что Юрий нещадно отвлекал Квасёну своими расспросами, то ли потому, что эта местность не хотела подпускать незваных гостей к своим тайнам. В результате до села удалось добраться только к ночи. Солнце уже закатилось за частокол леса, уступая тьме право царствовать до рассвета. Прятавшиеся за высоким бурьяном и деревьями дома казались Юрию как самому подверженному всякого рода мистицизму спящими чудовищами с выпиравшими, словно рёбра, брёвнами и заметно сползающими проваливающимися крышами, но весь этот мистический флёр мгновенно исчез от прикосновения луча света – это Александра включила мощный фонарик.
Она, кстати, прихватила с собой и тепловизор. С такими приспособлениями даже кресты заброшенного погоста, руины церковных ворот, ведущих в никуда, и одиноко возвышающаяся над унылым ландшафтом разрушенная колокольня уже не навевали мрачных мыслей о вечном. Наука всегда разрушала суеверия и развеивала мрак. Правда, даже с помощью этого прибора не удалось разглядеть ничего, что бы заслуживало внимания. Кто же следил за ними? Или показалось?
– Мой дом там, – тихо сказала Квасёна, указывая на одну из дальних построек, почти терявшуюся в темноте и тумане. – Переночуем в нём, а завтра пойдём искать то, что вам нужно. Не переживайте, я проводник со стажем. Пешие экскурсии сюда регулярно вожу.
В общем-то, никто и не переживал. Нервы и у Юрия, и у Александры были крепкие, как канат: журналисту в наше время иначе не выжить, а физику и подавно. Кэ Ша мгновенно переместился обратно в рюкзак, усилив нагрузку на хрупкие плечи своей хозяйки и желание срочно остановиться на ночлег. В дом пришлось продираться через заросли кустарника, но временное пристанище вопреки ожиданиям оказалось довольно ухоженным жилищем. Квасёна закрыла дверь изнутри на мощную перекладину на задвижках и зажгла керосиновую лампу.
– Проходите! Располагайтесь! – сказала она. – Здесь, конечно, не царские палаты, но…
– Номер люкс времён царя Гороха! – констатировал Юрий, потирая шишку на лбу после удара о низкую дверную притолоку.
Пока Квасёна, так и не сняв пыльную чешуйчатую куртку, быстро и умело растапливала печь, Александра с интересом осматривала комнату. Домотканые коврики под ногами, бревенчатые стены – вроде бы, обычный сельский дом. Внимание привлекли небольшие окна. Закрытые снаружи ставнями, они были украшены милыми занавесками с вышитыми непонятными символами, похожими на связанных хвостами змей. Александре эти вышивки напомнили формулы, а Юрий сравнил их с шифровками, оставленными потомкам деревенским Штирлицем. Кэ Ша заинтересовался круглым отверстием в стене, с опаской заглядывая в этот лаз. Для кого он предназначался и куда вёл? Может, для кошек? Навалившаяся усталость исключала любые вопросы. Александра устроилась на старом диване, и Кэ Ша свернулся калачиком, уткнувшись мокрым носом ей в шею. Юрий изъявил желание лечь на печи, словно оправдывая недовольное ворчание Квасёны, доведенной до белого каления неиссякаемыми вопросами журналиста.
 
– Мели, Емеля, твоя неделя!
– По щучьему велению, по моему хотению пишись, статья, большая и малая! – засмеялся Солёный, взбираясь на печь.
Он ещё довольно долго болтал, изредка получая ядовитые и остроумные ответы рыжей селянки, устроившейся у противоположной стены. Под их разговоры Александра уснула, обняв кота. Во сне она видела странный полуразваленный мост через покрывшуюся ряской реку и древнее капище, видневшееся за стволами деревьев. В этом видении она уже шла по шатающимся брёвнам, когда всё вдруг разрушилось от громкого рыка неизвестного монстра. Александра вскочила с дивана и замерла, слушая темноту. Через мгновение ей всё стало ясно: за рык она приняла громкий храп Юрия. С таким напарником можно было смело идти даже к чёрту в пекло: всех храпом распугает. Смех, да и только!
– Кэ Ша! – тихо позвала она, заметив, что мейн-куна нет рядом, и включила фонарик.
Кот сидел у отверстия, словно ждал того, кто мог пробраться сквозь него в дом.
– Что ты там нашёл? – шёпотом спросила Александра.
Вместо ответа Кэ Ша исчез и мгновенно материализовался на подоконнике, прислонив нос к стеклу, будто желая привлечь внимание своей хозяйки к тому, что происходило в ночи. Александра подошла и прислушалась. За окнами свистел ветер и стучал ветвями деревьев в ставни, но сквозь этот свист просачивались чьи-то голоса. Вроде бы, ничего необычного, если не учитывать тот факт, что всё это происходило глубокой ночью в «заброшке». Или село Шатур не так уж и заброшено? Или призраков с кладбища ветром принесло? Александра приоткрыла оконные створки, стараясь делать это бесшумно, чтобы не спугнуть говоривших. Наглухо заблокированные снаружи ставни полностью закрывали обзор. Оставалось довольствоваться звуками, которые были очень обманчивы: поди разбери, о чём тихо шепчутся двое на фоне завывания ветра и шороха ветвей. Может получиться, как в игре «Испорченный телефон», и всё-таки прислушаться стоило.
– Что тебе тут надо?! – вроде бы, спрашивал женский голос. – Это не твоя территория!
Кажется, это говорила Квасёна, хотя Александра не могла быть уверена в этом, потому что слова, произносимые женским голосом, звучали приглушенно и даже как-то свистяще, а не звонко, как днём.
– Так ты встречаешь родственную душу? Правильно про таких, как ты, говорят: змея подколодная! – дерзко отвечал говорившей мужской голос, тоже показавшийся Александре смутно знакомым, что побудило её записать разговор на диктофон.
– Договор о территориях давно утратил силу! – продолжал спорить неизвестный.
– Но не в этих местах! – прозвучало в ответ. – Они издавна принадлежали таким, как я!
– С чего это вдруг ты так опекаешь чужаков? – спрашивал голос.
– Лучше скажи, с чего это вдруг ты ходишь за ними, как хвост, – ответил женский голос.
– Долгая история, – недовольно проворчал ночной гость. – И потом, одно другому не мешает: и ты, и я можем получить…
– Тс-с-с! – прервала его невидимая женщина, и всё стихло.
Александра пошарила по стенам лучом фонаря. Кажется, их загадочной рыжей помощницы не было в доме: место, где та устроилась спать, пустовало, хотя задвижка на перекладинах по-прежнему находилась на месте, то есть дверь никто не открывал. Парадокс! Не в трубу же она вылетела верхом на метле? А может быть, эта рыжая бестия тоже совершила квантовый скачок? Александра собиралась уже выйти и посмотреть, что же там творится снаружи, но её остановил шорох в глубине комнаты, сопровождавшийся яростным шипением Кэ Ша.
– Убери фонарь! В глаза же светит! – недовольно прошипела Квасёна, чтобы не разбудить Юрия.
Она стояла рядом с лазом, но тот был настолько узким, что человеку невозможно было протиснуться сквозь него. Значит, никуда не выходила?
– Мне показалось, там кто-то…– пробормотала Александра, пытаясь сопоставить факты.
Ей бросилось в глаза, что кожа, из которой были сделаны брюки и куртка девушки, стала блестящей, как новая, волосы тоже сияли приглушенной алой медью. Привиделось спросонья, или здесь наблюдалось какое-то физическое явление? Надо всё обдумать.