"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ)

— Да, точно, переоденусь, скатаюсь к Чёрному зданию.
— Куда?
— Ну, та здоровенная бандура, которая на северо-востоке стоит.
— Ну давай.
…
Ожидание, когда вот-вот должно начаться что-то большое, значительное и важное, томительно. Семья Иванычей, например, кроме Фёдора, чтобы отвлечься, занималась своими рутинными делами. Мне позвонила Гадюкина и снова пыталась что-то выведать про мои отношения с императорской канцелярией.
  
— Я понимаю твой интерес, но они сами запретили мне даже маме родной что-то рассказывать. Не обессудь.
— А тебе не интересно, что по полякам?
— Интересно. Не на первом месте, но да, любопытно.
— Есть у меня такая возможность через одного генерала, что в Кракове служит… Но это если мы договоримся про особняк в качестве оплаты.
— А если я скажу «да», а потом обману? У нас же нет письменной сделки.
— Аркадий, не морочь голову, ты не такой чтобы по мелочи людей кидать. Ты если обманываешь, то по-крупному.
— Это в какой момент особняк в Кустовом стал мелочью? Ладно, мне надо подумать.
— Не тяни, ты уже всё для себя решил. Хоп-хоп, я запущу процесс и через неделю можешь ходить по Кустовому и ничего не бояться.
— Я и так ничего не боюсь.
— Сможешь бронежилет снять. Не удивляйся, я всё про тебя знаю.
— Не удивляюсь. Рад, что для кого-то я — открытая книга.
— Не могу понять, ты вроде съязвил, а вроде и искренний.
— Я… Я устал и мои дела ещё не закончены.
— Так что с особняком?
— Завтра. И даже если я соглашусь… Я подчёркиваю, «если». Мне надо его ещё с нанятыми магами перерыть сверху до низу, чтобы отыскать тайники и забрать всё себе.
— Не переживай, я сама найду за это время и честно верну тебе твои и твоего Вьюрковского тайны.
— Не дави на меня. Всё, давай до завтра. Мне спать пора, я приболел, врач дал мне снотворное.
— Опять Вы врёте, Аркадий Ефимович!
…
Элементаль воздуха остановил ветры над долиной и к моменту, когда в наше воздушное пространство вошёл пока ещё одинокий штурмовик, мы с Фёдором сидели в диспетчерской, то есть башенной надстройке высокого здания будущего аэропорта и созерцали небеса.
Все в городе, пожалуй, кроме Николая, стояли на ушах, генерал французского происхождения облачился в парадную форму с генеральскими погонами, атаман крутился по городу, как бешеная пчела по лесу.
— Неизвестный самолёт, это «земля» Порт-Николай, Вы в воздушном пространстве каганата Южный Алы Тау, назовитесь.
— Это борт «один-каппа-три», Вас должны были предупредить.
— Предупредили, «один-каппа-три». Вы должны назвать кодовое слово.
— Дрофа.
— Принял, «один-каппа-три». Всё штатно, полоса готова, Вы ожидаете остальных?
— Да. Но мы видим ещё один борт в небе, чужой. Вам что-то известно про него, «земля»?
— Уже прилетели? Это, скорее всего, французы.
— Какие, к лешему, французы, «земля»? Что у Вас там происходит⁈
— Обычные такие французы. Это гражданский борт, везёт груз коньяка и инструментов для города. Мы их посадим, пока Вы ждёте своих.
— Ладно, но пусть поторапливаются, и я буду за ними следить, кружить.
— Всё верно.
— Меня не предупреждали, что тут бывают другие самолёты, «земля».
— «Один-каппа-три», это аэродром, тут бывают самолёты, мы его посадим и загоним в ангар.
— О-ля-ля, мон шери Фьёд-дор! Это ми, Клод-Готье и друзья прилететь, — в «радиоканал», а это была просто общая частота, ворвался французский пилот. — То есть, ми хотеть сказать, борт «Эф-Монреаль сто четыре».
— Борт «Эф-Монрель сто четыре», полоса готова, садитесь как можно скорее, нам надо очистить полосу к прибытию других бортов.
— Ми можем и покружить, как птичка, о-ля-ля!
— Нет, — раздражённо зарычал Фёдор. — Садитесь немедленно, чтобы не нервировать другой борт.
— Ой, какие ми нешные, аристократическая дама! Сейчас сьядем, Фьёд-дор, пусть не дуйют щёчки.
Пилот штурмовика лишь возмущённо фыркнул в эфир.
  
Интерлюдия
 
Граф Румянцев с любопытством смотрел в окно.
— Странно, что под нашу миссию Вам разрешили сесть на хвост, — он обратился к сидящему рядом пожилому старцу, одетому в длинный просторный балахон, новенький и чистый, но из самой недорогой ткани.
— У Инквизиции свои пути.
— Вам должно быть известно, что секретная служба его проверяла и пришла к выводу о благонадёжности. Личная охрана проверяла его, когда он встречался с сами знаете кем.
— Ну, то что он не представляет опасности, не значит, что не представляет опасности то, с чем он имеет дело, что он не заигрался, — старик демонстративно указал в иллюминатор. Самолёт заходил на посадку, в нём был виден город.
Город с идеально ровными улицами и столь же аккуратными, словно на чертеже отличника-студента, домами.
— А что, он делает что-то плохое? Ну город построили, небольшой, тысяч на десять, двадцать жителей? Он богатый человек, вложил свои капиталы.
— Построили, но без строителей, — недовольно причмокнул старик. — Вы правы, у Вас своя работа, у меня своя. Вы просто высадите меня и всё.
— А познакомить? Как мне Вас прикажете представить? Мне велено сказать, что Вы учёный, гидрогеолог.
— Вот так и скажете. Оставите меня тут и забудьте, что видели меня.
Румянцев неодобрительно закряхтел. Как человек прямой и честный, он всех этих подковёрных игр не любил.
— Внимание, пассажиры, — ожил динамик в голове самолёта. — Приготовиться к посадке. Садимся по очереди, максимально быстро, чтобы успел приземлиться четвёртый борт, пусть погода пока на удивление отличная, но всё равно может чуть тряхнуть.
  
Дмитрий Парсиев, Тимофей Кулабухов
 
Адвокат вольного города.11
   
Глава 1
 
Золотоносный граф
 
Самолёты сели как на авиашоу, это, наверное, такой у них шик.
Первым сел тот боевой штурмовик, что кружил в небе, пока шли остальные. Потом два грузовоза, потом второй штурмовик. Ну, вроде как он прикрывал грузовиков, пока они совершали посадку.
Подъехал я, ввиду отсутствия другой техники, на «козлике», причём я же был за рулём.
В одном из иллюминаторов я заметил Баранова, который с усмешкой посмотрел на то, что я сам управляю транспортом, и одобрительно показал большой палец вверх.
Из какого именно самолёта выйдет тот ритуальный связист, мне было не понятно, так что я в задумчивости замер у окончания полосы, между самолётов.
Оттуда мне было видно, что один из пилотов штурмовиков снял маску, шлем и массировал себе лицо.
Потом трап одного из грузовозов опустился и оттуда раздражающе неторопливо вышел, и поковылял в мою сторону немолодой с сединой на висках офицер.
Я уже стоял, чувствуя себя глупо, поскольку торчал один и на меня пялилась куча народа. В виду того, что я человек сугубо гражданский и одет тоже в гражданское, то даже во фрунт не вытягивался и воинское приветствие рукой не изображал.
А вот связист, полный достоинства и спокойствия — откозырял, став на расстоянии в три шага:
— Граф-найом Бугуйхан Аркадий Ефимович?
Именно так я был поименован в документах.
— Я!
— Капитан Гореев. Прошу принять конверт!
Он отчеканил два шага и протянул конверт с пометкой «губернатору или иному руководителю земель — лично в руки».
Я принял этот ритуальную (и не понимаю, на кой чёрт она нужна) депешу, вскрыл конверт, магическим зрениям увидел, что он и правда, пестрит чёткими магическими линиями и невидимой глазу надписью «канцелярия его Императорского величества государя Российского». Видимо, мощность надписи такова, что будет видна любому магу.
  
Пробежался по тексту и шёпотом спросил капитана:
— Прошу подсказки. Что мне полагается сказать?
Он без всякого удивления и осуждения, таким же шёпотом, одними губами ответил:
— Принимаем вашу вооружённую делегацию, просим ступить на землю.