Младшая сестра (СИ)

На островах Сен-Гринда, где ему довелось служить, колдовства хватало. Но легкого, ненавязчиво, прочно вплетенного в жизнь. Половина его сослуживцев носили с собой амулеты, другая — читала заговоры на удачу перед выездом. Еще при их подразделении числилась своя собственная ведьма, призванная защитить бойцов от злых чар. Плохо, что и у бандитов ведьмы имелись тоже. Так что с тех пор их сестринство Джеф недолюбливал, но и не особенно опасался. Хороший амулет защитит от магии, вот с пулями все куда сложнее.
  
И все равно к особняку Мункаслов он подъезжал, снедаемый тревогой. Хотя на первый взгляд — отличное местечко. Район тихий, рядом — лес и горы, а еще перед особняком рос прекрасный сад. Джеф и отсюда видел налитые темные яблоки, которые уродили так щедро, что оттягивали ветки несчастных деревьев.
Кованная ограда позволяла рассмотреть все это великолепие, а еще — почувствовать странный сладковатый запах. Совсем не такой, который источали обычные прелые яблоки. По правде сказать, никаких испорченных плодов в траве и не было, только красивые и налитые, висевшие на ветвях.
Джеф не удержался, сошел с дорожки и направился к ближайшему дереву, чтобы сорвать с него яблоко. Уже протянул руку, затем остановился и перевел взгляд. Определенно у дороги росли только блеклые и маленькие плоды, вот глубже в саду…
Он шел и шел, рассматривая яблони, чтобы выбрать самую-самую, пока не услышал чей-то смешок прямо над ухом. Джеф замер и почувствовал, как развеивается морок. Что он в самом деле? Яблоки все одинаковы, а он не мальчишка, чтобы резвиться в чужом саду. Вначале дело.
Но тревога все равно грызла, поэтому Джеф поднял глаза и заметил девочку, сидящую на ветке. На ней было надето нелепое черное платье, порванное по шву, а волосы ей собрали в кривой, съехавший на бок хвост. Из-за всего этого она казалась оборванцем, да и глядела тяжело, совсем не как обычные, обласканные родительской любовью девочки.
— Привет, — поздоровался Джеф. — Ты не потерялась?
— Это мой сад, — ответила она и поболтала ногами.
— Да ну? Насколько знаю, он принадлежит Мункаслам.
— Ага, — легко согласилась девочка, затем вдруг отклонилась назад, повисла на коленях и спрыгнула на землю. Настолько легко и непринужденно, будто проделывала этот трюк множество раз.
Но Джеф все равно успел дернуться к ней, чтобы поймать, чем развеселил девчонку еще больше. Теперь она стояла в стороне и ухмылялась.
— И чего приперся? — бесцеремонно спросила она.
— Хочу поговорить с кем-то из хозяев, — ответил Джеф.
— Паршивая идея, — девчонка сорвала травинку и запихнула ее в рот, не иначе как для солидности. — Матушка и тетки терпеть не могут незваных гостей. Лучше убирайся отсюда куда подальше, пока можешь.
— Я вообще-то шериф.
На это девчонка выразительно закатила глаза и скрестила руки на груди. Заметно было, как она пытается казаться взрослой, ради того и выжимает из себя все эти жесты. Наверное, не стоило тратить на нее время, но Джеф почему-то стоял и не уходил.
Особняк, конечно, шикарный, но ничто не намекало, что здесь живут дети. Нет дома на дереве, нигде не стоят велосипед или ролики, даже простенькие качели не привязаны к толстой ветке. Да и выглядела девчонка не слишком ухоженной. Она и умывалась-то в последний раз, кажется, не на этой неделе.
— Жетоном теток не остановить, — вздохнула она.
— Так говоришь, будто там банда.
— Хуже — ковен.
— А ты как там выживаешь? — с иронией спросил Джеф, на что девчонка тяжело вздохнула.
— Я там самая сильная.
— Ведьма?
— Не веришь? Давай погадаю.
Девчонка требовательно протянула руку, а Джеф, чувствуя себя полным идиотом, протянул ей свою ладонью вверх. Его рука по сравнению с крохотной ручкой девочки казалась просто огромной и грубой, но та держала ее и беззвучно шевелила губами, и Джеф мог поклясться, что от ее пальцев расползаются лиловые искры.
— Вижу дом, — ответила она с интонациями ярмарочной гадалки. — И гортензии, будут расти прямо перед ним, и еще какие-то цветы оплетут веранду.
Джеф едва удержался от того, чтобы хмыкнуть. Вокруг его дома пока что росла только крапива, и та на редкость чахлая. Но на гортензиях девчонка не успокоилась и продолжила рассказ.
— У тебя будет сын, и дочь… Или нет, с ней как-то не понятно. Она старше, и то появляется, то исчезает. Зато с женой вы будете жить долго, душа в душу.
— В домике с гортензиями?
Малявка серьезно кивнула, а Джеф постарался не рассмеяться. Еще бы наследство и принцессу ему нагадала!
В душе он, конечно, еще ого-го, но надо признать, что годы берут свое и семья у него вряд ли появится. Джеф даже не представлял себя в роли отца и мужа. Который приходит домой прямо к накрытому ужину, расспрашивает всех о самочувствии, целует жену, а потом идет играть с детьми в мяч или проверять уроки.
— А веселого лабрадора там нет? — с иронией спросил он, на что девчонка поджала губы.
— Я не ошибаюсь в предсказаниях. Никаких собак и кошек. Только ты, жена и сын. С девочкой как-то непонятно, будто она живет с вами не все время. Но это уже сам разберешься.
— Хорошо, — легко согласился Джеф.
Затем постучал по карманам, разыскивая в них мелочь, услышал звон, запустил руку в карман и вытащил оттуда плеер. Тот он непрофессионально отобрал у Тимми, когда от галийских завываний этого придурка начало закладывать уши. А еще бесило то, что Джеф искал информацию о Мункаслах, обзванивал знакомых жителей городка, а помощничек все тянул гласные.
Зато сейчас Джеф понял свой просчет. Девчонка так жадно всматривалась в плеер, что убрать его обратно в карман казалось жутко неправильным. Вместе с тем отдавать чужую вещь незнакомому ребенку — такой себе поступок.
— Это моего помощника, — заметил Джеф, хотя и не должен был оправдываться перед девчонкой. — Учит с его помощью галийский.
— Не выучит.
Вот здесь она попала в точку. Успехов Тимми не делал, на следующий день забывая все, что вызубрил за прошлый. Похоже, языки ему не давались, впрочем, как и все остальное. Его и на место помощника шерифа определили как на самое тихое и безопасное во всем Черном Ручье.
— Ему вообще… — начала она, затем замолчала и поежилась. — Ладно, не будем. Осторожнее там, в доме. Мункаслы — те еще монстры.
— Это же твоя семья, — удивился Джеф.
— Потому и предупреждаю. Кстати, я Мег, — произнесла она и протянула ему руку, как взрослая.
— Джеф Саммерс, — он не удержался и пожал маленькую ладошку.
Яблоко он так и не сорвал. После разговора с Мег их почему-то расхотелось, поэтому Джеф отправился прямиком в особняк.
Дверь отворилась прямо перед его носом. За ней никого не оказалось. Только пустой холл, заставленный десятками, а то и сотнями свечей.
— Пожарной охраны на вас нет, — пробурчал Джеф и уже громче добавил: — Шериф Саммерс. Мне нужно поговорить с хозяевами дома!
За его спиной раздался явственный смешок, затем захлопнулась дверь, отрезая его от сада и солнечного света. Здесь, за стенами особняка, было куда холоднее и темнее, чем снаружи. Казалось, тьма сама собиралась внутри и клубилась, точно в фильмах ужасов.
Ведьмы любили такие фокусы. Чуть сгустить тени, надавить на чувство тревоги, добавить потусторонних шепотков. Еще бы запах какой не помешал, сырой земли или прелых яблок. Почему-то именно эти они любили больше всего.
Формальных поводов обыскивать жилище у Джефа не было, поэтому он неспешно обошел холл и от скуки задул пару свечей на каминной полке. Те тут же вспыхнули снова, а за его спиной повторился тот самый смешок.
Подумав, Джеф вполголоса затянул гимн инквизиции. Не то что бы так его любил, просто это единственная песня, за исполнение которой его никак не получится привлечь. А еще он знал, как ведьмы не любят эти строки.
  
— … В борьбе со тьмой не гаснет наш огонь… — напевал он, когда вдруг заметил тоненькую темноволосую женщину, застывшую в углу. — Добрый день, — поприветствовал ее Джеф. — Могу я поговорить с хозяевами дома?