Страсть ей к лицу

Миссис Мэнли знала, что внук добывал деньги самыми различными способами, в том числе и игрой.
Она иронически усмехнулась.
Да, Ашер добывал деньги, предаваясь тому же самому пороку, за который ненавидел Деннинга. Но в отличие от последнего никогда не играл пьяным. Сохранял острый глаз и трезвую голову, и, вне всякого сомнения, ему дьявольски везло.
— У тебя есть полное право так считать, — кивнула миссис Мэнли. — И я тебя не осуждаю. Только не допускай, чтобы из-за ненависти к отчиму у тебя испортились отношения с братьями и сестрами.
— До сих пор этого не произошло, — мрачно ответил Ашер, явно стремясь закрыть тему.
Миссис Мэнли, выдавив улыбку, осведомилась:
— Надеюсь, ты собираешься составить компанию старушке и поужинать с ней?
Выражение лица Ашера разом смягчилось.
— Разумеется. Нужно же взглянуть, как поживает Аполлон, — поддразнил он.
— Ну да, и твой визит не будет иметь ничего общего с пирожками кухарки, верно?
Ашер рассмеялся и, отбросив грустные воспоминания, повернул лошадей на дорогу, ведущую в Бернем.
Едва они поднялись на крыльцо дома, как им навстречу вышел Дадли.
— Я услышал, как к дому подъехал экипаж, — улыбнулся он и, взяв у миссис Мэнли зонтик и перчатки, добавил: — В ваше отсутствие, мадам, прибыло послание. Я положил его на столик в гостиной.
— Спасибо, — кивнула бабушка. — Как Аполлон?
— Он доволен жизнью. Кухарка все-таки смягчилась и отдала ему кость от окорока, — ухмыльнулся Дадли. — Сейчас он лежит под кухонным столом и грызет кость.
Миссис Мэнли кивнула и немедленно отправилась в гостиную. Распознав почерк на конверте, она обрадовано ахнула.
— Хорошие новости? — спросил Ашер.
— Надеюсь, что так, — ответила миссис Мэнли и, вскрыв конверт, стала читать. — Новости и вправду хорошие, — объявила она с сияющим видом. — Моя дорогая подруга Барбара Шербрук приедет через неделю, если считать от пятницы или субботы — в зависимости оттого, насколько быстро ее племянник лорд Торн будет погонять лошадей. Вернее, насколько она это ему позволит. Она никогда не путешествует без мужского сопровождения. Лорд Торн проводит ее сюда, а потом ее сын Маркус приедет, чтобы отвезти ее домой, в Шербрук-Холл. — Миссис Мэнли восторженно захлопала в ладоши. — Мы постоянно переписываемся, но видимся довольно редко. Просто дождаться не могу ее приезда! Как приятно обменяться новостями и все узнать о ее сыне Маркусе и его невесте! Хотя... вряд ли это слово здесь уместно: они поженились прошлой весной. Барбара уже потеряла надежду, что он когда-нибудь женится и подарит ей внуков. Зато теперь она на седьмом небе: Маркус и Изабел ожидают первенца.
Лучше бы его ударили топором по голове.
— Э... Шербрук? — прохрипел Ашер. — Не помню, чтобы слышал это имя раньше.
— Возможно, ты и не слышал. Но я знаю Барбару уже сто лет: наши отцы были друзьями. И мы дружили с самого детства. Уверена, тебе понравятся Шербруки. Лично мне кажется весьма романтичным, что после стольких лет Изабел и Маркус поженились. Он был опекуном Изабел до того, как она вышла за первого мужа: бедный парень погиб в Индии, но Барбара всегда считала, что Маркус и Изабел созданы друг для друга. И похоже, была права.
  
Глава 7
 
Ашер решил, что он куда лучший актер, чем полагал ранее.
Очнувшись от минутного паралича, он с достойным похвал спокойствием ответил:
— С удовольствием познакомлюсь с твоей подругой, а потом и с ее сыном и невесткой. Миссис Шербрук и, кажется, лорд Торн прибудут через неделю, в пятницу, не так ли?
Бабушка кивнула.
— В таком случае я постараюсь освободиться к этому времени.
Глядя в довольное лицо бабушки, он гадал, нельзя ли каким-то образом и ему срочно заболеть корью. Или оспой. А всего лучше — чумой. Сгодится все, что угодно, лишь бы оказаться как можно дальше от Маркуса Шербрука, когда тот приедет, чтобы проводить мать домой.
Весь вечер он старался вести себя как обычно, хотя в душе проклинал свою неудачливость. Он был готов поклясться на могиле матери, что в жизни не слышал от бабушки имени Шербруков. Впрочем, вероятно, она говорила о своей подруге Барбаре. Собственно говоря, сейчас он припоминает это имя. Но никогда не обращал на него внимания... Да и зачем? У бабушки такое количество друзей и знакомых, что немудрено кого-то запамятовать... Впрочем, сегодня она впервые назвала фамилию Барбары. Да разве это повлияло бы на события прошлой весны? Скорее всего нет. Как только он решил получить меморандум, украденный Уитли из Королевской конной гвардии, здания, где несут службу королевские конногвардейцы, даже подруга бабушки не могла бы отвлечь его от цели.
 
Через несколько часов, распрощавшись с бабушкой, Ашер поехал в Фокс-Холлоу. Но сознание того, что через неделю придется встретиться с человеком, чью невесту он когда-то похитил, кислотой разъедало душу. Не говоря уже о том, что он еще и взломал сейф Маркуса и извлек оттуда крайне важный меморандум, который позже продал герцогу Роксбери.
Приближаясь к конюшне, Ашер продолжал гадать: мог ли он сделать все по-иному? Да. Как только он узнал, что меморандум у Маркуса, оставалось всего лишь написать записку с указанием, где он спрятан. А потом уехать, зная, что меморандум вернется на прежнее место. Он мог бы не приводить в исполнение весь план, отказаться от похищения Изабел — и теперь спокойно ждал бы встречи с Маркусом. Но нет...
Ашер горько усмехнулся. Нет. Он твердо вознамерился выиграть и самолично раздобыл документ. Тем более что за него полагалась огромная награда.
Что же, он не ищет для себя извинений. И сложись обстоятельства подобным же образом, сделал бы то же самое. И все же Ашеру было не по себе. Неприятно сознавать, что невольно причинил зло подруге бабушки. В прошлом он сделал много такого, чем не стоило гордиться, но темная сторона его жизни никогда не отражалась на родных.
Швырнув перчатки на стол в передней, он зашагал к кабинету. Налил себе бренди и стал бродить по комнате с рюмкой в руке, не находя себе места.
Наконец он бросился в любимое кресло, обтянутое черной кожей, и стал раздумывать, действительно ли его величайший страх станет явью, а встреча с Маркусом Шербруком — началом его падения и обрушит на головы родных позор и бесчестье.
Вряд ли... Шербрук не видел его лица, а что касается Изабел... Он похитил ее, но почти сразу оставил одну, и если не считать голоса, она ни за что его не узнает. Кроме того, почему кто-то из Шербруков свяжет внука миссис Мэнли, лучшей подруги Барбары Шербрук, с событиями прошлой весны?
И все же ему это не нравилось. Он сам прекрасно распознавал голоса и, однажды услышав чей-то голос, никогда его не забывал.
Ашер нахмурился. Насколько велика возможность, что Изабел Шербрук узнает его голос? В прошлом году он сказал ей всего несколько фраз. Она может посчитать, что его голос ей знаком, но весьма маловероятно, что свяжет его с человеком, который похитил ее и держал в плену.
Обретя некоторую долю уверенности, он допил бренди, подошел к буфету и поставил рюмку. Еще немного побродил по комнате, прежде чем решил, что о сне не может быть и речи. Перебрав несколько способов убить время, он наконец сообразил, что неплохо бы прокатиться к поместью Ормсби и осмотреть окрестности. Он давно уже не бывал в тех местах, и нужно разведать, по-прежнему ли не составит труда проникнуть в дом. Свежим глазом оглядеть дом и примыкающие к нему земли, а потом уже составить определенный план.
Хорошенько все обдумав, Ашер вернулся к конюшне, отказался от предложения конюха помочь, оседлал коня и умчался в темноту.
Добрался он в Ормсби-Плейс без особых приключений и вскоре уже вел коня через тот же лес, где побывал прошлой ночью. Под прикрытием деревьев он внимательно осмотрел конюшни и, удостоверившись, что вокруг нет ни души, стал пробираться к дому.
Какое счастье; что сады, окружавшие здание, настолько обширны и несколько дорожек ведут в самые укромные уголки. Пожалуй, в кустах, деревьях и увитых плющом беседках может спрятаться небольшая армия.