Искра (ЛП)

– Боже, Патрик, я никогда не думала, что увижу тебя снова или что ты захочешь меня увидеть. Прошла целая жизнь.
Это утверждение было более точным, чем я могла признать, – о жизни, которую мы разделили, и о той, которой у нас не было. Половина жизни одного человека была целой жизнью другого.
Было легко раствориться в нем, вспомнить, что у нас когда-то было.
Моя рука опустилась с его щеки на грудь. Он придвинулся ближе, на шаг, потом еще на один. Наши ноги двигались в унисон, пока моя спина не уперлась в стену. Все это время наши взгляды не отрывались друг от друга. Я поймала себя на том, что загипнотизирована вихрем эмоций, кружащихся в голубых глазах.
Не говоря ни слова, он обнял меня за талию и притянул к себе.
Я больше не фантазировала, как его грудь прижимается к моей груди. Он был тверд, как статуя, и излучал тепло.
– Я нашел тебя, Мэдди, что мне теперь с тобой делать?
В его голосе была незнакомая резкость, которая действовала мне на нервы. Убей или трахни.
– Ничего, – сказала я, изо всех сил стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно. – Я здесь ради турнира. После него я уеду.
Патрик покачал головой, скользнув пальцев по моему лицу и вниз по шее. Это было призрачное прикосновение, как будто он сдерживался. Эта мысль заставила меня захотеть, чтобы он отпустил себя.
– Думаю, тут это нечто большее, – сказал он. – Думаю, после всего этого времени ты приехала в мой город, чтобы трахаться со мной. – На его губах появилась вымученная усмешка. – И теперь, когда мы здесь, у меня нет с этим проблем. На самом деле, прямо сейчас я тоже этого хочу.
Мой разум был затуманен, близость его тела и твердеющая эрекция подтвердили точность его намерений. Да, я была возбуждена. Нет, я не была готова к большему. Я не была с мужчиной больше пяти лет. Эта идея напугала меня больше, чем взволновала. Я покачала головой.
– Нет, Патрик. Я здесь не поэтому.
Он сделал небольшой шаг назад.
– Ты хочешь сказать, что не хочешь трахаться?
Я выпрямилась.
– Я говорю... это не вариант...
– Полагаю, ты ошибаешься. Трахнуть собственную жену – это вариант, которого у меня давно не было, но теперь есть. – Его палец снова прошелся по моей щеке, шее и вниз к ключице, когда он заглянул в вырез халата. – Ты всегда была слишком красивой. – Он приподнял мой подбородок. – Это была ответственность, когда мы были молоды. Теперь предполагаю, это часть твоего арсенала.
Прежде чем я успела ответить, он добавил:
– Слишком много макияжа, но все равно сногсшибательно.
Я опустила подбородок, чтобы закрыть ему обзор.
– Проходи, садись. Можем поговорить.
Когда он не пошевелился, я сильнее надавила на его грудь и посмотрела в голубые глаза.
– Ты был кем угодно, Патрик Келли, но ты никогда не заставлял меня...
От этих слов у меня в горле образовался комок, который я попыталась проглотить. Я не хотела думать о сексе без согласия.
– Правда, Мэдди? Ты не для того приехала в Чикаго после стольких лет, чтобы морочить мне голову? Потому что, увидев тебя, это произошло, и, находясь рядом, мне хочется потянуть за завязки халата и вспомнить, каково это – потеряться в тебе. Ты испортила мои мысли. Будет справедливо, если я получу свое.
Я напряглась.
– Я хочу, чтобы ты ушел.
– Я хочу трахнуть свою жену. Либо мы оба добьемся своего, либо ни один из нас этого не сделает.
Мои глаза медленно закрылись, я выдохнула. Это не то, чего я хотела или представляла. Честно говоря, я не была уверена в том, чего хочу. Казалось совершенно очевидным, что воссоединение, о котором я смела мечтать все эти годы, не состоится.
Я должна была знать лучше. В конце концов, я никогда не была девушкой, которая живет долго и счастливо.
Счастливые концовки и мечты были просто иллюзиями, созданными нашим разумом, чтобы смягчить удары жизни, альтернативной вселенной, которая существовала только в царстве воображения. Возможно, на мгновение, наслаждаясь насыщенным ароматом его одеколона, я осмелилась допустить такую мысль, но это была просто еще одна ошибка, которую совершил мой разум, когда дело дошло до этого человека.
  
Надежды и мечты были мыслями и иллюзиями маленьких девочек. Это не я. Я не была уверена, что это когда-либо было так.
Мои плечи расправились, я потянулась к его руке.
– Давай поговорим. Скажи мне, почему ты на самом деле здесь.
Черты его лица ожесточились, он отступил от моего прикосновения.
– Думаю, ты сама должна сначала ответить на этот вопрос.
Глава 7
Патрик
В следующие секунды выражение лица Мэдлин застыло. Искренность потускнела в ее зеленых глазах, как остывающие угли, которые больше не были пламенем. Что бы она ни думала минуту назад, это скрывалось за хорошо отработанной маской.
Она вызывающе вздернула подбородок.
– Я уже говорила тебе, что я здесь ради турнира по покеру. Не уверена, зачем ты пришел сюда, но если это по какой-то другой причине, тогда тебе следует уйти.
– Ты рискнула, пригласив меня в свою комнату. Теперь я здесь. Разве ты не этим занимаешься, играешь?
– Ты думаешь, я играю?
Я вытащил ключ-карту из кармана.
– Ты дала мне ключ.
– Да. Это была ошибка, – сказала она, пожав плечами. – Может, я хотела еще раз увидеть мальчика, которого знала.
Мэдлин прошла мимо меня, мягкий халат прошелся по моей руке, когда она направлялась к дивану у окна. Поймав ее, я потянулся к ее руке и развернул обратно, мы снова оказались лицом к лицу. Как и несколько мгновений назад, ее мягкое, гибкое тело прижималось ко мне, удары сердца отдавались в моей груди. Мой тон понизился, я уставился на ее красоту.
– Мальчик исчез, и девочка тоже. Пришло время стать взрослыми, какими мы когда-то себя считали.
Ее подбородок вздернулся.
– Ты прав, Патрик. Наше безоблачное детство осталось в прошлом.
– Я не уйду, пока не получу ответы.
Отпустив ее руку, я отступил. Именно тогда я увидел платье, которое было на ней, лежащее на ковре. Я поднял его, обратив внимание на мягкость материала. Я поднес его к носу. На мгновение мои глаза закрылись.
Материал сохранял ее стойкий запах, окутанный сладким, душистым ароматом. Черт, один только запах привел мой член в чувство.
– Я скучал...
Я не договорил. Было слишком много вариантов.
– Это не...
Мэдлин замолчала и повернулась на месте, будто пытаясь сориентироваться.
Я видел, как другие делали подобные движения, когда их загоняли в угол. И все же, наблюдая за великолепной женщиной передо мной, я не чувствовал себя загнанным в ловушку животным; вместо этого казалось, что она дрейфует и нуждается в якоре.
Если после всего этого времени моя жена была кораблем, затерянным в море, я должен был признать, хотя бы самому себе, что я чертовски рад, что она вернулась в мою гавань. Бросив платье на кровать, я снова потянулся к ней. Она остановилась, устремив на меня свой зеленый пристальный взгляд.
– Мэдди.
Ее веки на мгновение затрепетали.
– Я скучала по этому имени. Мне не хватало слышать его от тебя.
Мои руки потянулись к ее щекам.
– Всему.
– Всему?
– Я скучал по каждой гребаной вещи в тебе. Я никогда не позволял себе этого, но сейчас, здесь, черт, это как лавина воспоминаний – то, как ты спала, улыбалась, пахла и ощущалась.
Это было гребаное притяжение, которое я не мог контролировать – нерушимая двадцатитонная цепь, соединяющая нас вместе. Шестеренки медленно поворачивались, звено за звеном. Со звуком ее дыхания в моих ушах я наклонился ближе и приблизил свои губы к ее губам.
Я ожидал, что Мэдлин будет сопротивляться, отстранится, или, возможно, даст мне пощечину и скажет остановиться.
Не то, что ожидал... Мне нужно, чтобы она сделала это, чтобы быть той, кто остановит то, что я не мог.
Однако, когда наш поцелуй углубился, ее грудь сильнее прижалась ко мне, тихие стоны наполнили уши, а мой язык вторгся в сладкое тепло ее губ, я без сомнения знал, что ее возвращение разрушит нас. Мое тело и разум были на встречном пути к нашему взаимному уничтожению. Если я не остановлюсь сейчас, то не сделаю этого никогда.