Демонология по Волкову. Дилогия (СИ)
– Давай, давай, – сквозь зубы приговаривал Леон, едва заметно потряхивая Алису за плечи. – Борись, ты сможешь. Давай…
И лишь полминуты спустя это подействовало. Алиса резко вдохнула, закашлялась. Уперлась ладонями в пол, приподнимаясь, и вместе с кашлем из ее рта полилась отвратительная черная жидкость.
Значит, успела нахлебаться тьмы. Софи раньше такого не видела, но Влад как-то в подробностях рассказывал. Поэтому Леон и не любит, когда на отчитке присутствуют посторонние. Особенно такие, как Алиса: восприимчивые. Идеальные вместилища для тьмы. Почти такие, как сам Леон. Только Леон умеет защищаться, а если и наглотается, то знает, как избавиться.
Последняя черная жидкость вылилась изо рта Алисы, впиталась в пол, исчезая. Алиса снова глубоко вдохнула и отключилась, обмякла в руках Леона, но теперь уже дышала. Леон осторожно положил ее голову на пол, ошалело огляделся и с трудом произнес:
– Заканчивайте тут и везите нас домой.
После этого лег рядом с Алисой и закрыл глаза.
Отец Димитрий, все еще возбужденный произошедшим, сказал:
– Софи, заберите девочку, она не пострадала. И ждите в машине, я закончу.
Катя как раз начала шевелиться. Софи поспешила к ней, помогла подняться и, пока девочка не огляделась вокруг и не начала задавать вопросы, вывела ее из дома. Теперь следовало позвонить Владу, одна она здесь не справится. От осознания того, что она едва не натворила, руки дрожали, а тошнота к горлу подкатывала такая сильная, что ей с трудом удавалось сглатывать мерзкий ком.
* * *Последнее, что Алиса запомнила четко, – это чернота, расползающаяся прямо над ней, и звук двигателя автомобиля, на котором сбегал с неудавшегося обряда экзорцизма отец Димитрий. И ее собственная мысль о том, что это конец. Но нет, предстоящая смерть ее не напугала. Вместо этого она отстраненно подумала, что денег, выплаченных по контракту, матери хватит не только на новую коляску для Дианы, но и на ремонт в квартире, который там уже давно нужен.
А потом тьма ринулась на нее, и больше Алиса ничего не запомнила. Что было бы, конечно, вполне объяснимо, если бы она умерла, но она каким-то чудом выжила. Потому что, придя в себя, почувствовала такую слабость, будто из ее тела вынули не только все кости, но и мышцы. Осталась только кожа и мозги, чтобы думать и понимать всю бесперспективность ее нынешнего положения.
Она медленно открыла глаза, огляделась, насколько это было возможно, не поворачивая голову. Рассмотреть ничего не смогла, потому что в глаза бил слишком яркий свет, от которого хотелось зажмуриться. Перед ней был светло-голубой потолок и такие же стены, из чего Алиса сделала вывод, что она в больнице. Обычной или в Волчьем логове – понять было сложно. Да и не хотелось, сил не было.
В следующий раз она пришла в себя, когда ее кто-то позвал. Голос казался далеким, но Алиса явственно слышала свое имя. Как будто она была глубоко под водой, а кто-то стоял на берегу и звал ее. Она и хотела бы не всплывать, но не могла ослушаться голоса, поэтому оттолкнулась от дна и медленно поплыла на свет.
Свет оказался гораздо ярче, чем она предполагала. Открыв глаза, Алиса тут же зажмурилась и попыталась закрыться рукой, поскольку свет пробивался даже сквозь сомкнутые веки. Рука дернулась, но до лица не дотянулась. Тем не менее свет приглушили, и он перестал причинять боль.
– Открой глаза, Алиса, – снова приказал смутно знакомый голос, и Алисе пришлось послушаться.
Рядом с ее кроватью стоял высокий, с аккуратной «профессорской» белой бородкой мужчина лет шестидесяти. На нем был идеально отглаженный белый халат, а на шее висел фонендоскоп. Алисе показалось, что фонендоскопом этим мужчина никогда не пользовался, повесил для антуража, потому что так положено. А еще она четко понимала, что знает его, но вспомнить сейчас никак не могла. Мысли путались, натыкались друг на друга, расползались по разным сторонам, не давая собраться.
– Доброе утро, – произнес мужчина, убедившись, что она его видит. – Ты меня помнишь? Меня зовут Антон, я главный врач в Волчьем логове.
– Помню, – прошептала Алиса, потому что голос отказывался полностью ей подчиняться. – Как я здесь?..
На большее сил не хватило, но Антон понял, что она хотела спросить.
– Вас привез Влад. Тебя и Леона. Ты наглоталась тьмы, и все могло кончиться плохо, но Леон тебя спас. Теперь ты в безопасности, тебе ничего не угрожает, не переживай. Тьмы не осталось, я проверил.
– А Леон?..
– Он справится, – голос Антона зазвучал строже, будто врач пытался убедить в этом не только ее, но и себя. – Теперь отдыхай, все остальные вопросы после.
Он словно отпустил ее, потому что уже в следующую секунду Алиса снова упала в воду, глушившую все звуки и мысли. Однако не пролежала на дне долго. Теперь удавалось всплывать самостоятельно, уже без чужого приказа, и оставаться на поверхности дольше.
Силы возвращались к Алисе довольно быстро, и, когда назавтра к ней в гости наведался Влад, она уже сидела на кровати и с удовольствием уплетала обед, приготовленный для нее заботливой Тамарой Ильиничной.
– Твоя очередь меня навещать? – усмехнулась она, когда Влад с огромным букетом цветов прошел внутрь.
– О, поверь, мы будем должны друг другу еще много раз! – Влад широко улыбнулся, сунул букет в стоявшую у кровати на столике вазу. – Как ты?
– Антон сказал, жить буду, – заверила Алиса.
– Ну, если Антон сказал, значит, точно будешь.
– Расскажи мне, что там произошло? – попросила Алиса. – Как Алексины?
– За них можешь не переживать, – поспешил успокоить ее Влад. Подтянул к кровати стул, уселся на него и принялся рассказывать.
– Надо же, а я была уверена, что отец Димитрий попросту сбежал, – призналась Алиса, когда он закончил.
– Отец Димитрий? – приподнял брови Влад. – Он пуганый, многое повидал. Его уже сложно напугать. Просто тварь попалась хитрая, притворялась гораздо более слабой, чем была на самом деле. Вот по нашему описанию он и не подумал, что там все настолько серьезно. А когда понял, что одной отчиткой не справиться, и побежал за помощью.
– Земля возле креста на перекрестке на самом деле такая сильная? – удивилась Алиса.
– Не самая сильная, с кладбища, например, сильнее. Но кладбище было далеко, поэтому Дима понадеялся, что и эта справится. Мимо каждый день ходит много людей, поэтому энергетика там тоже сильная. Как видишь, не ошибся. И в бабку тьму больше не пустила, и из тебя ее выгнала. Хотя, надо заметить, из тебя ее по большей части выгнал Леон, но и земля, конечно, помогла.
На вопрос о том, как Леон, Влад, как и ранее Антон, немного замялся, но затем, понизив голос, признался:
– Такие сложные контакты всегда сильно на нем отражаются. У него там сейчас Анжела, и уже давно, но, похоже, на этот раз все серьезно. Если хочешь, можешь позже его навестить.
– А можно? – удивилась Алиса.
Влад пожал плечами.
– По крайней мере, не нельзя. Антон не запрещал, а сам Леон о тебе спрашивал. Только чур – я ничего не говорил.
Алиса провела двумя пальцами по губам, как бы закрывая его на замок.
Влад просидел у нее еще около часа, но о работе больше не говорили. Болтали в основном о пустяках. Влад рассказывал, что Алиса очень понравилась его родителям, они даже делали ему недвусмысленные намеки присмотреться к этой девушке. Алиса в ответ хохотала, что они просто слишком плохо знают эту девушку, иначе такой подруги сыну точно не пожелали бы. Влад отвечал, что она себя недооценивает. В какой-то момент Алисе даже показалось, что рассказами о родителях он будто пробивает почву, присматривается к тому, как она отнесется к его возможным ухаживаниям, но Алиса быстро отбросила эту мысль. Не такая уж она завидная невеста, чтобы все жаждали ее внимания. Ладно Матвей, он в нее влюблен с детства, а брат Леона, скорее, просто ни одной юбки не пропускает. Даже если эта «юбка» с него ростом и в кожаных штанах. Но Влад вряд ли мог быть всерьез ею заинтересован.