Дикарь. Любовь вопреки (СИ)

Данису…
Хочу быть услышанной. Хочу, чтобы он понял меня. Увидел, как важно его доверие. И что по-другому я не могу. Не умею. Ведь это против моей природы. И рано или поздно это меня сломает. Уничтожит всё то светлое и чистое, что удалось Вагнеру пробудить во мне. Всё то, что называется любовью.
Голос певицы надрывно берёт высокие ноты, а я делаю последней поворот и устремляю взгляд на трибуну. Хочу встретиться глазами с Данисом, найти понимание в тёмных омутах… но вижу лишь его пустое место.
И в этот момент приходит понимание, что мой отчаянный крик был в пустоту.
Он меня не услышал.
Улыбаюсь, приседая в поклонах под оглушающие аплодисменты. Все, кто наблюдал за выступлением, думают, что я прониклась образом. Виртуозно передала чувства, звучащие в песне. Господи, как они заблуждаются!
Это сейчас я в образе. До боли в скулах натягиваю улыбку и приветливо машу трибунам, а в душе при этом мрак и холод.
Убегаю с ковра и, как только свет от прожектора перестаёт меня преследовать, прячусь в тени и закрываю рот ладонью, чтобы не разрыдаться в голос.
Это конец истории. И хэппи энда в ней не будет!
Вагнер просто ушёл во время моего выступления. Ушёл, показывая, насколько ему плевать на всё. Плевать на меня! Как же больно осознавать это, словно сердце вспарывают острым лезвием. Невыносимо!
Прижимаю руки к груди, пытаюсь успокоиться, но жжение под рёбрами настолько сильное, что невозможно дышать.
  
Глава 53
 
Данис
Когда вижу Веснушку в белом полупрозрачном платье, в башке сразу мутнеет от лютой ревности.
Не хочу, чтобы на неё смотрел ещё кто-то, кроме меня. Но это, черт возьми, неизбежно!
Сам виноват. Не понимаю, чем я думал, когда настаивал на её выступлении. Точно не башкой.
Сжимаю до хруста кулаки, наблюдая, как она выходит на ковёр под взгляды тысячей людей. Нежная, красивая, хрупкая. Невозможно глаз оторвать. Черт!
Пространство наполняется музыкой, но я всё равно слышу голос мэра, который обращается к Тарасову:
— Кто эта девушка? Одна из твоих студенток?
Бросаю резкий вспарывающий взгляд на мужика и сразу засекаю в его глазах похотливый блеск. Он облизывает губы, пялясь на мою девочку. От этого я моментально впадаю в ярость. В бешенство. И не контролирую злой рык, вырвавшийся из горла.
Ректор дёргается, замечая мою реакцию.
— Да, это одна из наших первокурсниц. Я попросил её выступить на чемпионате по совету Даниса…
В кровь впрыскивается адреналин. Если высокопоставленный урод не осядет со своим интересом, то прямо сейчас отхватит по лощёной морде.
— Так она ваша знакомая? — чинуша обращается ко мне, прищуриваясь.
— Она моя — во всех смыслах, — чеканю каждое слово. — Ещё вопросы?
Буравлю мэра тяжелым взглядом. Даю понять, что на мою территорию лучше не лезть — убью. Загрызу. Порву.
И мэр не сразу, но отступает. Неохотно и недовольно.
— У вас хороший вкус, поздравляю, — лениво тянет.
Как ни в чём не бывало начинает трепаться с Тарасовым на левую тему, но при этом избегает смотреть на ковёр. Мудрое решение с его стороны.
Ещё какое-то время наблюдаю за ним, но, убедившись, что он не проявляет интереса к выступлению Веснушки, отворачиваюсь, прирастая взглядом к центру зала.
И сразу выпадаю из реальности.
Эмоции, которые передает моя девочка языком движений, пробирают до костей, жгут под кожей и сворачивают кровь. Мышцы сводит судорогой, глотку начинает драть.
Не могу понять, какого черта со мной происходит. Медленно вдыхаю, сжимаю и разжимаю кулаки, пытаясь собраться с мыслями. Контролировать их. Но не получается. Меня жестко ломает. Каждое движение гибкого тела, каждый лёгкий взмах руки бьет по нервам, вызывая агонию. Понимаю, что больше не могу сидеть на месте. Хочу к ней. Быть рядом. Прямо сейчас.
Резко срываюсь с места и иду к выходу. Там со всех сторон меня сразу облепляют журналисты.
— …Данис, вы можете дать комментарии по поводу истории с вашим отцом?
— Ваша сестра сейчас с ним? Как к этому относятся органы опеки?
 
— Наталья Дубровина. Какие у вас с ней отношения?..
Рыкаю на них, чтобы держались подальше. Но потом останавливаюсь. В мозгу выстреливает рисковая мысль, которую я до этого момента почему-то не рассматривал.
— Через полчаса в гимнастическом зале, — обвожу взглядом галдящую толпу. — Я хочу сделать несколько важных заявлений.
На секунду в коридоре повисает тишина. Лица журналистов вытягиваются в неверии.
— …Хотите провести незапланированную пресс-конференцию?!
— Это не шутка?!
— Данис, вы серьезно?..
Восторг в их голосах действует на нервы.
— Всё верно, — утвердительно киваю. — Я отвечу на любые ваши вопросы. А теперь дайте пройти.
Журналисты послушно отступают, пропуская. При этом они уже связываются со своими агентствами и оживлено передают горячую новость о незапланированном интервью. Но мне сейчас не до этого.
Беру направление в гимнастический зал, и когда распахиваю дверь, в меня на полном ходу врезается Веснушка. Ловлю её, не давая упасть.
— Данис?.. — в голосе удивление, в глазах шок.
Хмурюсь, замечая слёзы на щеках. Руки сами тянутся к заплаканному лицу. Вытираю влагу.
— Не надо, — уворачивается от прикосновений. — Отпусти.
— Ты плачешь. Почему?
Обнимаю ее за тонкую талию, прижимаю к себе.
— Не хочу обсуждать это, — отвечает моими же словами. — Мне не нужен психолог в твоём лице.
Упирается руками в плечи, гордо вскидывая подбородок. Взгляд вспыхивает, бросает вызов. Сразу появляется желание закинуть её на плечо и утащить в свою берлогу, а там… Лучше не думать об этом сейчас.
— Правильно. Из меня психолог вообще никакой. Да и вообще общение с людьми — не сильная моя сторона.
— К чему этот разговор? — хмурится.
— К тому, что ты была права, Веснушка. Я — нет. — Целую её, и она не отталкивает меня больше, хотя и не отвечает на поцелуй. — Прости меня, — прошу и улыбаюсь, пытаясь вызвать улыбку на ее лице. — Ну? — склоняюсь и прижимаюсь лбом к ее лбу.
Смотрим друг другу в глаза. Сомнение в её взгляде режет по живому. Моя девочка не должна во мне сомневаться. Но я, черт возьми, сам в этом виноват!
— Прости, — повторяю и касаюсь губами ее лба, спускаюсь по виску, целую мокрые глаза. — Я не делюсь с тобой не потому что не доверяю.
— Тогда почему? — ловит мой взгляд.
— Потому что не хочу, чтобы тебя марали всей этой грязью. Ты слишком важна для меня, понимаешь? — целую мягкие губы. — Потому что я люблю тебя.
Моё признание вызывает у неё новый поток слёз. Она судорожно цепляется за меня тонкими пальцами.
— Я тоже люблю тебя, Данис, — шепчет с дрожью. — И хочу делить с тобой все трудности. А не быть просто сторонним наблюдателем. Хочу знать обо всех проблемах. Поделись ими со мной.
— Что именно ты хочешь знать?
— Что с Вероникой? Как она? Ты нашёл способ забрать её у отца?
— Способ есть, но он поднимет много шума.
— Что это значит? — взволновано отстраняется.
— Через несколько минут сюда придут журналисты, — напряжённо сообщаю. — И я выложу им всё. Массовое подключение прессы — это единственный способ решить вопрос с Вероникой. Я не хочу втягивать тебя в это, но решение за тобой. Уйти или остаться.
— Я буду рядом, — ни секунды не раздумывает.
Берёт мою руку, переплетая наши пальцы.
— Уверена?
— Да.
Я не был готов к такому раскладу. Для меня это капец как непривычно. Жизнь приучила быть одиночкой. Разруливать проблемы самостоятельно, не надеясь на поддержку с чьей-то стороны. Всегда сам по себе. Всегда один. Но сейчас я сжимаю хрупкую ладонь, ловлю чистый открытый взгляд и понимаю, что присутствие Веснушки даёт мне мощный заряд сил.
Энергия бешеным потоком растекается по венам. Заряжает по максимуму. Я ощущаю себя непобедимым. И это чистый кайф!
На эмоциях стискиваю свою девочку в объятиях. Касаюсь её губ своими, стараясь вложить в поцелуй все чувства, бурлящие во мне.