Дикарь. Любовь вопреки (СИ)

В этот момент дверь в зал распахивается, и в помещение вваливаются журналисты. Слышу щелчки фотокамер, понимаю, что нас снимают на видео. Плевать.
Пускай весь мир видит, что я больше не один. Со мной моя Веснушка. И она не одна из многих, а единственная из всех.
В ней моя сила. С ней моё будущее.
Веснушка хочет делить со мной проблемы. Не вопрос. В таком случае я сделаю всё, чтобы проблем у нас больше никогда не было.
Я переверну гребаный мир, жилы порву, но сохраню её любовь.
Вопреки всему.
  
Эпилог
 
Лена
Выхожу из здания университета и, мечтательно улыбнувшись, подставляю лицо теплым солнечным лучам. Наслаждаюсь погодой, которая полностью отражает моё внутреннее состояние сейчас.
Состояние счастья. Гармонии и любви.
До сих пор не верится, что всё плохое осталось позади. Растворилось в прошлом, как дурной сон, который не хочется вспоминать.
Но я всё равно вспоминаю.
Мысленно возвращаюсь в тот день, когда Данис рассказал свою историю всему миру. Когда каждое его слово фиксировали и снимали на видео. Когда было непонятно, чем это всё обернётся для жизни и карьеры спортсмена. Было страшно.
Он говорил о своём детстве, своей сестре. Шантаже их отца и ультиматуме отца бывшей любовницы… Много чего ещё было озвучено тогда. И это был скандал.
На следующий день после громкого интервью на каждом канале можно было увидеть лицо Вагнера. Жёсткое, непоколебимое, уверенное.
Телефон парня разрывался от звонков. А его агент безостановочно матерился, предрекая самый ужасный исход.
Данис в те дни не отпускал меня от себя ни на шаг. Целыми сутками был рядом и делился всеми своими мыслями по поводу происходящего.
А я… Я тогда поняла, что моё сердце раз и навсегда отдано Вагнеру. Окончательно и бесповоротно.
Откровенное интервью расставило всё по своим местам. Дало понимание ситуации в целом. Развеяло сомнения, которые до этого момента разрывали мою душу.
И пусть Данис сложный человек с бешеным норовом и трудным характером, но он любит меня, а я люблю его. И наши чувства настолько отчаянные и сильные, что это сквозит в каждом прикосновении и в каждом взгляде. Мы уже не сможем друг без друга. Слишком сильна связь.
Улыбаюсь, вспоминая тот момент, когда Вагнер сообщил мне новость про Веронику.
Парень тогда сгрёб меня в охапку и закружил над землей, зацеловав до головокружения.
— Суд лишил отца родительских прав, — тёмные глаза сверкали мальчишеской радостью. — Я теперь официальный опекун Вероники!
— Но как?! — выдохнула, не веря. — Слава же сказал, что адвокаты…
— К черту адвокатов! За делом следила общественность и пресса. Журналисты нарыли на отца материалы о его махинациях. Судья не мог оставить ребёнка с человеком, у которого вскрылась куча проблем с законом. Веснушка, это победа!
И он снова меня кружит. А я смеюсь и плачу от счастья, обнимая сильную шею.
Ника. Добрая светлая девочка наконец окажется на свободе, получит лечение и… сможет ходить! Ребёнок, никогда не знавший родительского тепла, будет окружён заботой и любовью. Это же настоящее счастье!
Спустя несколько дней после решения суда Данис забрал сестру домой и начал переговоры с немецкими врачами.
Жизнь потихоньку налаживалась. Не было больше потрясений и неприятных неожиданностей. Всё складывалось удачно, а самое главное — наши с Вагнером отношения больше не штормило, как раньше. В них теперь были идиллия, гармония и взаимопонимание.
От этого я себя чувствую бесконечно счастливой. Достаю из кармана телефон, глядя на время.
Скоро подъедет Данис. От ожидания скорой встречи внутри всё трепещет. Хотя со спортсменом мы виделись несколько часов назад, я всё равно уже безумно соскучилась.
— Лена, привет, — отвлекает меня от мыслей знакомый голос, и я резко вскидываю голову.
Улыбка с моего лица тут же стирается. По телу пробегает напряжение.
— Костя? — неосознанно озираюсь по сторонам, ловлю взглядом случайных прохожих.
В голове сразу всплывают гадкие воспоминания. Липкий страх цепляет нервы, заставляя нервно сглотнуть.
 
— Не подходи, — предупреждаю.
— Я не причиню тебе вреда, — поднимает руки, но остаётся на месте.
— Ты уже говорил что-то подобное, — горько усмехаюсь.
Замечаю, что парень выглядит осунувшимся. Даже уставшим. И ещё он отрастил бороду, которая совсем ему не идёт.
— У нас не было возможности нормально поговорить…
— Мне не нужны разговоры с тобой.
— Лен, — от моего категоричного тона Костя болезненно морщиться. — Просто выслушай меня, хорошо?
Снова оглядываюсь и, удостоверившись, что университетский дворик наполнен людьми, ожидающе скрещиваю руки на груди.
— После того случая… — Астахов нервно трёт шею, отводя взгляд. — Я перестал нормально спать. Меня постоянно откидывает в тот вечер, и… То, что я с тобой сделал, это отвратительно. Не знаю, зачем я повелся на угрозы Марины. Зачем позволил ей зайти так далеко…
— Костя, сейчас это уже неважно…
— Это важно, Лен. Для меня важно, — в порыве парень делает шаг ко мне, но останавливается, когда я дёргаюсь назад. — Ты хорошая девушка. Добрая, доверчивая. И то, что я воспользовался этим… Этот мерзкий поступок сжирает, понимаешь?
Ничего не отвечаю, потому что чувствую жалость к Астахову. Верю, что он тогда пошёл на сделку с совестью. И сейчас расплачивается за это.
— Я уезжаю из страны, — грустно усмехается. — Твой чемпион поговорил с моим отцом. И теперь меня наказывают ссылкой, как пацана сопливого.
— Отец наказывает? Но ведь ты хотел защитить его репутацию. Марина…
— С Мариной он решил вопрос в тот же вечер. Своими методами. Я даже не знаю, где она сейчас. Точно не в городе.
Передёргиваю плечами, не желая представлять, какими методами отец Астахова решает проблемы. Почему-то кажется, что там какая-то тёмная история.
— Сейчас за мной приедет Данис, — смотрю на экран телефона. — Тебе, наверное, лучше уйти.
— Я уйду, Лен, но сначала скажи… — в карих глазах вспыхивает надежда. — Есть хоть какой-то шанс на то, что ты простишь меня?
Смотрю на парня, который при первой встрече был совсем другим. Красивым, гордым, уверенным. Сейчас передо мной сломанный и потерянный человек. Его жалко. За него почему-то больно.
— Я простила тебя, Костя. Давно уже, — жму плечами.
Кивает, слабо улыбаясь. Во взгляде улавливаю облегчение.
— Спасибо.
Говорит это, отворачивается и уходит. А я продолжаю смотреть ему вслед, испытывая лёгкую грусть.
Астахов поступил подло, но всё же хорошего в нём больше, чем плохого.
Парень оступился, и теперь это будет ему уроком на всю жизнь. Я же от чистого сердца желаю ему счастья и не держу зла.
За своими мыслями не замечаю, как рядом останавливается спортивная машина. Но когда на талию ложатся тяжелые ладони, возвращаюсь в реальность.
— Рыжий ушлепок смелее, чем я думал, — слышу недовольный голос Вагнера. — О чём болтали?
— Он сказал, что уезжает из страны, и попросил прощения.
— Пускай катится. Целее будет, — безразлично кидает.
Его губы уже скользят по моей шее. Прикрываю глаза, улыбаюсь.
— А о чём ты болтал с его отцом?
— Позже расскажу, — тянет меня к машине и открывает дверь.
Усаживаюсь на переднее пассажирское и, когда Данис занимает место за рулём, жду, что мы поедем. Но парень не спешит трогать автомобиль.
Берёт мою ладонь, и спустя мгновение чувствую на безымянном пальце холодок металла.
— Ты станешь моей женой, — он не спрашивает.
Удивлённо хлопаю глазами, глядя на колечко с большим прозрачным камнем. Шокировано открываю и закрываю рот.
Перевожу взгляд на Вагнера, который смотрит на меня, улыбаясь уголком рта.
— Данис, что ты делаешь?.. — качаю головой.
— Ставлю тебя в известность, Веснушка, — наклоняется, целуя в губы. — Мы скоро поженимся. Такой план.
Конец