Другой брат (ЛП)

Он хлопает меня по спине, кивает вперёд, и мы начинаем прогулку.
— Ладно, рассказывай, — говорит он, толкнув меня плечом. — Что происходит?
— Эйприл приходила вчера вечером.
— Эйприл приходила, да? — Он с трудом сдерживает ухмылку. — Ну, давай, продолжай.
Я провожу несколько минут, пересказывая всё Оливеру – начиная с момента, когда Эйприл появилась на пороге, и заканчивая её внезапным уходом.
  
— И потом она сказала: «Это была ошибка,» – заканчиваю я.
Оливер морщится, втягивая воздух сквозь зубы.
— Жёстко.
— Мне нужен совет. Это сводит меня с ума.
Оливер закусывает щёку, обдумывая мои слова. Я молчу, позволяя ему подумать.
— Так, — наконец говорит он. — Ты не видел, чтобы она сидела в телефоне или что-то такое?
— Нет.
— А секс? Она не казалась, будто ей не нравится, или будто она не хочет оставаться?
— Чувак, учитывая количество оргазмов, я бы сказал, что ей точно нравилось, — отвечаю я, тяжело выдыхая. — Она выглядела счастливой, оставшись. Устроилась у меня на руках на всю ночь. Всё было хорошо, отлично даже, до сегодняшнего утра. А потом она просто… сорвалась и убежала.
— Я сейчас предположу кое-что, вдруг ты об этом ещё не думал, — говорит он, а я киваю, давая ему продолжить. — Лукас.
— Да, я это уже обдумывал, — отвечаю, с трудом сдерживая вспышку злости при упоминании его имени.
— Как думаешь, есть вероятность, что она сбежала, потому что ей понравился секс и то, как она себя чувствовала этим утром? — спрашивает он, поднимая бровь.
Его вопрос заставляет меня задуматься – я об этом даже не думал.
— То есть, она на самом деле не злилась на меня? — уточняю я.
— Именно. Я не думаю, что она злилась на тебя, брат. Ты ничего плохого не сделал. Мой догадка? Она злилась на саму ситуацию. Ну, подумай: девушка была обручена с твоим братом. Естественно, она чувствует себя не в своей тарелке – она должна была выйти за него замуж, а теперь она оказалась в твоей постели. — Он пожимает плечами. — Думаю, она чувствует вину.
— Вину, — повторяю я, взвешивая его слова.
— Да, но не потому, что ей жаль Лукаса – он придурок. Скорее всего, она чувствует вину, потому что, после всего, что он с ней сделал, часть её, возможно, считает, что она не заслуживает быть счастливой с тобой.
Пазл складывается.
Я даже не рассматривал такой вариант.
Я был так поглощён мыслями, что Лукас – это проблема. Размышлял, вдруг она всё ещё что-то к нему чувствует, или, что ещё хуже, что она может захотеть его вернуть после всего этого. Но мне даже в голову не приходило, что она может чувствовать вину за то, что нашла счастье... со мной.
Теперь всё становится на свои места – то, как она закрылась этим утром, спросив меня, что значила прошлая ночь.
Дело было не в Лукасe, не совсем – это было о ней, о том, как она застряла между болью, которую он причинил, и страхом позволить себе двигаться дальше со мной. А если честно, мне плевать, что думает этот ублюдок. Лукас сделал свой выбор, и он выбрал её потерять.
Внезапно груз спадает с моей груди.
Это хорошо. Всё хорошо.
Я ещё могу попытаться.
— Чёрт. Думаешь, мне стоит ей позвонить?
Оливер ненадолго замолкает, обдумывая мои слова.
— Не дави на неё. Не сейчас – это всё ещё слишком свежо. Дай ей день.
— Хорошо, — киваю я, стараясь взять себя в руки. — Я дам ей немного времени… а потом что?
— Ты хочешь её?
— Конечно, я хочу её.
— Тогда сделай то, чего не сделал Лукас – добейся её.
Глава 29
 Эйприл 
Я облокачиваю голову на прохладную кожу подголовника, зажмуриваясь, пока такси уносит меня прочь по дороге. Я никак не могу выбросить из головы измученное выражение лица Джеймса.
 Это была ошибка. 
Он выглядел опустошённым.
Я смотрю в окно, погружённая в свои мысли, пока город за окном превращается в размытые полосы белого, зелёного и красного.
Делаю несколько глубоких, неровных вдохов, пытаясь унять бурю внутри себя. Лукасу не могло прийти в голову худшее время, чтобы отправить своё дурацкое сообщение.
Почему он решил разблокировать меня именно сейчас?
Что он мог захотеть мне сказать после всего этого времени?
Я ловлю себя на мысли: а вдруг он каким-то образом узнал о Джеймсе и обо мне? Нет, вряд ли.
Конечно, он присылает сообщение именно в то утро, когда его брат был… глубоко внутри меня. Вот уж удача.
Нет смысла тянуть с этим. Лучше посмотреть сейчас, как сорвать пластырь. Мой палец зависает над диалогом с Лукасом – тем самым, который молчал несколько месяцев. Я открываю переписку, и мой взгляд цепляется за три его коротких слова.
Волна тошноты накатывает на меня, и мои ладони начинают потеть.
Я паникую.
Я знаю, что так реагировать на сообщение от человека, которого я когда-то любила, неправильно и нездорово, но ничего не могу с собой поделать.
Я перечитываю его сообщение снова и снова.
 «Можем поговорить?» 
Он серьёзно?
Это тот самый человек, который прятался за чёртовым аккаунтом в Инстаграм, писал десяткам женщин, отправлял голосовые сообщения и… свои фотографии. Который разлюбил меня ради женщин из сети, разбил мне сердце и просто исчез, не сказав ни слова. А теперь он вдруг хочет поговорить?
Вопросы роятся в голове, похищая у меня дыхание.
Я нервничаю.
Я нервничаю, и я злюсь. Будто огонь полыхает под моей кожей.
Пару месяцев назад я бы сделала всё, чтобы получить от него такое сообщение. Я бы уцепилась за каждое слово, жадно ловя любой знак связи. Я была так одержима надеждой, что мы можем быть вместе, что представляла, как он однажды появится у меня на пороге, умоляя о прощении, признаваясь, что всё ещё любит меня, что я ему нужна, что он скучает по мне так же сильно, как я скучала по нему, что он выбирает меня.
Что он совершил ошибку.
Но этого не случилось.
Его сообщение только подтверждает, что всё всегда происходит на его условиях.
Всегда так и было.
Я была слишком ослеплена любовью, чтобы это увидеть.
Чем больше времени проходит, тем яснее я понимаю, насколько очевидны были знаки. Я была такой наивной.
Я кладу телефон на колени, решив пока не отвечать. Мне нужно успокоиться и привести мысли в порядок после того цирка, который я устроила сегодня утром. Разбираться с тем, что делать дальше, я буду уже позже, когда соберусь с девчонками за маргаритой. Смахивая слёзы с щёк тыльной стороной ладони, я удивляюсь, обнаружив, что плачу. Я даже не заметила, как начали течь слёзы.
Господи, как я умудрилась всё так испортить?
Такси подъезжает к бордюру перед моим домом. Как только я вхожу в прихожую, я сразу поднимаюсь наверх, в спальню. Как только я захожу, ко мне подходит Бэзил, приветствуя мягким криком.
— Привет, дружок, — шепчу я, наклоняясь, чтобы почесать его за ушами.
Его урчание и тихие трели согревают моё сердце, и я беру его на руки, прижимая, как ребёнка. Устроив его удобно в одной руке, я нежно поглаживаю его под подбородком, наблюдая, как он медленно моргает на меня своими «любящими глазами». Я осыпаю поцелуями его крошечный лоб и нос, а затем мягко ставлю его обратно на ковёр, наблюдая, как он грациозно уходит прочь.
Освежившись, я спускаюсь вниз, чувствуя себя немного лучше, и включаю чайник. Я осознанно решаю не прикасаться к телефону – сейчас я не хочу быть доступной никому и не собираюсь снова перечитывать старые сообщения от Лукаса.
Сообщения, которые были почти полностью односторонними.
Я не могу вернуться в то состояние.
Я проделала такой путь, благодаря поддержке и заботе моих лучших подруг. Я не позволю себе снова утонуть в этой чёрной дыре.
  
Оно того не стоит. Он того не стоит.
Вместо этого я завариваю чай, укладываюсь на диван с Бэзилом и включаю свой любимый фильм. Ещё только утро, а с девчонками я встречусь только днём, так что решаю просто отключиться от внешнего мира.