Менеджер Нагибко, вы робот?
Впрочем, чего греха таить, в своё время я бы дорого дала, чтобы выглядеть, как она. А сейчас в особенности! Даже злость какая-то внутри завелась – она вот с волосами и с фигурой и в крутых шмотках, наверняка модных! А я – робот. Ну где справедливость?
Я так засмотрелась на этих людей из будущего, что чуть не прохлопала, о чём они говорили, а когда очнулась, тут же услышала претензию.
– А почему этот робот стоит и ничего не делает? – спросил мужчина. Я напряглась.
Девушка картинно закатила глаза.
– Да они там в отделе закупок хватают на аукционах конфискат какой-то по дешёвке, а мы тут потом мучаемся с настройкой!
– Ну, мучаетесь, скорее всего, не вы, а техники, – негромко заметил мужчина.
Тем временем Скрепыш сориентировался и вывесил над головами людей таблички:
дейсдарыня Нагибко, менеджер по целевому верхазингу
комсдарь Валетов, менеджер по общему верхазингу
Я уставилась на странные слова, но на вопросы времени не было.
– А они мучают меня! – капризно заявила Нагибко. – Этого, наверное, и настроить не смогли!
Валетов поднял точёную бровь. Он точно их выщипывает, не бывает таких в природе.
– Наверное? Менеджер Нагибко, стесняюсь напомнить, вы ответственная за это хранилище. Почему вы не можете точно сказать, настроены у вас роботы или нет?
Мне очень захотелось снова присесть на ящик. Вот эта перекачанная фифа – ответственная за мой склад?! Как-то совсем иначе я представляла себе кладовщиков! Злость в глубине моей электронной души выросла стократно. Это что же, выходит, какая-то некомпетентная соска виновата в том, что я тут бегаю за Сеней? То есть, ей можно миниюбку, перекачанные губы и пляжные локоны, а мне – даже человеческого тела не дали, и при этом она ещё и смеет не делать свою работу как следует, а всё равно надо мной главная?! Да я даже будучи человеком не позволяла себе ни так халтурить, ни так одеваться! Какого чёрта!
Вот так и возникает в роботах классовая ненависть.
Дева всплеснула руками – до сих пор она держала их в карманах, а теперь я увидела, что на кончиках пальцев у неё какие-то металлические колпачки с блестящими вставками. И на удивление не торчат километровые ногти.
– Ну что я, по каждой единице буду всё в памяти держать? – хмыкнула Нагибко, выпятив губы. – Это к техникам вопрос. Хотите, вызову их?
Я напряглась ещё раз. Не надо техников! Искин высунулся из угла экрана, но я уже и сама сообразила, что делать.
– Этот робот находится в режиме ожидания, так как не получал задач, – проговорил мой динамик условным женским голосом. Настолько условным, что никто, скорее всего, его не распознал как женский.
– Как это не получал? – удивился Валетов. – А ну-ка покажи лог.
Я заметалась, но тут уже искин подсуетился. Лог вспыхнул и на моём внутреннем экране, и на внешнем. Оба человека всмотрелись в моё лицо. Захотелось попятиться и спрятаться, но я устояла.
– Вот же задача на разгрузку! – возмутилась Нагибко.
– Этот робот не предназначен для погрузочной функции. – Я гнула свою линию.
– А для чего тогда? – не понял Валетов.
Искин снова вывел на оба экрана список:
Функции ЧОР-контролёра в рамках обслуживания сектора Д складского помещения 3
– проведение инвентаризации склада;
– предоставление периодических отчётов по движению грузов и остаткам;
– предоставление отчётов по движению грузов и остаткам по требованию;
– распределение задач по подчинённым единицам;
– контроль качества выполнения задач подчинёнными единицами;
– подбор, установка и мониторинг функционирования ПО, установленного на складском оборудовании.
– Ты где это взял? – мысленно спросила я искина. Мне же он наплёл, что я всего лишь отчёты должна посылать!
Скрепыш: Скопировал с контролёра другого сектора.
– Ничего себе, – хмыкнул Валетов. – Покупают, значит, всякую дрянь по дешёвке, да? А ничего, что этот робот может распределять задачи вместо людей?
Нагибко, видимо, хотела поджать губы, но в рот они не помещались и вместо этого выпятились уточкой.
– Много он нараспределял? Что-то я не вижу в логах следов его деятельности. Или те потери, которые вас интересуют – как раз его достижение?
Я поняла, что нужно срочно защищаться.
– Этот робот не имеет полномочий вмешиваться в задачи, поставленные людьми.
Валетов многозначительно посмотрел на свою подчинённую.
– Менеджер Нагибко, я вам уже не первый раз говорю: степень вашей неосведомлённости о том, что происходит во вверенном вам секторе, переходит все разумные границы. До конца месяца я жду от вас отчёт о состоянии склада, и если в нём будет хоть одно "не знаю", я вынесу на совет вопрос о лишении вас премии.
Нагибко начала было что-то говорить, но Валетов уже повернулся ко мне.
– Проведи-ка мне, дружок, экскурсию по твоему сектору, я хочу посмотреть, в каком тут всё состоянии.
Скрепыш: Ура-а-а, наконец-то кто-то взялся за дело!
***Честно говоря, восторгов Скрепыша я не разделяла. Это у него трудоголизм заложен в программу. Интересно, все искины такие? Откуда он у меня вообще появился? Ладно, об этом потом… Сейчас же я опасалась спалиться как-нибудь. Сказать что-то не так, выдать свою человеческую природу. Плюс я ещё не особо разобралась во всем этом бардаке. А эти двое явно не первый день работают. Даже если предположить, что эта Нагибко – дура дурой, то как-то же ее на эту работу взяли. Какие-то знания она должна была предъявить при собеседовании…
Впрочем, пути назад уже не было, а значит, только вперёд. Я повернулась к ближайшему стеллажу и взмолилась по внутренней связи:
– Скрепыш, подстрахуй!
Скрепыш: Не боись. Ща мы их уделаем.
Начали мы их уделывать с моего замечания:
– В данный момент все грузы с пришедших платформ, включая последнюю, определяются на свободные места в конец склада.
Нагибко фыркнула:
– Капитан Очевидность начал производить роботов.
Валетов зыркнул на нее, и девица состроила оскорбленную мину.
– А куда еще? Кладем, где есть место.
– Полки на территории всего склада регулярно освобождаются, – как этой дуре напомнить, не выйдя из образа, что товар не только складируется здесь, но и продаётся? – На данный момент свободны на 95% ряды 17, 21…
Я с тихим злорадством озвучивала выведенные Скрепышом на экран номера.
– …на 92% ряды 31…
– Довольно, – Валетов поднял руку, и я заткнулась. Нагибко ему с едва заметным кокетством улыбнулась.
– Робот, что возьмёшь? Если грузы доставляют разом, то это, как правило, единая поставка, одинаковое оборудование, которое лучше размещать вместе, а не раскидывать по всему складу.
И она с превосходством посмотрела на меня. Мне тоже жуть как захотелось улыбнуться. Только куда менее приятно. Увы, пока этого было не сделать, но я ответила:
– Последняя из грузовых платформ привезла товары 23 видов, включавших в себя 36 наименований. Вывести список?
– Нет, – мужчина качнул головой. Нет, всё-таки эта причёска дико ржачная. Даже в такой ситуации веселит. – Менеджер Нагибко, парируйте.
Настроение кокетничать у той явно пропало.
– Это автоматическая настройка программы, – буркнула она и демонстративно коснулась двух металлических полосок у виска, которые я приняла за заколку. Однако это явно было что-то другое: взгляд у Нагибко стал уж больно отстранённый. Валетов едва заметно поморщился. – Да, вижу. Расположение грузов выставлено по дате. Этот порядок удобнее всего для инвентаризации.
Ага, конечно, удобнее. Просто никто не подумал его изменить!
– Расположение грузов на территории всего склада увеличивает время, необходимое для сбора и отправки товаров, – стараясь не звучать слишком саркастично, ответила я. Как же бесят эти канцеляризмы. Хорошо хоть Скрепыш предлагает подходящие для робота фразы.