Расколотый венец (ЛП)

— Конечно, я скучала. Что за вопрос такой? — я прикусила нижнюю губу, сдерживая смех.
Он легонько провёл костяшками пальцев по моей щеке.
— Глупый.
Он взял меня за подбородок и притянул к себе для поцелуя, от которого у меня поджались пальцы на ногах.
Рядом с нами Гейдж прочистил горло.
— Тогда, может быть, мы начнём?
Феликс оживился от его слов и встал с колен, снова заняв своё место рядом с Костом.
Неохотно я вырвалась из объятий Нока, но задержалась в его руках.
— Я полагаю можно.
Ухмылка Нока стала греховной, прежде чем он наклонил голову к моему уху, его губы скользнули по моей коже.
— Ты можешь должным образом поприветствовать меня позже, в уединении своей спальни.
Мой желудок сжался, и тепло побежало вверх по задней части шеи. Мы расстались всего на несколько дней, но мне очень хотелось закончить эту встречу ещё до того, как она началась, просто чтобы я могла воспользоваться его предложением.
Прежде чем моё тело могло предать меня, я подошла к столу. Нам нужно было обсудить важные вещи, например, мою коронацию в качестве Короны. И планы, которые у меня были в отношении наших людей. Планы, с которыми я не была уверена, что Совет согласится.
Мы все заняли свои места, и на мгновение я замерла. Заклинатели и убийцы собрались вместе на заседании Совета, стремясь и желая обеспечить защиту наших людей. Не было никаких колебаний, несмотря на наше разное происхождение. И это было хорошо, потому что объединение было единственным способом, с которым у нас был бы шанс победить Язмин. Надежда, твёрдая и тёплая, наполнила меня, когда я села рядом с Ноком.
Может быть, мои планы сработают. Может быть, Заклинатели согласятся, увидев, что Круор на нашей стороне.
Гейдж перетасовал лежащие перед ним бумаги.
— Настоящим я призываю к порядку первое заседание Совета под нашей новой Короной, Линой Эденфрил.
Я приподняла бровь.
— Почти новой Короной.
— Семантика, — он небрежно махнул рукой и откинулся на спинку стула, устремив на меня свой стальной взгляд. — Первое, что нужно сделать — изменить состав нашего Совета, включив в него Нока, Коста, Озиаса и Калема. По крайней мере, временно, пока мы будем бороться с нынешней угрозой.
Все выпрямились на своих стульях, переводя любопытные взгляды с одного человека на другого.
Калем первым обрёл дар речи.
— Подожди, что?
— Это действительно необходимо? Я не хочу никого расстраивать, — добавил Оз, упираясь предплечьями в стол.
Я покачала головой.
— Прямо сейчас наши люди должны видеть, что они не одиноки. С незапамятных времён нам говорили, что мы против всей остальной Лендрии. Мы должны показать им, что это не так.
— Я не вижу никаких проблем с этим решением, — сказала Каори, её мягкий голос был полон тихой власти.
— Я тоже, — Рэйвен провела пальцами по столу, напряжение просачивалось из её тела с каждым решительным касанием.
— Если Лина считает, что это лучший способ, — сказал Нок, привлекая моё внимание, — тогда мы пойдём на это.
Он опустил руку на мою ногу, крепко сжимая её для уверенности.
— Тогда дело сделано.
Гейдж обмакнул перо в ближайшую чернильницу и что-то набросал на обрывке пергамента. С потолка донёсся тихий гудок, но Гейдж невозмутимо продолжал писать. Между листьями и ветвями, которые соединялись вместе, как стропила, на низко свисающей ветке сидела сова с похожими на кору рогами. Актариус. Вет оказался пойман в ловушку за пределами царства тварей, когда Селеста — богиня тварей — умерла.
Несмотря на то, что он использовал свои силы, чтобы увековечить этот момент, Гейдж уже не был прежним с тех пор, как обнаружил, что его память однажды была стёрта. Теперь он всё время делал заметки, нося в карманах запасные клочки бумаги на случай, если ему понадобится что-то записать на ходу. Как будто он больше не доверял собственной памяти. Как будто письмо каким-то образом укрепляло момент и ослабляло скованность в его плечах.
— Что это значит для Круора? — Кост сплёл пальцы вместе, сначала посмотрев на Нока, а потом медленно переведя взгляд обратно на Гейджа.
 
— Мы все равны в глазах Совета. Наши угрозы — это ваши угрозы, и наоборот. А это значит, — сказал Гейдж, постукивая пером по пергаменту, — Совет без колебаний придёт вам на помощь, и от вас ожидают того же.
— Однако наш народ — это совсем другая история, — сказала Каори.
— Значит, мы сражаемся за них, но они не сражаются за нас? — спросил Калем.
— Заклинатели не участвовали ни в одном крупномасштабном конфликте со времён Первой войны, — сказала я. — Дайте им время убедиться, что вам можно доверять, что теперь вы являетесь частью нашего сообщества, и они согласятся.
— Я буду сражаться, когда вы будете нуждаться во мне, — слова Рэйвен были резкими. — Мне всё равно с кем.
Мой желудок сжался одновременно с тем, как Оз поморщился. Сколько боли, должно быть, испытывала Рэйвен. Я не была уверена, что поддаться ярости — это правильный путь, но мне нужно было её бесстрашие. Нам это было необходимо. Если Заклинатели увидят, как страстно она готова бороться и противостоять несправедливости, то, возможно, они последуют её примеру.
Я осторожно положила руку ей на плечо.
— Рэйвен…
Она скинула руку с плеча резким движением.
— А что насчёт Язмин?
Моя рука упала на стол, но я не убрала её. Я обидела её в своём стремлении узнать правду о награде. Она не посылала нас на бесплодную охоту на тварей. Это не её Прядильщик схватил Нока и утащил его, позволив Клятве Круора овладеть им и свести его с ума. Но в то время я не могла понять, что Язмин, наша бывшая Корона, могла сделать что-то настолько… неправильное. И в своём гневе и замешательстве я набросилась на Рэйвен. Обвинила сломленную женщину в том, в чём она не участвовала.
Я никогда в жизни так сильно не хотела что-то исправить.
Гейдж испустил долгий вздох, извлекая из своей стопки кусок пергамента, который больше походил на растянутую кожу десятилетней давности.
— Я близок к расшифровке её записей. Этот кусочек прямо здесь, — сказал он, указывая на древние символы, выгравированные потемневшими красными чернилами, — это заклинание для укрощения. Я думаю. Я перевёл два ингредиента, кости Заклинателя-предателя и кровь немёртвого принца, но третья часть всё ещё ускользает от меня.
В ушах у меня раздался глухой звон, а волосы на затылке встали дыбом.
— Кости Заклинателя-предателя?
Он кивнул, встретившись со мной взглядом.
— Я думаю, что именно с этого и начался весь этот бардак. Она назначила награду за тебя, потому что ей нужны были твои кости. Но когда Миад счёл тебя достойной и очистил своей магией, ей пришлось искать в другом месте. Винн.
Холодок пробежал по моей коже.
— Винн?
— Да, — он тяжело сглотнул. — Он успешно очаровал тебя, и это осквернило его. После того, как Нок убил его, всё, что Язмин нужно было сделать, это собрать его останки.
— Ты точно в этом уверен? — спросил Кост.
Каори подпёрла подбородок руками.
— Да. Именно она избавлялась от тела Винна, пока вы все выздоравливали, — её взгляд метнулся к Калему.
Мы, само собой, были озабочены как моими травмами, так и его предсмертным опытом.
Кост нахмурился.
— Награда требовала, чтобы кости были доставлены в течение шести часов после смерти. Нет никакого способа, чтобы они всё ещё были пригодны для заклинания после всего этого времени.
— Коллекция тварей Язмин намного превосходит все наши, — сказала Рэйвен, и дрожь пробежала по её челюсти. — Я уверена, что у неё есть Визавем. Они производят пыль, которая сохраняет сущность любого предмета. Она может выждать время, собирая всё, что ей ещё нужно.
— К чёрту всё, — Калем опустился ниже в своё кресло.
— И мы знаем, что у неё уже есть кровь Нока, — сказал Оз, проводя рукой по голове.
Нок с трудом подавил рычание.
— Вот почему она послала нас на эту диковинную охоту на тварей, — он глубоко вздохнул и покачал головой. — Одна только кровь не делала меня принцем, боги должны были признать меня таковым. Она послала нас к двум руинам, чтобы я соответствовал критериям для её заклинания.