Группа крови на рукаве. Том IV (СИ)
С 1961 года в КГБ СССР работает в ПГУ, американский отдел, 3 командировки в США и Британию, 2 командировки. Член Партии с 1955-го года. Английский, французский языки свободно, в последней командировке был заместителем резидента в Вашингтоне. О достижениях на поприще работы в ПГУ данных в личном деле не было — это все совсем секретно, у меня и допусков таких нет читать о спецоперациях. Но общее представление составить получилось — служака, бывший учитель, скорее всего педант. Надо знакомиться лично, составить собственное представление. Обязательно узнать подводные камни.
Замом Авдонина ПГУ предлагало майора Ивана Ивановича Трунина. Родился в 1920 году в Московской области в семье железнодорожников. С 1941 года после окончания Московского института инженеров геодезии служил в РККА, после окончания военного училища был участником Великой Отечественной войны, закончил в Берлине. С 1942 года был военным переводчиком Разведотдела Штаба 62-й армии. За храбрость в войне в 1944 и в 1945 годах награждался двумя орденами Красного Знамени и в 1945 году орденом Отечественной войны I степени. С 1945 года был начальником разведки 79-й гвардейской стрелковой дивизии.
С 1948 года после окончания Военной академии им. М. В. Фрунзе направлен на работу во внешнюю разведку. С 1949 года после окончания Высшей разведшколы КИ при МИД ССР назначен старшим референтом ПГУ КГБ СССР. С 1951 года заместитель резидента в Тель-Авиве. С 1958 по 1963 по 1967 был замом резидентом КГБ СССР в Нью-Йорке. Ага, это значит, резидентура при ООН. Знает английский, иврит, немецкий. Прямо полиглот! Очень ценный кадр… Товарищ Трунин мне много чего интересного может рассказать. Даже больше, чем Авдонин. Фронтовик — это даже бонус. Пороха нюхнул, раз в Берлине закончил войну.
Был и третий персонаж. Ради которого я не постеснялся позвонить по защищенной линии в ПГУ генералу Сахаровскому. Долго меня не мурыжили, соединили сразу.
— А ты Орлов и кузнец, и жнец и на дуде игрец — засмеялся в трубке начальник внешней разведки — Такие слухи про тебя ходят, что прямо обходи десятой дорогой. Признавайся — это ты Полумесяцева на нары отправил?
— Александр Михайлович! Это все навет и клевета. Кто бы мне дал его трогать?
— И в Завидово ты не был?
— Был — я тяжело вздохнул — Но там главную дуду Щелоков дудел. Ему и дали санкцию на арест.
— Ты же понимаешь, что за такое тебе порежут командировку⁇
— Только что Цинев подписал характеристику
В трубке повисло долгое молчание. Сахаровский явно переваривал очередную порцию новостей. Шок — это по-нашему.
— Я даже не знаю, что сказать.
— А ничего и не надо. Расскажите про Верховцеву.
Третье личное дело у меня было на некую Верховцеву Ольгу Тимофеевну. В новой резидентуре ПГУ предлагало должность завхоза отдать женщине. Да еще какой — 52 года, вдова, член Партии с 36-го года. Родилась в селе Верх-Уба Шемонаихинского района Восточно-Казахстанской области, русская. Окончив медицинское училище в Усть-Каменогорске, Ольга Тимофеевна 5 лет проработала фельдшером-акушеркой в родном селе. Уже в 37-м году она вышла замуж за Виталия Верховцева. Который оказался… сотрудником НКВД. Мужа переводят работать во внешнюю разведку и дальше их следы теряются.
— Нелегальная разведка — коротко мне сообщает Сахаровский — Десять лет проработали в Штатах, но по некоторым причинам были вынуждены их срочно отозвать.
Ясно. Провал какой-то у ПГУ случился. Обычное дело.
Генерал рассказал, что в Союзе Верховцев скончался от рака, Ольга Тимофеевна заскучала, некоторое время поработала в Высшей школе КГБ преподавателем, но с ее неуемным характером она постоянно просилась на оперативную работу.
— Общественница — вздохнул я — Ну может и будет полезна.
Я жопой чувствовал надвигающийся геморрой с этой Верховцевой. Но спасибо, что не Вилорик. Этот строчил доносы словно скоростной принтер.
— Масса плюсов. Язык знает, жила в Штатах долгое время — хорошо знает все ходы-выходы.
— Не опознают ее там?
— Поработаем над внешностью, не волнуйся. Я ее попросил следить так сказать, за моральным обликом резидентуры и докладывать в Центр. Так что имей в виду. Будет у вас и по партийной линии — парторгом.
Закончив с телефонными звонками, бумажными делами и так не дождавшись вызова «наверх» — я отправился ночевать в дивизию. Захотят найти — найдут.
С утра пробежал с отрядом зарядку, качнул бицуху. В отряде все было спокойно. Тут никто не знал о моих приключениях последние пары суток, шли плановые учения. Бойцы тренировались под руководством нашего инструктора-альпиниста забираться на стены с шестом. Тройками. Двое толкают шест — один «забегает» вверх. В полной амуниции, со Скорпионом за спиной — это была еще та задача. Периодически тот или иной громовец падал на маты внизу. Рядом дежурила хмурая Калиновская.
— Товарищ подполковник, мне это совсем не нравится! — Лена завидев меня на занятиях, бросилась ака коршун на добычу — У двоих уже травмы! Евстафьев сломал руку, Ганган подвернул ногу.
И уже совсем тихо, почти на ухо:
— Коля, пусть тренируются хотя бы без бронежилетов и шлемов!
— План занятий утверждается в том числе и тобой! — отмазался я — Потом теперь все решает Иво, я передаю постепенно дела
— Тебе утвердили командировку?
— Да, Цинев подписал характеристику
Пора в Комитете вводить медаль имени ВГУ — «он прошел проверку».
— Поздравляю! Когда летишь в Штаты?
— Начальство решает, ближайший прямой рейс 1-го августа. Доглосрочную визу открыли.
Как раз вместе с личными делами пришел и мой загран. паспорт.
— Один? — Лена прямо вся лучилась любопытством.
— Передовая группа в единственном числе — пошутил я — Незлобин уходит в отпуск на две недели — везет семью в Сочи. Санаторий Дзержинского. Байкалов поехал навестить родителей. Ильясовых я просто боюсь куда-то отпускать одних. Загуляют. Да они еще и оформление на прошли. Байбал тоже визу еще не получил. Вот и выходит, что принимать Сэнди-Хук мне одному. Ну посольские из ооновского представительства. Куда без них…
Мы еще поболтали недолго и тут приехал замотанный Тоом. Принялся по привычке грузить меня проблемами отряда, в первую очередь внутрикомитетской политикой. Иво очень запала в голову моя вскользь высказанная идея уйти из под Алидина и организовать в КГБ отдельное управление для отряда. Собственно, он так в будущем и случится.
— Ты пока не торопись, сначала освойся, завоюй авторитет у Андропова. Ты уже нашел себе зама?
— Ищу — вздохнул Тоом — Лучших забираешь
— Сам понимаешь… Тут политика! Причем международная.
— Это кстати, правда, что Брежнев решил почистить ЦэКа? Говорят, ты главу Гостелерадио арестовывал?
Нет, ты только подумай! Москва — большая деревня.
— Слышал анекдот про аресты и Сталина?
Иво помотал головой.
— В сорок третьем году на совещании в Ставке Сталин обратился к генералу Горбатову.: «А вы, товарищ Горбатов., все еще на свободе?» Генерал вернулся домой убитый, попрощался с женой. Однако прошел день, два, неделя — ничего не случилось. В начале сорок четвертого история повторилась. В конце того же года на совещании в Ставке Сталин опять шепнул Горбатову.: «Понять не могу, почему вас до сих пор не арестовали?» — и снова пронесло.
А на банкете в честь победы Сталин сказал: «В самые трудные дни войны мы не теряли оптимизма и чувства юмора, не правда ли, товарищ Горбатов?»
Тоом не засмеялся, только напрягся.
— К чему ты мне это рассказываешь?
— К тому, чтобы ты не терял чувство юмора — я хлопнул Иво по плечу. Что мне ему рассказывать?
Никаких чисток в ЦК не будет. Максимум — подковерная возня. Посмотрел я начальство в Завидово — явно хотят спокойной жизни. И кстати, ее получат. Лет на пятнадцать. А потом все полетит по женскому половому органу. Американцы договорятся с саудитами — обвалят цены на нефть. Брежнев и Ко влезут в Афган. Что там еще будет плохого? Я почесал затылок. Землетрясение в Армении и вишенкой на торте — Чернобыль. СССР прямо будто сглазили в 80-х. Меченый этот… Борька-алкаш. На советскую элиту я имел возможность посмотреть — днепропетровский клан еще туда-сюда, не сельские парубки. Развивают промышленность, крепят оборону. Середнячки. Гэбисты? Тут тоже есть клановая солидарность, Андропов ее еще прилично так дальше укрепит — особенно на противостоянии с Щелоковым и МВД. Но серьезным игроком Комитет так и не станет — его после сталинских чисток все слишком боятся, ставят палки в колеса, плотно пасут через Цвигунов и Циневых. Плюс разного рода предатели и агенты влияния типа Луи. Летят как мухи на говоно.