Хаб (СИ)

— Длинный, ау! — Рыжуха помахала ладонью у меня перед носом. — В спячку впадаешь, что ли?
— Задумался. У меня иногда случается, не пугайся.
— Угу, смешно. И чего ты так загрузился? А ну, колись.
— Много будешь знать — экзаменаторов напугаешь. Лопай, а то остынет.
Подав пример, я принялся орудовать вилкой. Но мысли вновь возвращались к всплескам. Меня преследовало зудящее ощущение, что я упустил некую подробность, которая объяснила бы многое.
  
И хотя я решил не думать об утёсе с картинки, он вырисовывался в памяти раз за разом. Рефлекторно я вглядывался, и это отнимало неожиданно много сил. Моя голова была как старый микропроцессор, который сдуру нагрузили задачей, не соответствующей его системным параметрам…
Доев свою порцию, я выцедил компот. Наваливалась усталость, как будто сегодня я не бездельничал, а пахал без передышки весь день. Слипались глаза. Я потёр висок и сказал напарнице:
— Рыжик, ты не обидишься, если я тебя покину до завтра?
Она посмотрела на меня подозрительно, но я успокаивающе коснулся её руки и вылез из-за стола. Добрёл до коттеджа и рухнул на топчан.
Сон накрыл меня моментально, как набегающая волна.
Я увидел тот самый берег.
Теперь к чёрно-белым контурам добавился цвет.
Я будто оказался внутри недостроенной три-дэ-реконструкции — некоторые фрагменты выглядели рельефно и чётко, другие же распадались на пиксели или отодвигались куда-то за пределы моего восприятия.
Но самое главное — я получил возможность перемещаться внутри трёхмерной картинки. Очень ограниченно, правда, но тем не менее. Кое-что я смог рассмотреть теперь в новом ракурсе и с близкого расстояния.
В поле зрения оказались три человека на уступе скалы.
Двое были в старинных домотканых рубахах и таких же штанах — молодые крепкие парни. Они тащили сундук из тёмного дерева, снабжённый по бокам ручками. Он был изрисован рунами и окован железом.
Третий персонаж выглядел колоритнее. Мужик лет сорока — загорелый, жилистый, бритый наголо. Он носил безрукавку вместо рубахи, а на запястьях у него темнели браслеты из воронёной стали.
Бритый отдал короткий приказ. Носильщики опустили сундук на землю. Несколько секунд, запрокинув голову, бритый изучал каменистый склон. Вблизи тот смотрелся непрезентабельно — корявые выступы, расселины, колючий кустарник. И да, скала была конусом — но уродливым, грубым.
Вытащив из кармана ключ со сложной бородкой, мужик снял с сундука навесной замок. Положил ладони на крышку, готовясь её поднять, но вдруг насторожился, замер.
То ли прислушиваясь, то ли принюхиваясь, он обернулся, и я увидел его глаза. Зрачки были вытянуты по вертикали, а радужка имела пугающий, неестественно-жёлтый цвет.
Я инстинктивно отпрянул, и это нарушило хрупкое равновесие. Трёхмерный рисунок-кадр утратил структуру, раскрошился стремительно, а меня отдёрнуло прочь и вышвырнуло в реальность.
Подскочив на топчане, я вытаращился перед собой.
За моим окном была ночь. Лунный свет ложился на прозрачную занавеску.
Пот катил с меня градом, дыхание было хриплым.
— Блин, да вы издеваетесь, — пробормотал я и отправился в душ.
Прохладные струи меня взбодрили, вернув способность соображать. Но сон не выветрился из памяти — наоборот, закрепился там, сохранив подробности. Если сосредоточиться, то я, будто наяву, видел жёлтые, змеиные глаза мужика.
И не сомневался — это не игры воображения.
Через флюид я выудил фрагмент реального прошлого.
Но имел ли этот фрагмент практическое значение?
Ну, несли чуваки сундук… Ну, был среди них один змееглазый… И что такого? Мне уже объяснили, что в мирах по соседству есть настоящие маги. Может, у них такие глаза — это хит сезона. Или производственная необходимость…
Короче говоря, в этой области я был некомпетентен и просто пересказал бы сон знатокам, если бы не обещал Хильде держать язык за зубами. Ситуация идиотская…
Поразмыслив, я решил так — если сны продолжатся и покажут что-нибудь подозрительное, то потребую объяснений у Хильды. А кое-что попытаюсь выяснить сразу, не раскрывая её секрет…
С этой мыслью заснул опять, уже без «три-дэ».
К утру вроде отдохнул и восстановился.
Наступила суббота, но мы учились по шестидневке, чтобы не терять время. И на уроке по страноведению я закинул удочку:
— Леди Гленна, разрешите спросить? Вот вы нам рассказывали про южную ось. География там вообще не такая, как в нашем мире. Но это ведь всё равно Земля?
— Да, конечно. Её альтернативная версия. А флюид влияет на географию, поэтому континенты там выглядят по-другому.
— Ага, я так и предполагал. И вдогонку сразу второй вопрос, если можно. На нашем берегу фэнтези — популярный жанр в кино и литературе. И кроме людей там любят показывать других разумных существ. Ну, другие виды. То эльфов с длинными ушками, то орков с зелёной кожей и вот такими клыками…
Послышалось хихиканье. Усмехнулась и леди Гленна:
— Увы, разочарую вас, Тимофей. Таких биологических видов не существует, есть только люди. Хотя в мирах, где флюид проявлен очень отчётливо, найдутся сильные маги, способные менять внешность в некоторых пределах. Теоретически можно отрастить себе уши, как у ваших киношных эльфов. Но для чего? Слух проще улучшить за счёт магических артефактов или технических средств.
— У нас в Охряном Лесу, — сказала девица с дредами, — есть маленькое племя, где у магов — кошачий глаз. Они себе делают, чтобы охотиться ночью. Придумали ещё в древности, кажется. Но точно не знаю — они живут на отшибе, ни с кем почти не общаются.
Я поблагодарил за ликбез и проставил мысленно галочку.
Раз есть кошачий глаз, то может быть и змеиный. Нафиг он нужен — вопрос отдельный. Мне на данный момент достаточно знать, что вариант — рабочий, реалистичный. И вполне соответствует здешней картине мира.
Ну, хоть какая-то ясность.
Следующую пару вёл Варгас. И, что забавно, он тоже заговорил на схожую тему — но применительно к технике. Дал нам некоторые инструкции, как менять внешний вид машины. Пока только на словах, к сожалению. Тренажёры не поддавались метаморфозам. Чтобы проверить навык, надо было дождаться первого рейса.
Звонок прозвенел, и все потянулись к выходу. Но Варгас попросил:
— Тимофей и Кайла, задержитесь, пожалуйста. И Хильда с Бьёрном.
  
Глава 10
 
Мы переглянулись с Кайлой. На лицах «викингов» тоже читалось недоумение.
— Что-то случилось? — спросила Хильда в своей фирменной манере а-ля промышленный холодильник.
— Важная новость, — ответил Варгас. — И я рассчитываю, что мы обернём её в нашу пользу. Всё зависит от вас.
Он захлопнул дверь в коридор, вернулся за учительский стол и оглядел нас поочерёдно. После чего продолжил:
— Сегодня утром ямская служба получила новый заказ. Требуется доставить груз на восточный берег. Груз, в общем-то, стандартный — техническая документация. Такие рейсы мы ежедневно выполняем десятками. В этот раз, однако, есть немаловажный нюанс.
Рыжуха нетерпеливо поёрзала, когда он взял паузу, но сдержалась. Оценив это, Варгас хмыкнул:
— Обычно перевозку осуществляют те ямщики, которые родились на одной оси с отправителем. Тут играет роль и традиция, и прагматика. Ямщик в этом случае сориентируется быстрее и лучше поймёт сопутствующие инструкции, если заказчик сочтёт их необходимыми. Но сегодня отправная точка маршрута — юго-восточный берег, впервые в истории ямского приказа. А среди наших сотрудников пока нет ямщиков из этого мира, если не считать Тимофея.
Я потёр руки, рыжая подавила радостный вопль. Но Варгас, предостерегающе качнув головой, сказал без улыбки:
— Не торопитесь. Да, Тимофей, мы приняли решение поручить вам эту доставку, хотя вы ещё не окончили подготовительный курс. Технических знаний у вас хватает, интуитивное использование флюида — тоже на уровне. Мы вполне можем выпустить вас досрочно, а этот рейс зачтём как экзамен. Но есть другая проблема.