Курсант (СИ)
— Мы-ы-ы со-о-ошли-и-и… У-у-ухо-о-оди-и-им впра-а-аво-о-о… Ки-и-иньте-е-е все-е-е за-а-ащи-и-итны-ы-ые-е-е си-и-исте-е-емы-ы-ы ма-а-аши-и-ин в «пе-е-ере-е-ежо-о-ог»!!!
«Значит, „Росомаха“, идущая за нами — Янкина…» — отметил я, кинув взгляд в зеркало заднего вида, проконтролировал действия Барыни, в хорошем темпе переключившей в параноидальный режим техно-артефактную защиту, систему дистанционного обнаружения и подрыва взрывных устройств, блок постановки активных и пассивных помех, систему подкачки шин и что-то там еще, заметил, что ворота ангара начинают разъезжаться в стороны, увидел, как округляются глаза у здоровяка, выглянувшего наружу,
и не удержался от злой усмешки.
Когда возле него возник второй, с фигурой классического Воздушника или Огневика, внезапно понял, какую команду не догадалась озвучить мама, трижды прикоснулся к педали тормоза и чуть-чуть скинул скорость.
Младшая сестренка среагировала на предложение «потанцевать», как на тренировке, и притерлась к заднему бамперу практически вплотную. Вовремя: этот, «второй», оказавшийся как бы не Архимагом Огня, шарахнул в нашу сторону белым сполохом чудовищной мощности! Техно-артефактная защита просела процентов на восемьдесят пять-девяносто, так что я моргнул левым поворотником, резко ушел вправо, пропустил мимо себя внедорожник Янки и спрятался за ним. Где-то на краю сознания мелькнула мысль, что Кнут такое точно не повторит, но маг, охреневший от того, что моя машина не запылала, очень быстро пришел в себя, ударил вторым сполохом в нашу же сторону и… улетел в ангар, поймав огненным щитом что-то крупнокалиберное!
Здоровяка тоже унесло. По моим ощущениям, сдвоенным попаданием. Так что я мысленно поблагодарил снайперов Зеленцова, оценил расстояние до ворот ангара, бросил «Росомаху» в сторону и начал тормозить. Так, легонечко, чтобы ударом многотонного внедорожника надежно заклинить левую створку в полуоткрытом состоянии. На серое «пятнышко» из крошечных трещинок, внезапно появившееся перед лицом, не обратил никакого внимания, так как был уверен, что это бронестекло «на раз» не прострелить. Поймав почти в ту же точку еще две артефактные пули, отметил высочайший профессионализм снайпера-румына
и сообщил о том, что он есть, всем остальным членам группы. Потом уровнял скорость с машиной Янки, одновременно с ней впоролся в створку и почти не удивился, когда она, сорвавшись с направляющих, улетела в полумрак ангара.
Идея, позволяющая воспользоваться этим подарком судьбы в наших интересах, мелькнула на краю сознания очень вовремя, поэтому я снова вдавил в пол педаль акселератора, чуть довернул руль, оторвал дверь-трап и свернул со штатного места левый — если смотреть с моей стороны — движок «Стрижа». Как выяснилось чуть позже, «младшая сестренка» поняла «намек» и с заноса — чтобы не застрять — лишила несчастный самолет переднего шасси. А Раиса Александровна, оказавшаяся не в пример глазастее нас, все в том же заносе снесла «стакан» секретного лифта, обнаружившийся в правом дальнем углу ангара. Но в тот момент мне было не до наблюдения за остальными машинами, так как моя, подхваченная земляным штормом, переворачивалась на крышу. Кроме того, в броню корпуса колотили артефактные пули, к капоту подлетал ледяной таран, в заднее стекло били мощнейшие вспышки, а артефакт защиты от ментальных воздействий неприятно пульсировал.
Я чуть-чуть уменьшил глубину режима «замедления времени», чтобы не ломать голову над расшифровкой команд матушки, и услышал ее голос:
— Рая, заткните Земляка. Яна, на вас Ледовик. Огневика успокоим мы. Тройка Люта работает в свободном режиме…
На вражеских метках, отображавшихся на тактической карте, сразу же появились кантики соответствующих цветов, так что несколько секунд большей части румынов стало не до моей «Росомахи». Вот я и зашевелился. В смысле, сориентировался в пространстве, ибо висел вверх ногами, зафиксированный ремнями безопасности, быстренько оценил взаимное расположение наших и вражеских меток, скрипнул зубами и пообещал себе при первой же возможности расцеловать «старшую сестренку» — прежде, чем приступить к выполнению приказа матушки, она перекрыла корпусом своего внедорожника направление, с которого по нам работал самый опытный снайпер!
Я уперся рукой в потолок, временно изображавший пол, разблокировал замок ремней безопасности, мягко завалился на бок и затараторил:
— Выхожу я один. Барыня, подключишься тогда, когда сочтешь нужным. Агрессия, найди возможность задавить менталиста, не покидая машины. Валя, пока в накопителях машины есть Сила, наружу не выбираешься…
Варя кивнула и открыла свою дверь, дала мне время выскользнуть из салона и вернула створку обратно. Щелчка блокирующегося замка я, конечно же, не услышал, ибо грохот в ангаре стоял еще тот. Но был уверен, что Слуга учла и этот момент. Поэтому со спокойной душой ушел в серию скачков прямо из положения «лежа». К Янке, не привыкшей работать в связке с Икой и Таней. И не прогадал: эта троица била всем, чем могла, в слишком мощную ледяную броню Архимага, но без толку!
Так что мое обезглавливание, оторвавшее ему правую щиколотку, пришлось очень кстати. Как, в общем-то, и дырокол, через миг перебивший магистральный канал в левом запястье. Правда, в тот момент, когда румына повело в сторону, в спину застоявшейся «волшебнице» попала артефактная пуля. Да, просадила не весь огненный щит, но э кс-русалка сделала напрашивавшиеся выводы практически мгновенно — в темпе откатилась в сторону из точки падения, потянула Силу из накопителя и оказалась на ногах. А затем ушла за спину взбешенно взвывшему Ледовику, шарахнула испепелением по обрубку, видимо, решив отвлечь румына новой вспышкой боли, и махнула мне рукой в знак того, что дальше они справятся сами.
Я засомневался. И правильно сделал: буквально через полсекунды и нас, и вражеского Архимага приложило мощнейшим порывом ветра и отправило полетать. Мы с сестренкой, привыкшие правильно реагировать на такие атаки, автоматически ушли в скачок, вырвались из области действия заклинания, и снова метнулись к Ледовику. Ика, в общем-то, тоже ушла. Но в момент начала смещения находилась в неудобном положении. А Одинцова воткнулась в пол. Причем настолько жестко, что потеряла процентов сорок с гаком плотности огненного щита. Вот румын ее и приголубил, пробив ледяным копьем на пару сантиметров ниже правой ключицы!
«Где-то далеко-далеко» раздался голос Барыни, доложившей, что она начинает работать по стрелкам, но я засек эту фразу лишь самым краешком сознания. Ибо снес Архимага своим телом, после падения вбил откатившееся обезглавливание в правый локоть, приложился к культе разрядом на четверть резерва, заметил, что ледяная броня «поплыла», и всадил дырокол в проекцию ядра. Да, потом взлетел в воздух, подхваченный смерчем, но вырвался из него метрах на двух с половиной, вспомнил, с какой стороны «дунул» порыв, ушел в следующий скачок в том направлении и сразу после выхода из перемещения засек Воздушника.
Этот Одаренный тоже оказался Архимагом. Судя по скорости реакции, со «вторичкой»-Молнией. А еще «сидел» на накопителях и лупил по мне, как из пулемета. Что самое неприятное, умело чередуя точечные заклинания типа воздушных игл, копий и кулаков, с «фронталками» вроде урагана и площадным вакуумным взрывом! Пришлось использовать инверсию, сдвигая баланс Даров в сторону моей Молнии, обновлять ускорение с воодушевляющим касанием, и вкладываться сначала в прерывалку, а после выхода на ближнюю дистанцию — и в угнетающий рык. Впрочем, даже с ними потрепало меня прилично. Вернее, «высушило» один накопитель и вынудило пересесть на второй. Тем не менее, я все-таки дорвался до этого монстра, не позволил сформировать воздушную подушку и разорвать дистанцию, «подстелил» нам под ноги зыбучий песок молний, ослабил защиту сминающим касанием, шарахнул обезглавливанием в лицо и обломался — румын успел пополнить воздушный щит из накопителя!