Хозяин дома

Дверь в гостиную распахнулась, но Джек, казалось, не слышал гула голосов, он не сделал попытки уйти. Небольшая армия официантов и горничных проворно сновала туда и обратно. Благодаря стараниям Кэти придраться было не к чему.
Наблюдая за Джеком, Элла почувствовала стеснение в груди, глаза вдруг защипало от слез. Почему ей хочется плакать? Из-за того, что она его любит? Или из-за того, что потеряла? А может быть, из-за того, что нечаянно или нарочно причинила ему боль? Бог знает, возможно, все эти причины имеют место, решила она, призывая на помощь чувство юмора. Впрочем, ситуация больше напоминает сцену из фарса «Кукушка в гнезде», нежели из комедии «Моя жена за соседней дверью». Элла здесь чужая, и если бы она с самого начала прислушалась к голосу разума, то оставила бы этот дом сразу же, как только поняла, кто его хозяин.
Джек был как всегда элегантен и неотразим, он умел выглядеть непринужденно даже в официальном костюме. Пуговицы дорогого смокинга были небрежно расстегнуты, тонкая ткань рубашки обрисовывала рельефные мускулы груди. Контрастное сочетание черного и белого превосходно подчеркивало его смуглый загар. Джек напоминал ей светловолосого Адониса. Волосы, доходящие до края воротничка, еще более посветлели, выгорев под безжалостным аравийским солнцем, глаза сверкали на загорелом лице, как два сапфира, казалось, освещая своим блеском резковатые черты — такие дорогие, такие любимые… Только Джек теперь не принадлежал ей, он больше не был ее Джеком.
В приоткрытую дверь Элла заметила Стивена. Еще один светловолосый голубоглазый атлет. Может, он и не ровня Джеку с его грубоватой красотой, но, когда Стивен входит в комнату, женщины обращают на него внимание. Флисс тоже его заметила. При воспоминании о неприятной сцене Элла почувствовала спазм в животе. Хотя, возможно, Флисс просто хотела принизить Эллу в присутствии красивого мужчины, подчеркнув тем самым свое превосходство. Или тут замешано зеленоглазое чудовище ревности? Элла невольно улыбнулась, вспомнив, как Флисс гордо прошествовала назад к своим важным гостям, опираясь на руку Стивена.
К важным гостям? В мозгу Эллы прозвенел сигнал тревоги. Что-то не так. С какой стати Стивен оказался на этой конференции? Конечно, он владелец сети отелей, но до Джека ему еще очень далеко, они играют в разных лигах. У нее шевельнулось нелепое подозрение, что появление Стивена подстроено Джеком.
— Разумеется, я знал, что он твой бывший начальник, — небрежно ответил Джек, когда Элла облекла свои сомнения в слова. — Он упомянут в твоей автобиографии.
— Тогда зачем ты его пригласил? — с вызовом спросила Элла. — Стивен не может инвестировать деньги в твой проект.
Джек ответил уклончиво:
— У меня есть свои причины.
— Чистое любопытство, не так ли, Джек?
— Скажем иначе, естественный интерес. В конце концов, я ничего не знаю о твоей жизни в последние пять лет.
— Но тебя это не касается! — прошипела Элла. Она снова разозлилась на Джека, но это и к лучшему: так гораздо легче держать его на расстоянии.
— Вот тут я не согласен. Ты моя жена…
— Бывшая жена. Кстати, скоро я стану также бывшей экономкой, бывшей…
— Бывшей любовницей? — подсказал Джек.
Элла возмущенно фыркнула.
— Данную стадию мы миновали много лет назад!
— Ты в этом уверена? Есть и еще одна тонкость, — задумчиво проговорил Джек, потирая подбородок тыльной стороной ладони. — Я слышал, как Толланд назвал тебя Эллой. Эллой, — мрачно подчеркнул он, — а не Эйлин.
— Ну и что?
— Выходит, ты изменила имя где-то в промежутке между работой у него и у меня. Вот я и задумался почему?
— Я же уже говорила, что взяла имя, данное мне при рождении, хотя это и не твое дело, — сердито напомнила Элла.
— Но это мое дело. Все, что связано с тобой, касается и меня.
— Ты в этом уверен? — Элла насмешливо повторила его же слова, и Джек покраснел, даже в полумраке было видно, как потемнели под загаром его скулы. Большего доказательства Элле и не требовалось: она поняла, что попала в цель. — Что ты себе вообразил?
 
— Ты моя жена, Элла. Ну хорошо, бывшая жена, моя экономка, если хочешь, все равно я за тебя отвечаю.
— Ничего подобного! Между нами все давно кончено. Как только я уйду из этого дома, можешь забыть обо мне и успокоиться.
— Но, может быть, теперь, когда я тебя нашел, мне не очень хочется тебя отпускать.
Отпустить ее, раз и навсегда перерезать путы, сбросить груз ответственности, которую он вовсе не должен был принимать на себя, чего уж лучше, казалось бы? Но видно Джек, вкусив однажды сладкого меда власти, не желал терять контроля над ее жизнью. Ему понравилось играть роль Господа Бога, распоряжаясь судьбами других людей.
— Знаешь, что я тебе скажу, Джек? — резко произнесла Элла. — Я только сейчас по-настоящему поняла, какой ты коварный мерзавец.
Джек оторопел.
— Что ты имеешь в виду?
— Да все это. — Элла махнула рукой, выражая презрение даже самим этим жестом. — Ты собрал всех этих людей, угощаешь их, ведешь с ними светские беседы, и все только ради того, чтобы уговорить их расстаться с заработанными деньгами.
— Мне жаль тебя разочаровывать, Элла, но такова обычная деловая практика, причем практика весьма полезная, потому что она помогает уменьшить налоги.
— А как же Стивен? — не успокаивалась Элла. — Зачем тебе приглашать мелкую сошку? Каким боком он вписывается в грандиозные планы Джека Кигэна? У Стивена не так много денег, чтобы он мог инвестировать их в твой проект, и даже не пытайся убедить меня в обратном, я все же не такая дура! О нет, — продолжала она все тем же обличительным тоном, — у Стивена другая роль. Он оказался здесь потому, что всемогущему Джеку Кигэну очень захотелось собрать нас с ним в одном доме и посмотреть, что из этого выйдет.
— Да, конечно, но не упускай из виду одну маленькую деталь, — насмешливо вставил Джек, — конференция проходила бы в другом месте и вы бы не встретились, если бы кое-кто не вмешался и не перекроил все на свой лад. Что ты на это скажешь, Элла? Объясни, если сможешь.
— Мне незачем это делать, твои мотивы не изменились, просто тактика могла бы быть другой. Ты бы познакомился со Стивеном в отеле, втерся к нему в доверие, выудил нужную информацию, а потом уже открыто пригласил бы сюда.
— В тебе столько уверенности, моя дорогая…
— Джек!
Элла со свистом втянула воздух. Они были на волосок от разоблачения. Флисс буквально материализовалась из воздуха, никто из них не заметил, как она подошла.
Джек быстро пришел в себя и радостно протянул руку невесте.
— Флисс, дорогая!
Флисс, разумеется, тут же втиснулась в пространство между ними, прильнула к Джеку и с видом собственницы взяла его под руку. Понимая, что это не должно ее касаться, Элла тем не менее почувствовала странную боль. От ее взгляда не укрылось выражение злобного триумфа, сверкнувшее в зеленых глазах.
— Я тут благодарил миссис Эндрюс-Ватсон и всю ее команду за отлично выполненную работу, — объяснил Джек, тем самым помешав Элле незаметно раствориться в темноте. — Кстати, о хорошей работе…
Он остановился, привлек к себе Флисс, быстро поцеловал в губы, отстранился и потом снова прильнул к ее губам, на этот раз целуя по-настоящему. Бедной Элле ничего не оставалось, кроме как стоять и наблюдать со стороны эту любовную сцену.
— Ты постаралась на славу, — с чувством произнес Джек. — Все идет по плану. — Он повел невесту обратно в гостиную, мимоходом бросив на Эллу пренебрежительный взгляд, от которого кровь застыла у нее в жилах. — И поверь, без тебя мы бы ни за что не справились.
Глава 11
— Элла!
— Стивен! Как ты меня перепутал! — выдохнула Элла, сначала бледнея, потом краснея. Мысли ее были далеко отсюда, поэтому она не заметила, как подошел Стивен, и буквально подпрыгнула от неожиданности.
Стивен улыбнулся и с долей неуверенности в голосе спросил: