Астарта. Предназначение. Книга 3 (СИ)

Черт коротко кивнул, показывая, что готов говорить, но его важный вид выдавал, будто он делает нам огромное одолжение.
— Гала — это Голанда, древняя сущность, — начал он, его голос звучал серьезно, почти торжественно. — Мир этот… скажем так, крайне негостеприимный. Там все подчинено воле темных сил. Лили не может выбраться, потому что Голанда забрала у нее часть силы, госпожа. А Цирон… он ее защищает, как может.
  
Я нахмурилась, слова черта звучали тревожно.
— Подожди, — прервала я его. — Забрала силу? И почему Цирон защищает ее, а не наоборот?
Черт чуть склонил голову, словно взвешивая, стоит ли углубляться в подробности.
— Лили отдала свою силу добровольно, чтобы спасти Цирона, — пояснил он.
Я почувствовала, как в груди что-то холодно сжалось. Добровольно отдать свою силу… Это звучало как жертва, на которую я не знала, смогла бы ли решиться сама.
— Ну что ж, — устало протянул Монти, хлопнув себя по коленям. — Похоже, опять в путь.
— Это становится привычкой, — буркнул Богдан, поднимаясь со скамейки. — Только бы знать, как разобраться с этой Га…
— Голанда, — поправил его черт, приподняв подбородок, как будто это имя было слишком важно, чтобы его коверкать. — И…
Он замолчал, словно не хотел продолжать, но мой пристальный взгляд заставил его продолжить.
— И что? — резко спросила я, чувствуя, как внутри нарастает беспокойство.
Черт вздохнул, будто сдаваясь.
— И пойти смогут не все.
Мы переглянулись. Его слова прозвучали как гром среди ясного неба.
— Почему? — спросил Эрдан, наконец нарушив молчание.
Черт посмотрел на нас всех по очереди, словно оценивая, кто из нас способен понять, насколько все серьезно.
— Белый свет — как красная метка в том мире, — наконец сказал он.
— Как красные трусы для быка, — хмыкнул Богдан.
Черт закатил глаза, но продолжил:
— Только те, в ком есть темная сила или кровь тьмы, смогут там выжить.
Повисло напряженное молчание. Слова черта звучали как приговор. Я почувствовала, как что-то внутри сжалось, тревога расползалась по всему телу.
— То есть, — медленно начал Монти, перебирая пальцами по подбородку, — если у кого-то из нас нет связи с тьмой, то этот кто-то просто исчезнет?
Черт кивнул, его лицо оставалось серьезным.
— Именно так. Тьма в этом мире — не просто сила. Это сама основа его существования. Все чуждое ей уничтожается мгновенно.
Я закрыла глаза, пытаясь осмыслить услышанное. Это означало, что не все из нас смогут пойти и, возможно, не все смогут вернуться...
— Ну здорово, — саркастично протянул Богдан, скрестив руки на груди. — А я-то думал, что хуже уже не будет.
— Так, давайте не паниковать, — решительно перебил его Эрдан, его голос звучал твердо. — Кто у нас подходит под это описание? Чья кровь связана с тьмой?
В наступившей тишине я оглядела своих спутников. Никто не спешил что-то говорить, пока черт, подняв руку, не привлек внимание.
— Госпожа подходит, — сказал он, кивая в мою сторону. — В вас есть частица тьмы, благодаря вашей связи с Астартой.
Я напряглась, но промолчала.
— Я тоже подхожу, — неожиданно добавил Монти, его голос звучал спокойно и уверенно. — Моя кровь связана с прародительницей Астартой.
— А я? — вмешался Эрдан, все еще ошарашенный.
Черт покачал головой:
— Нет, ты слишком... светлый, — произнес он, тщательно подбирая слова, чтобы не обидеть.
— Светлый? — возмутился Эрдан, вскинув брови. — Это что, сейчас оскорбление?
— Это факт, — сухо отрезал черт.
— А я? — спросил Богдан, прищурившись.
Черт посмотрел на него, поколебался и все же кивнул.
— В тебе что-то есть. Тонкая связь, но недостаточно, чтобы выжить.
Богдан лишь хмыкнул, но промолчал.
— Значит, нас двое, — подвела я итог, чувствуя, как нервно сжимаются мои пальцы. — Идем мы с Монти.
— А как же я? — обиделась Шелли, сестра Монти, хлопнув рукой по бедру. — Вы меня бросите?
— Мы не бросаем тебя, — мягко сказала я, глядя ей в глаза. — Но это не шутки. Я не хочу ставить тебя перед выбором.
— Я с вами, — твердо ответила она.
Эрдан поник, но ничего не сказал. Он не хотел отпускать меня на очередное мероприятие, откуда я могла не вернуться. Мысленно борясь с самим собой, он с трудом произнес:
— Ладно, — пробормотал он после паузы. — Просто будьте осторожны.
— А что с силой? — резко спросил Монти, возвращая нас к важному. — Черт сказал, что мы лишимся своих способностей. Это что, ловушка?
Черт пожал плечами.
— Это условия мира. В нем остаются только ваши внутренние резервы. Все остальное — бессильно.
— Великолепно, — прошептала я, чувствуя, как по спине пробежал холодок. — Значит, нам придется полагаться только на себя.
— Вот именно, — подтвердил черт, глядя на меня. — Но помните: времени у вас будет немного. Гала не даст вам шанса на долгую игру.
Монти нахмурился, его взгляд стал сосредоточенным.
— Ладно, — сказала я, выравнивая дыхание. — Мы идем.
В этот момент в комнату вошел Яков.
— Что здесь происходит? — спросил он, оглядывая нас с явным подозрением. Его взгляд остановился на черте, и брови нахмурились. — Опять что-то затеваете, да?
— Мы готовимся к походу в другое измерение, — устало объяснила я. — И, кажется, все становится только хуже.
— Другое измерение? — переспросил он, скрещивая руки на груди. — И, конечно же, вы решили обойтись без меня, так?
— Это не так просто, Яков, — вмешался Монти. Его голос звучал спокойно, но твердо. — Это место уничтожает всех, кто не связан с тьмой.
Яков замер, его брови поднялись до предела.
— Кто участвует? — спросил он, опустив руки.
— Мы с Монти и Шелли, — ответила я.
— А я? — хрипло спросил он, пристально глядя мне в глаза.
— Вы сильнее всех связаны с тьмой, Яков, — ответил черт, прежде чем я успела что-то сказать. — Если вы войдете в этот мир, продержитесь дольше этих... хлюпиков.
Яков улыбнулся, подтверждая сказанное, а вот Эрдан сжал кулаки, глядя куда-то в сторону.
— Черт бы побрал этот ваш мир, — выдохнул он.
— Меня зовут не черт, а Черныш, и хватит меня звать так, — насупился черт, сложив руки на груди.
— Да я выругался… так сказать, выражение есть такое, — попытался оправдаться Эрдан. — Ну как бы «будь он неладен» или «пропади он пропадом», — а затем посмотрел на меня. — Просто... вернитесь.
— Обещаю, — сказала я, стараясь придать своему голосу уверенность, которой на самом деле не чувствовала.
— Обещания не спасут, если вы погибнете, — мрачно добавил Богдан, но к нам уже подошла Шелли.
— Если все решено, чего мы ждем? — громко спросила она, приподняв бровь. — Пора действовать.
— Другого выбора вроде нет, — сказала я, глядя на Монти, который коротко кивнул. Слова больше не имели значения.
Черныш сделал шаг вперед и протянул руку. В его ладони появилась черная сфера, мерцающая тусклым светом.
— Вот ваш путь, — произнес он. Его голос звучал как предостережение. — Помните: дороги назад может не быть.
— Мы знаем, — ответила я, принимая сферу. Ее поверхность оказалась холодной, как лед.
Тишина повисла в воздухе. Все смотрели на меня, но в их глазах были тревога и скрытая решимость. Я закрыла глаза, пытаясь отыскать в себе остатки смелости. Сжав сферу крепче, я произнесла:
  
— Время пришло.
Мы встали в круг, держась за руки. Я вытащила из кармана куб и осторожно соединила его со сферой. Сфера моментально начала меняться: ее поверхность стала вязкой, как густая слизь, и она словно растеклась, полностью исчезнув внутри куба.
В следующее мгновение куб выскользнул из моих рук и завис в воздухе, точно в центре нашего круга. Из него полился яркий зеленый свет, осветивший наши лица.