Око василиска (СИ)

Вот только стояла полная тишина и никого не было.
Теневик указал на лестницу, что вела на второй этаж. Там, в просторном кабинете с высокими окнами, меня и ждал Баталов, глава столичного отдела тайной канцелярии.
Обстановка здесь была скудной. Один единственный длинный стол и несколько разномастных стульев, словно принесенных из разных помещений. Стены, украшенные молдингами и лепниной, пустовали — остались лишь темные пятна от некогда висевших картин.
Зато вид из окна открывался шикарный — на реку и Елагин остров. Отсюда даже был виден белоснежный фасад дворца, летней императорской резиденции.
Мужчина как раз любовался видом и повернулся, когда Казаринов кашлянул, привлекая его внимание. Разноцветные глаза моментально затянули в свой гипнотический омут. Баталов просканировал меня ментальной магией небрежно, скорее по многолетней привычке, чем осознанно.
Силен. Не зря смог навести такой порядок, что заядлые преступники боятся связываться.
Но я был преступником начинающим, так что мне было нечего опасаться.
— Доброго дня, ваше сиятельство. Благодарю, что приняли моё приглашение и смогли встретиться со мной так быстро. Присаживайтесь, — улыбнулся он и указал на стул, стоящий ближе к столу.
— А вам доброго дня, Роман Степанович, — я сел и невольно поежился, из распахнутого окна тянуло прохладным речным воздухом.
— Закрыть? — вежливо спросил Баталов, указав на окно.
— Нет, спасибо, я в порядке.
Мужчина с сомнением взглянул на мой свитер, но настаивать не стал. Сел за стол и наклонился вперед, опершись на столешницу. Постучал пальцами по столу и, собравшись с мыслями, произнес:
— Дело в том, Александр Лукич, что мы столкнулись с некоторой… с затруднением. От одного из подопечных, скажем так, к нам попал необычный предмет. Я подозреваю, что это неактивированный артефакт. На подобие того, что у был у барона Пархомова.
— И вы хотите, чтобы я его проверил?
— Именно так.
— Боюсь вас разочаровать, но спящие артефакты не отличить от обычной вещи, — объяснил я, качая головой. — Только в момент активации. Ну, возможно за миг до этого момента, по косвенным признакам.
— Совсем никак не определить? Может, в лаборатории? — не терял надежды Баталов.
Вот уж что я не стану тащить к себе домой, так это потенциальный темный артефакт. Скорее всего внешняя защита выдержит, но лабораторию снова придется ремонтировать.
— Такие артефакты настраиваются на определенное действие, Роман Степанович. Так, чтобы оно не получилось случайно. В случае с бароном я заметил необычный жест и отреагировал на него. Но это зависит от предмета, его действия, да даже охвата этого действия… Слишком много неизвестных составляющих.
— Ясно, — помрачнел мужчина. — Но посмотреть же вы можете? Вдруг всё же заметите что-то.
— Конечно, — согласился я. — Постараюсь помочь.
Баталов кивнул и за моей спиной раздались шаги — теневик вышел из комнаты.
— Хочу отдельно отметить, чтобы вы не волновались, — в ожидании возвращения парня, сказал мужчина. — Я не стану злоупотреблять вашей помощью, Александр Лукич. Ситуация действительно нестандартная, поэтому я и попросил вас приехать.
— Я не волнуюсь, — немного прохладно ответил я, его любезность мне не очень понравилась.
Да и не верил я тому, что он говорит. Надо будет — станет не просто злоупотреблять, а вынуждать. Работа у него такая, и я это прекрасно понимал. Поэтому, как бы мне не хотелось, лучше для таких людей оказаться бесполезным.
Как универсал, я мог вычислить подобный артефакт. Осторожно прощупать его каждой из сил и примерно понять, как он работает. Если на это будет время.
Вот только Баталову об этом знать не стоило.
Потому что, в данный момент, это вряд ли бы стало началом сотрудничества. Как не крути, а у главы такого учреждения наверняка припрятано немало неприятных сюрпризов. Справлюсь ли я с ними сейчас — хороший вопрос. Да и потом уезжать из города, который я по праву считал своим домом, мне совсем не хотелось.
Смена тона Роману Степановичу не понравилась, но он сдержался. Лишь на мгновение сжал кулаки и тут же расслабил.
 
Меня его напускное спокойствие и исходящая угроза не трогали. Как бы ни был хорош Баталов, но вот до князя Ромодановского, что при царе такую же работу выполнял, разноглазый не дотягивал. Ромодановский в своей паранойе и самого Петра мог подозревать, в заговоре против себя же. Ни перед чем не останавливался в стремлении добиться истины. Я и сам пару раз попадал в застенки, так что все методы на себе испытал.
Поэтому волновать меня могло только одно — то, что мне мешают спокойно работать.
Казаринов вернулся быстро и бережно положил на стол передо мной украшение. Тонкая золотая цепочка и небольшой кулон в виде цветка розы с шипами по периметру. На розе были мельчайшие вкрапления темно-красного камня, скорее всего рубина.
Изящная вещица и однозначно женская.
Пусть в том не было необходимости, но я взял украшение в руки. И пригляделся к плетению сил, прощупывая их одну за другой.
В конце концов, смерти ни Баталову, ни уж тем более Казаринову, я не желал. Если вещь по-настоящему опасная, придумаю как их предупредить. Сломаю «случайно», в конце концов. Но сначала нужно проверить.
Хорошая работа, пусть и простая.
Улыбку я едва удержал, сохраняя спокойное выражение лица. Вещица создавала иллюзию. При помощи ментала получала из головы хозяина некоторые потаенные желания и воплощала их в виде морока. Скажем так, самые неприличные желания…
Много ментальной магии для такого не требовалось, ведь считывалось исключительно одно — вожделение. А вот магии иллюзии было весомо больше, создаваемый артефактом образ был очень реалистичным. Забавная вещь.
Я нахмурился, заметив нечто, чему тут было не место — магию смерти. Причем явно добавленную гораздо позже. При каждом использовании кулон забирал совсем чуть-чуть из отведенного времени.
Ну и мерзость.
Я выдернул нить темной магии и нейтрализовал её магией жизни. Вот так уже лучше. Расплачиваться за безобидные фантазии своей жизнью — это слишком.
— Что-то не так? — Баталов заинтересованно подался вперед, заметив как я напрягся.
— Не ощущаю ничего плохого, — я подобрал неоднозначную формулировку, чтобы менталист не зацепился за мои слова. — Утверждать не могу, но считаю что эта вещь безопасна.
Баталов явно почувствовал, что я что-то делал с артефактом. И уставился своими странными глазами, буквально выворачивая наизнанку мой разум. Это было грубо и я чуть не ударил в ответ темной силой.
Вовремя одумался, дом был напичкан сигнальными артефактами.
Так что я просто представил, как от души разбиваю ему рожу. Всю злость за вторжение в мою голову в это вложил. Вот вам мои намерения, ваше превосходительство.
Роман Степанович покраснел от гнева и вдруг расхохотался. По-настоящему так, до слез. Утер глаза и посмотрел на моё каменное лицо.
— Ну, Александр Лукич, удивили. Вот так, по-кабацки, прямо по морде… Чего я только в чужих головах не повидал, убить хотели не раз, признаюсь. Да так, что кровь в жилах стыла. Но отмутузить, уж простите…
— Это официальные извинения? — не поддержал я его веселого настроения.
Его поступок вызвал во мне такую волну ярости, что успокоить её было нелегко. Я был готов вызвать его на дуэль, настолько он меня разозлил. Служба службой, но такая бесцеремонность непростительна.
— Ваше сиятельство, — Баталов всё понял и по одному моему голосу, и посерьезнел. — Приношу свои извинения за своевольное вторжение в ваш разум. Я не имел на это никакого права. Оправдываться не стану, как и обещать что такого не повторится. Понимаю ваши чувства, вы вправе подать официальную жалобу либо другим способом ответить на оскорбление. Я готов.
Смотрел я на него, наконец-то правдивого и прямого, и думал. Убью на дуэли или сместят его с должности — кто за порядок в городе будет отвечать? Обернулся на Казаринова. Парень побледнел и, кажется, едва дышал, наблюдая за нами. Этот точно пока не готов…