Око василиска (СИ)

— Прямо, ну хорошо. Статуя мне одна нужна, из усыпальницы Смоленского кладбища.
Новгородский так застыл, что и сам стал похож на статую. Затем медленно моргнул и посмотрел на меня странно — с испугом и интересом. Но я так и стоял с серьезным выражением лица, так что мастер воров вздохнул:
— То есть вы не шутите. Я… даже не знаю, что сказать-то. Ну, нужно изучить, что там за защита и как её обойти. Ну или сторожа подкупить.
— Подкупить его можно, — кивнул я. — Но жандармов всё равно вызовет.
— Я подумаю, — Потап почесал затылок. — Пришлю вам весточку.
В конце улицы появилась машина, приблизилась и начала притормаживать. Новгородский прищурился на тонированные стекла, быстро попрощался и похромал в другую сторону.
Пассажирская дверь открылась и оттуда появился Казаринов. Юрист задумчиво посмотрел вслед удаляющемуся Потапу.
— А это не… — изумленно начал спрашивать парень, но я его перебил:
— Нет, показалось вам. Доброго утра, Михаил Алексеевич. Что-то случилось? Вы без звонка.
— И вам доброго. Так до вас не дозвониться, Александр Лукич, — он продолжал с подозрением смотреть на мастера воров, пока тот не свернул в арку дома.
Действительно, про мобильник я забыл, так устал вчера.
— Желаете кофе или чаю? — я уже понял, что разговор у него ко мне важный, раз уж сам приехал.
— Я бы с удовольствием, но вынужден попросить вас проехать с нами, — Казаринов указал на автомобиль.
Мне его это ненавязчивое «с нами» не понравилось. Как и неприметность машины, пыльно-черной и наглухо тонированной. К тому же от неё шел сильный магический фон. Сколько человек находится внутри, определить было невозможно.
— Есть предложение… — загадочно улыбнулся теневик.
Видимо такое, от которого невозможно отказаться. В тайной канцелярии о выходных явно не слышали.
  
Глава 13
 
— Михаил Алексеевич, а ваше предложение подождать не может? — я взглянул на автомобиль и перевел взгляд на сверток в своих руках. — У меня сегодня выходной.
— У вас что? — не понял юрист, нахмурившись.
— Знаете, бывают такие дни, когда все дела откладывают и просто отдыхают, наслаждаются жизнью…
Казаринов недобро усмехнулся и осуждающе покачал головой. Что поделать, чувство юмора Вознесенского иногда прорывалось. Но я просто не любил незапланированные встречи, особенно такие загадочные. Тем более, что я не был уверен в пользе для себя.
— Александр Лукич, мне жаль отрывать вас от отдыха, но поверьте — дело весьма срочное, — теневик убрал усмешку и заговорил серьезно. — Нужна ваша помощь.
Ну раз помощь, это меняет дело. Сложно было сразу сказать? Я махнул в сторону дома:
— Хорошо, подождите минуту. Надеюсь, это не настолько срочно, что нужно ехать непременно прямо сейчас?
— Что вы, я подожду, — парень смущенно оглядел меня. — Понимаю, вам нужно переодеться.
Из теплого и уютного свитера выбираться я совершенно не желал. Но вот от крайне незаконных предметов, что я держал в руках, избавиться было нужно. Хорош я буду, если заявлюсь в тайную канцелярию с такими уликами.
Я вернулся в дом и вышел через черный вход с другой стороны. Дверь пришлось вынести плечом, так давно ей не пользовались. Сверток я оставил в лаборатории, там было самое безопасное место.
Моя горгулья-дракон смотрела, как мне показалось, с легким укором. Я погладил острый гребень, растущий из макушки и пообещал:
— Ничего, совсем скоро, потерпи ещё немного. Будешь летать над городом, как…
Подходящего сравнения для этого странного создания у меня не нашлось, так что я ещё немного полюбовался статуей и отправился к воротам, снова через дом.
— Вы куда, ваш сиятельство? — поймал меня у дверей Прохор. — А блины?
— Скоро вернусь, — ответил я, хоть в этом как раз не был уверен, и махнул в сторону, откуда пришел: — Там дверь… В общем подлатать её нужно, Прохор. Попроси кого-нибудь из бригады мастера Емельянова.
— Сделаем, — кивнул слуга. — Ну а блинчики-то, молодой господин? Может вам с собой завернуть?
Сдерживая смех, я помотал головой. Это было бы уже чересчур.
 
Казаринов ожидал меня, облокотившись на дверь машины и задрав голову вверх, наблюдая за чайками, орущими в небе. Взгляд у теневика при этом был хищный, словно он собирался поохотиться на этот вечный символ города.
То, что я не переоделся, парень не прокомментировал. Любезно открыл дверь и жестом пригласил садиться внутрь.
Сам теневик обошел автомобиль и устроился рядом. Кроме него и водителя, больше сопровождающих не было. Машина мягко тронулась, немного дрожа на мощеной дороге.
— А у меня для вас есть новости, — нарушил молчание юрист через несколько минут поездки. — Помните графа Киселёва?
Того, кто вызвал меня на смертельную дуэль, я уже выбросил из головы, но подтверждающе кивнул.
— Так вот, как я и предполагал, граф до своего уральского имения не добрался. Сгинул без вести где-то по пути.
— Понятно, — равнодушно бросил я.
Киселёв знал, на что идет, ввязываясь в сомнительное дело. Так что жаль мне его не было. Но сама новость вызвала легкое беспокойство. Кто убрал ненужного свидетеля, если князь Шаховский к этому моменту уже скончался? Возможно, это тоже работа темного мага.
— А барон Пархомов?
— С ним работают специалисты, — уклончиво ответил теневик.
Обойти клятву на магии смерти у них не получится, значит от барона толкового ничего не добиться. С другой стороны, вряд ли он знал что-то стоящее.
— А как ваша практика, Михаил Алексеевич? — я решил перевести беседу в светское поле, не вытягивая из Казаринова тайны.
— Ох, сейчас я занят преинтереснейшим делом, ваше сиятельство! — парень преобразился в молодого юриста. — Настолько там всё запутано, это восторг!
Я улыбнулся, такой его образ мне нравился больше. Позволял забыть, насколько опасен может быть теневик. Видимость, но всё же.
— Что-то связанное с птицами? — я вспомнил того дохлого голубя и как парень сегодня внимательно следил за чайками.
— Ах, это, — отмахнулся Михаил. — То дело закрыто, хотя тоже оказалось весьма любопытным. Как-нибудь я вам о нём расскажу за чашкой кофе, если пожелаете.
— С удовольствием послушаю, — признался я.
Мы выехали с Петербургского острова на Каменный, проехали мимо парка, за которым скрывалось здание купеческой гильдии и свернули на набережную, ведущую к западной части острова.
По одну сторону проносились высокие заборы особняков, а по другую ряды припаркованных яхт и катеров. Застроен остров был относительно недавно, в основном тут селились новые дворяне или разбогатевшие старые, которые либо потеряли родовые земли, либо не настолько разбогатели, чтобы купить себе особняк поближе к центру столицы у тех, кто как раз беднел.
Я смотрел на качающиеся на воде судна и думал, что тоже неплохо было бы купить небольшой катер. Выходить в залив хорошими вечерами и ловить его солёный ветер, встречая морской закат. Отчего-то солнце, плавящееся в море, всегда было самым красивым.
Остановились мы у очередного глухого забора, почти в самом конце острова.
Водитель не сигналил, просто ждал, и спустя несколько секунд ворота начали разъезжаться в стороны. А я ощутил волну сканирующей магии, от которой мурашки пробежались по спине.
Кто бы тут ни жил, на охранную систему он мягко говоря не скупился.
Внутри оказался просторный двор и невысокий дом с двумя протяженными крыльями. Когда-то это был отличный особняк, но было заметно, что ухаживают за ним не тщательно, просто наскоро обновляют краску и подкрашивают колонны.
Во дворе стояло ещё несколько машин, близнецов той, на которой приехал я.
Мы выбрались наружу и поднялись по широким ступеням. Казаринов на этот раз пригласил меня идти первым и я распахнул дверь, заходя внутрь. На казематы это было непохоже.
Зато похоже на оперативный штаб. Зал, который находился прямо за входом, был меблирован по-простому — захламленные бумагами столы, коробки, техника и передвижные маркерные доски.