"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

Граф де Нормонд ограничился легким кивком, а вот девушка, не выдержав, предпочла уточнить:
— А может, и не только он. То пророчество на двери в его домике, Тьери сказал, что оно больше похоже на проклятие…
— В таком случае, был проклят не замок, а граф, — хранитель памяти мрачно улыбнулся и, покачав головой, пробормотал, — С ума сойти, так это был его дом! Значит, и скелет…
  
— Ребята, — Роман, утомленный ролью слушателя куда как больше, нежели ролью болтуна, легонько помахал в воздухе рукой, — Я, конечно, не хочу напрашиваться, но, быть может, мы все-таки вернемся в замок? Проклят он, или нет, мне, честно говоря, до лампочки, меня вполне устраивает, что там есть кровать, на которую можно лечь…
— А затем снова позвать Чарли, — в тон ему продолжил Винсент, не скрывая ухмылки, — Чтобы он был в шоке… — внезапная мысль заставила хранителя памяти умолкнуть и, посерьезнев, оглядеть всех раненых.
Картина его взору представала не самая радужная. Возвращение в замок было, безусловно, хорошей и даже прекрасной идеей, вот только до самого замка надо было как-то еще добраться, а передвигаться сейчас, кроме Татьяны и Эрика, самостоятельно мог, пожалуй, разве что Дэйв, да и тот откровенно хромал, не в состоянии как следует наступать на одну лапу. Влад не был в силах даже говорить, мог лишь изредка вставлять какие-то замечания, да надсадно дышал; Роман, хоть и хорохорился, и даже, казалось бы, стоял несколько более уверенно, сам не был способен пройти даже шага; Ричард же и вовсе держался на ногах лишь благодаря веточке, за которую продолжал цепляться, как утопающий за соломинку. Из средств передвижения же был лишь мотоцикл, посему Винсент, поморщившись, подумал, что придется ему взвалить на себя обязанности верховой лошади.
— Ладно, во всяком случае, мне не придется искать штаны… — пробурчал он себе под нос, отвечая собственным мыслям. Эрик с Татьяной, переглянувшись и как-то очень быстро сообразив, о чем идет речь, сами оглядели всех, нуждающихся в помощи.
Ричард, заметив обращенный к нему взгляд хранителя памяти, хмыкнул.
— Кого-нибудь другого повезешь, не бойся. Я так… сам… в состоянии дойти.
— Так вот, значит, как это бывает, когда говорят «состояние нестояния», — глубокомысленно протянул Роман, созерцая едва держащегося на ногах оборотня, — С тобой, пациент, все абсолютно понятно даже без доктора. Патологическое нежелание обременять других тяжестью своей шкуры, это, я думаю, признак…
— Повышенной болтливости, — отрезал Винсент и хотел, было, подняться на ноги, но, спохватившись, остался сидеть, хотя и не преминул выпрямиться, — На мне поедешь, болтун. И попробуй только дернуть за гриву или пришпорить — не посмотрю, что ранен, сброшу и съем! А вам двоим, — он указал поочередно на Ричарда и Владислава, — Придется как-нибудь поделить мотоцикл. Я двоих не увезу, я слишком хрупок для этого.
— Да-да! — мгновенно оживился Роман, — Он так хрупок, что даже я, легкий, как перышко, могу раздавить его! И, кстати, обязательно сделаю это, если кто-то решит покуситься на меня своими зубами, — речь свою виконт завершил очаровательной улыбкой, и хранитель памяти, предпочитая не искать слов для достойного ответа, поспешил снова обратиться львом.
Затем он поднялся, довольный, что хотя бы в звериной шкуре может позволить себе сделать это и, подойдя к совершенно счастливому интантеру, с видом всемирного одолжения улегся рядом с ним. Роман, сияя, как тульский самовар, в одно шаткое движение отстранился от дерева, и вполне аккуратно, чего от него, в общем-то, было трудно ожидать, уселся на льва.
Эрик, оглядевшись, уверенным шагом приблизился к валяющемуся на боку мотоциклу и, наклонившись, уже куда как менее уверенно поднял его, аккуратно подкатывая к Владу и пытаясь придать транспорту устойчивости.
— Сможешь сесть? — поинтересовался он. Цепеш, не произнося ни слова, кивнул и, уцепившись за своего ненаглядного железного коня, удерживаемого графом, кое-как поднялся, с некоторым трудом перекидывая ногу через транспорт и устраиваясь на сидении. Эрик обернулся на замершего в одной позе оборотня.
— Ричард!
— Да ты к нему как-нибудь подъедь, — весело подсказал Роман, покрепче сжимая львиную гриву. На спине Винсента ему сиделось довольно удобно, голова пока не кружилась и виконт пришел в самое, что ни на есть жизнерадостное расположение духа.
— Вообще, я когда-то даже учился кататься на этом коне, — задумчиво продолжил он, с интересом созерцая мотоцикл, — Правда, Влад почему-то отказывается с тех пор мне его давать, — наткнувшись на весьма красноречивый взгляд Цепеша, он удовлетворенно кивнул и, демонстративно вздохнув, опустил взгляд на льва, — Придется обходиться подручными средствами. Давай, скачи, мой верный лев, увези меня куда-нибудь в голубые дали!
Девушка ненадолго закрыла лицо рукой. Роман, приободрившийся и повеселевший, вновь начавший шутить, безусловно, очень сильно радовал своим поведением, но и в не меньшей мере утомлял и напрягал им. Шутить над болью, чужой и своей собственной, смеяться даже над смертью — таков был этот юноша, и привыкнуть к этому никак не получалось.
— Я хочу поговорить с Татьяной.
Хриплый голос Ричарда, столь неожиданно ответивший на слова не то виконта, не то графа, заставил ее, удивленно отняв руку от лица, непонимающе воззриться на оборотня.
— Наедине, — несколько тише и, вместе с тем, более упрямо прибавил тот, сверля взглядом отнюдь не девушку, а молодого графа, которого такая перспектива заметно не радовала.
Он помолчал, переваривая это желание своего друга и одновременно соперника, казалось бы, уже бывшего, но теперь словно бы стремящегося вернуть себе этот статус, затем, быстро глянув на девушку, вздохнул.
— Если мы уйдем вперед, вы не догоните нас, — негромко молвил он, — Татьяна не сможет довести тебя, быть может, будет лучше побеседовать дома?
— Нет, — Ричард нахмурился и, аккуратно отпустив ветку, осторожно развел руки в стороны, — Я в порядке, говорю же тебе. Видишь? Вполне могу… — он пошатнулся и осторожно переступил с места на место, — Справлюсь, не беспокойся. Мне действительно необходимо поговорить с ней.
Эрик заколебался. Некоторое время назад, при обстоятельствах совершенно иных, оборотень тоже рвался побеседовать с девушкой наедине, и беседа эта, наконец свершившись, привела к результатам решительно неожиданным, но нельзя сказать, чтобы неприятным. Да и, если задуматься, особенных поползновений в адрес Татьяны Ричард предпринимать не пытался, как и сама девушка ни разу не давала повода всерьез усомниться в ней.
Граф тяжело вздохнул и, бросив красноречивый взгляд на возлюбленную, кивнул, не то отвечая на слова оборотня, не то давая понять ей, что в ее верности более не сомневается. Татьяна ответила на этот кивок ласковой улыбкой, посылая любимому воздушный поцелуй. Сама в себе она тоже ни капли не сомневалась.
Блондин, аккуратно поворачивая мотоцикл с восседающим на нем Владом, кивнул Винсенту и сидящему на нем Роману, в сторону лесного массива, а точнее — в сторону тонкой тропинки, ведущей к замку.
— Идем.
Виконт, не говоря ни слова, сжал губы и, неодобрительно покосившись на весьма неустойчивого Ричарда и на замершую неподалеку от него девушку, слегка покачал головой. Доверие-то к обоим остающимся он испытывал, однако, проверять его желания не имел.
Через несколько минут, когда ветви деревьев надежно скрыли от удаляющихся молодых людей оставшихся на месте сражения, он перевел внимательный взгляд на брата.
— Ты уже настолько доверяешь Ричарду?
  
Эрик, мимолетно оглянувшись назад, легко и спокойно улыбнулся. Ответ его был простым и ясным.
— Я доверяю Татьяне.
* * *
Время текло неимоверно медленно, грозясь растянуться в дурную бесконечность. Прошла минута, вторая, началась третья.
Ричард упорно молчал, уделяя внимание исключительно сохранению себя в вертикальном положении, да изредка поглядывая на ветки, сомкнувшиеся за спинами покинувших пространство под большим деревом графа и его раненых спутников.