Сенсация! (Scoop!) (СИ)

  «Мне сказали, что ты в порядке и завтра тебя выпишут». 
  «Ты все еще спишь?» 
  «Проснись и немедленно напиши мне». 
  «Пожалуйста». 
 Спустя еще час…
 «Пришли Лестрад и Донован. Лестрад пытается скормить мне крекеры». 
  
  «Съел один. Меня тошнит». 
  «Донован ведет себя странно». 
  «Она только что попросила врачей пропустить меня к тебе». 
  «Ей отказали». 
  «Звонила твоя сестра. Откуда у нее номер Майкрофта?» 
  «Лестрад пытается заставить меня пойти домой». 
  «Я не уйду без тебя». 
 С громыхающим сердцем Джон нажал кнопку «вызов» и приложил телефон к уху. Гудок. Тишина. Гудок… тишина.
 — Да!
 — Шерлок?
 — Джон? Как ты? Это Грег. Шерлок сейчас…
 Шум на линии… Приглушенные голоса, шорох…
 — Джон?..
 — Шерлок, ты в порядке?..
 — Да. — Взволнованный голос. — Ты очнулся.
 — Да… — Джон почувствовал, как в груди разливается тепло. Дыхание перехватило. Он хотел что-то сказать, но переполнявшие его чувства не давали этого сделать.
 Тишина на линии.
 — Джон?
 — Я здесь.
 Молчание.
 — Меня не пускают к тебе.
 — Знаю, видел сообщения. Я попрошу, чтобы впустили.
 — Да. — Молчание. — Как ты себя чувствуешь?
 — Отлично. Обезболивающее помогает.
 — Хорошо. — Молчание. — Джон.
 — Да, Шерлок?
 — Нимой покончил с собой.
 — Что?..
 — Перерезал себе горло. В больнице.
 — Как?..
 Шерлок не ответил.
 — Ты в порядке?.. — Джон беспокойно нахмурился.
 — Да, — он замолчал и спустя секунду негромко и как-то по-детски прибавил: — Я хочу домой.
 — Езжай. Завтра меня выпишут.
 — Я не поеду без тебя.
 — Я приеду с утра, обещаю.
 — Нет.
 Тишина. Джон вздохнул.
 — Ладно, об этом еще поговорим, — сглотнув, пробормотал он. — Я попрошу, чтобы тебя пропустили.
 Пауза.
 — Джон, — Шерлок вздохнул. — Прости меня.
 Он не сказал, за что. Но Джон и так знал: за тот последний вынужденный обман.
 Горло вдруг сжалось, и он быстро ответил:
 — Конечно. — Он был не в силах больше ничего сказать. Слова комом застряли в горле, и его вдруг накрыла необъяснимая паника при мысли о том, чтобы положить трубку. — Увидимся через минуту?
 — Да.
 Джон сбросил звонок, и только тогда понял, что медсестра все это время находилась в палате. Она деликатно делала вид, что увлечена записями в его медкарте и ничего не слышит.
 — Извините, — Джон мельком прочитал имя на бейдже, — Эйприл… вы могли бы пропустить ко мне того человека?.. Шерлока Холмса.
 — Конечно. Только сначала я позову вашего врача, мистер Уотсон, — мягко улыбнулась медсестра. Она тактично сделала вид, что не услышала волнения в его голосе, хотя кардиомонитор пищал и так довольно красноречиво.
 — Спасибо, — Джон кивнул и взял с тумбочки пульт, чтобы хоть чем-нибудь себя занять.
 Медсестра ушла, и Джон, чтобы ненадолго отвлечься, включил телевизор и уставился на экран, висевший в дальнем правом углу комнаты.
 Тот засветился. Из сияющего квадрата самодовольно смотрело улыбчивое лицо Селены Хаст.
 —…События в кафе «У Пондов» не просто шокировали жителей Кенсингтона, но и потрясли всю лондонскую общественность. Журналист-убийца, орудовавший под прикрытием, наверняка погубил не один десяток невинных. Никто не знает, какие мотивы преследовал сумасшедший, и сколько «тупиковых» дел являются результатом его злодеяний. Об этом нам остается только гадать. Ясно лишь одно: Скотланд-Ярд, по чистой случайности поймавший преступника, в очередной раз превзошел себя и даже не сумел за ним уследить: Бернард Нимой покончил с собой сегодня в семь часов по лондонскому времени в госпитале имени Томаса Хоппера. Настоящим же героем, рискнувшим жизнью ради обычных граждан, стал капитан и доктор Джон Уотсон, не так давно вернувшийся из Афганистана. Последнюю пару недель доктор Уотсон находился под пристальным вниманием лондонской прессы, гадавшей о том, каков все-таки характер его отношений с детективом Шерлоком Холмсом, чьим сожителем он является. Слухи о том, что Уотсона и Холмса связывают не только профессиональные, но и сексуальные отношения, не переставали кружить вокруг нашего героя. Как вскоре выяснилось, Уотсон был помолвлен с некой мисс Морстан, что не только восстановило его честь, но и поставило перед общественностью вопрос о том, знал ли он вообще о чувствах, которые питает к нему его коллега-детектив. Мне удалось взять у мистера Холмса и доктора Уотсона эксклюзивное интервью, которое выйдет в новом номере «Ромфорд Рекордер» уже завтра утром, а пока мы покажем вам короткий материал, в котором детектив-социопат лично расскажет вам о своих чувствах.
 Кадр на экране сменился. Джон увидел маленькую комнатушку, похожую на каюту. Это была кабинка в «Абракадабре» — та самая, где этим утром они разговаривали с Селеной. У дверей комнатки стоял Шерлок — бледный, напряженный. Джон сел ровнее в кровати, не отводя от него взгляда. Все тело ныло, но он не обращал внимания на боль
 За кадром послышался насмешливый голос журналистки.
 — Надо сказать, я приятно поражена, мистер Холмс.
 Шерлок презрительно скривил губы и тихо спросил:
 — Чем же?
 — Тем, что доктор Уотсон терпит ваш невыносимый характер. Черт возьми, мне иногда даже кажется, будто он вас любит. Ну разве не удивительно?
 Джон готов был поклясться, что от этих слов Шерлок побледнел.
  
 — Оставьте его в покое. Если вам нужно посмешище, сделайте его из меня, — он замолчал. — Сделайте из меня. Мне нечего терять. — Последние три слова прозвучали как угроза.