Эффект Грэхема (ЛП)

Краем глаза я замечаю, что Райдер наблюдает за мной. Он подходит ближе, как будто чувствуей, что я вот-вот развалюсь на части.
Я слегка качаю головой, и он резко останавливается. Я не думаю, что Кейс замечает, но я знаю, что Уилл замечает, и я слышу его покорный вздох, прежде чем он заговаривает.
— Мы оставим вас на минутку, ребят, — говорит Уилл нам с Кейсом, когда лифт снова открывается. — Встретимся внизу.
Когда Кейс поворачивается, чтобы перекинуться парой слов с Уиллом, я чувствую, как рука Райдера слегка касается моей руки. Я жажду его объятий, но прямо сейчас не могу этого допустить. Мгновение спустя он исчезает в лифте.
И вместо этого меня обнимает Кейс.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ
ДЖИДЖИ 
День Дружбо-благодарения 
— Я собрала вас сегодня вечером, потому что у меня есть секрет, которым я хочу поделиться, — я объявляю.
— Я думала, мы собрались здесь на День дружбо-благодарения, — отвечает Диана с усмешкой. Она лежит на ярко-бордовом коврике в своей гостиной, обхватив обе ноги руками для растяжки в позе йоги.
— Ну, это еще одна причина, — поправляю я.
Мы с Майей собрались у Дианы на дружеский День благодарения за день до настоящего праздника. Это наш единственный шанс потусоваться, прежде чем мы все разъедемся по домам. Мы с Дианой обе из Массачусетса, хотя дом ее семьи находится прямо на границе с Вермонтом. Отец Майи находится на Мальте на своем посольском посту, но ее мать встречается с ней на Манхэттене на праздничные выходные.
У меня был соблазн пригласить Райдера к себе домой, но это... пугающий шаг. Кажется, еще слишком рано. Кроме того, я подозреваю, что он бы наотрез отказался. Не уверена, что стала бы его винить. Мой отец все это время только допрашивал бы его. К тому же, я даже не сказала своим родителям, что мы с Райдером вместе, и я была бы не прочь отложить этот разговор еще на некоторое время. Никто в моей жизни не знает, кроме Майи, Дианы и Уилла Ларсена. Я не говорила даже своим товарищам по команде.
Я не люблю скрываться, но идея объявить всему миру, что я встречаюсь с Люком Райдером... вызывает беспокойство. Особенно когда мои собственные чувства по этому поводу продолжают оставаться в беспорядке.
— Итак, что за секрет? — Спрашивает Майя, отрывая взгляд от телефона. Последние десять минут она просматривала сделанную ею фотографию нашего идеально накрытого стола в обеденном уголке Дианы, готовясь опубликовать ее в социальных сетях.
— Думаю, что я эксгибиционистка.
Диана встает со своей растяжки и поджимает губы.
— Я тебе не верю.
Майя кивает.
— Согласна.
Я свирепо смотрю на них.
— Вы даже не выслышали, почему я так думаю!
— Прекрасно. Мы будем судить, — говорит Майя. — Представьте ваши доказательства, адвокат.
Я поднимаю ноги и сажусь, скрестив их, на диван с цветочным рисунком, который выглядит так, словно ему самое место в викторианской гостиной. Квартира, которую Диана унаследовала от своей покойной тети Дженнифер, была обставлена всей мебелью ее тети. Стиль декора Дженнифер — это то, что я люблю называть шиком из благотворительного магазина. Это совсем не похоже на квартиру студентки колледжа. В нем есть причудливая атмосфера старой леди-кошатницы, и все же Диана в своих шортах и укороченном топе Брайар Чир странно вписывается в него.
От аромата, доносящегося с кухни, у меня урчит в животе. Вместо того чтобы готовить индейку всего на трех человек, мы выбрали курицу-гриль, которая запекается в духовке. Я ничего не ела с момента утренней раскатки, и умираю с голоду.
Я использую свое самое профессиональное выражение лица и начинаю со вступительного слова.
— Доказательство А: я занималась оральным сексом в библиотеке еще в октябре. Ну, в учебной комнате.
Майя приподнимает бровь.
— Дверь открыта или закрыта?
— Закрыта. — Я ухмыляюсь ей. — Но, как я уже потом тебе рассказывала, за дверью был его друг Шейн. Практически участвовал.
 
Брови Дианы взлетают вверх.
— Что? Я не слышала эту часть. Объясни его участие.
— Ну, он нас прикрывал. Но он все слышал и в какой-то момент сказал мне кончить.
— Ладно, это горячо, — смягчается впечатленная Диана. — Ну, за исключением того факта, что это был Шейн Линдли.
— Что не так с Шейном? — Я протестую, усмехаясь ее мрачному выражению лица. — Он горячий.
— Мне все равно. Он официально в моем дерьмовом списке. Чувак уже переспал с тремя моими товарищами по команде в этом году, и это не предел. Последняя, Одри, так сильно влюбилась в него, что, когда он ее бросил, она была так расстроена и начала падать буквально во время тренировки. Чуть не сломала свою чертову лодыжку. — Диана взмахивает своим платиновым хвостиком. — Скажи этому парню, чтобы он оставил команду поддержки в покое. Мы пытаемся выиграть национальные.
Я хихикаю.
— Я передам.
— Какие у тебя еще доказательства? — Спрашивает Майя, нетерпеливо жестикулируя.
— Доказательство Б: секс в сауне. Туда мог войти кто угодно, — торопливо продолжаю я, когда они обе, похоже, готовы возразить.
Диана пожимает плечами.
— Все занимаются сексом в сауне. Там ты не ходишь по краю. Но библиотека — вполне приемлемый довод. Я принимаю ее в качестве доказательств.
— У меня никогда не было секса в сауне, — говорит Майя.
— Ты многое упускаешь, — говорю я ей. — Хорошо. Доказательство В: он трахнул меня пальцами в опере. — Я бросаю на них самодовольный взгляд. — Это было на сто процентов публично. Прямо в ложе.
— О, он был в ложе, ладно, — растягивает слова Майя.
Диана воет.
— Мило.
— А теперь, вчера, доказательство Г: я отсосала ему в машине за Малоуном, — говорю я, называя спортивный бар в городе.
Теперь, когда Иствуд и Брайар открыто общаются, они постоянно куда-нибудь ходят, и Малоун — их любимое место сбора. Уитни, Ками и я встретились с ними там вчера, чтобы немного выпить, где Камила наконец осуществила свою мечту и ушла домой с Беккетом Данном.
— Хорошо. На самом деле я очень впечатлена всем этим, — откровенно говорит Майя. — Это на тебя не похоже.
— Очень, — соглашается Диана.
— В том-то и дело, я не думаю, что это правда. Я думаю, это очень похоже на меня. Я просто не осознавала этого.
Майя ухмыляется.
— Значит, капитан вражеской команды Иствуда заставил тебя понять, что тебе нравится публичный секс.
— Я думаю, да, возможно, так оно и было.
Как будто моя сексуальная жизнь — это видеоигра, а потом появляется Райдер и открывает новый уровень, помогая мне открыть для себя совершенно новую изюминку.
На самом деле, он помог мне многое узнать о себе. Например, моя склонность отказываться озвучивать свои мрачные мысли или жаловаться на свои проблемы из-за страха быть осужденной или сказать, что я не имею права жаловаться, потому что моя жизнь слишком хороша. Благодаря ему я заставляю себя глубже разобраться в том, почему я чувствую то, что чувствую, и почему я делаю то, что я делаю. Как тот факт, что я хочу чего-то, чего нет у моего отца. Медаль. Я всегда верила, что признание подобных вещей делает тебя слабым или, что еще хуже, жестоким.
Но я испытываю странное чувство легкости с тех пор, как проговорила все это.
Может быть, мне действительно было нужно найти подходящего человека, которому я могла бы это высказать.
— Кейсу было бы так неудобно из-за всех этих публичных выходок, — признаю я. — Он такой бойскаут. Иногда он не возражал против секса в машине, но я не могу представить, чтобы он заставил меня кончить в опере. Мне было бы странно даже просить его об этом.
— Но ты совершенно спокойно просишь Люка Райдера.
— Я бы попросила его о чем угодно. Я никогда, ни в малейшей степени, не беспокоюсь, что он осудит меня. Он никогда этого не делает. Он принимает меня такой, какая я есть.