Варяжское море. Часть II. Ярл (СИ)
Мои слова прервал раздавшийся с берега резкий, неприятный звук набата — дозорные эстов наконец заметили нас, ударили в железные била, поднимая людей. Ну, ничего, пока добегут до кораблей…
Чудесами фортификации поселение пиратов не поражает — оно укреплено обычным частоколом с двумя воротами (по крайней мере, я именно столько и разглядел в еще не полностью рассеющихся сумерках). На воротах есть стрелковые галереи, а вдоль тына высятся несколько вышек — именно вышек, ибо башнями эти сооружения назвать весьма сложно. Как кажется, частокол не укреплен поверху тесанным «замком», не имеет боевой площадки, а пристань в небольшой полузакрытой бухте и вовсе ничем не защищена. Вот в Ладоге, например, помимо малого размерами каменного детинца, город защищает двойная деревянная стена (пространство между рядами частокола засыпано камнями и землей). А кроме того, есть еще и тын, спускающийся к гавани. И он даже заходит в воду по специально насыпанным узким земляным перешейкам, огораживая ее внутреннюю часть… Здесь такого нет и в помине. А с другой стороны, само наличие укрепления в пиратском поселении, где как я понимаю, нет централизованной власти в лице единоличного правителя-князя, уже говорит о многом. По крайней мере, с наскока, спящими «восточных викингов» не взять — в прямом же противостоянии они полагаются на собственную удаль и ярость. И все же без корабликов-то им будет ой как непросто…
У деревянных причалов я насчитал двенадцать боевых ладей/драккаров — то есть у эстов примерно шесть сотен воинов, столько же, сколько и у меня. А еще у пристани гнездится куча лодок, малых и больших, некоторые из которых по внешнему виду тянут на малые ладьи. Хм, а это интересно…
— Повторяю: бьем только по ладьям. По моей команде…
Видно, натренированный прошлым погружением глазомер не покинул меня и здесь — и когда до судов викингов осталось чуть более сотни метров, я резко выкрикнул:
— Суши весла, якорь за борт!
— Иэ-э-э-х!!!
Дружный выдох воинов, поднявших весла, вторит моему крику, а в воду между тем, с шумным всплеском и волной брызг, долетевших даже до моих ног, упал якорь. Дромон прошел по инерции еще пару десятков метров, после чего окончательно замер — как замерли справа и слева его братья-близнецы.
— Бей!!!
Отрывистому крику вторит резкий звук спускаемого троса-тетивы — и в воздух, прочертив за собой легкий дымный след, устремился первый горшок с зажигательной смесью! Пролетев положенные сотню метров, он врезался в сходни метрах в десяти правее выбранной цели… Я недовольно скривился, наблюдая за тем, как открываются запертые ворота острога и как наружу выбегают первые викинги-эсты. Увы, не могли мы подойти к берегу Эйсюсла под покровом ночи — это не спокойная река у Дубен, и сесть на песчаную мель не самое худшее, что могло бы здесь случиться. А в яснеющих с каждой секундой сумерках нас было трудно не заметить! И сейчас весь вопрос в том, успеют ли наши артиллеристы поджечь ВСЕ ладьи, до того, как они отчалят от пристаней, или придется принять морской бой, защищаясь от абордажа?!
Все же я сдержался и промолчал — современные артиллеристы ведь также вынуждены пристреливаться. «Недолет, перелет… вилка». Вот только время, время… Но уже скрепит ворот баллисты, натягивающий трос, гудят мощные плечи огромного арбалета, а Первак, сцепив зубы, наводит «порок» на цель, взяв нужную поправку…
Второй раз зажигательный снаряд взлетел в воздух по готовности расчета — и несмотря на ожидание, момент выстрела стал для меня неожиданностью. А между тем, сейчас глиняный горшок разлетелся вдребезги прямо за бортом драккара, расплескав разом воспламенившуюся смесь между гребных скамей!
— Молодцы!!!
— Да-а-а-а-а-а!!!
Моей эмоциональной похвале вторит оглушительный крик команды, шумно приветствующий первый успех артиллеристов. До того варяги напряженно молчали — вои приучены мной, что шумные оскорбления, советы и понукания лишь мешают работе расчета. И что я этими проволочками крайне недоволен…
Посмотрев вправо, я радостно улыбнулся: баллиста «Змея» также подожгла свою цель! А вот ребята на «Медведе» смазали уже во второй раз… Ладно, ничего страшного — с третьего уж точно попадут. А мне свой расчет потребно ускорить!
— Первак, викинги уже полпути пробежали до ладей! Скоро отчаливать будут, так что быстрее бей по второй!
Напряженный первый номер ничего не ответил, уже и без моих команд начав наводить баллисту на вторую ладью. Молодец, парень, не зря я его поставил первым номером…
Впрочем, третий выстрел получился все же смазанным — зажигательный снаряд разбился на причале у самого борта корабля, так и не зацепив его. Зато доводить «порок» пришлось совсем недолго, и следующий же горшок смачно впечатался в набойный борт судна…
Вот только сами эсты уже добежали до уцелевших драккаров. Причем те, чьи ладьи горят, со всех ног бросились к многочисленным лодкам — и кажется, их здесь даже побольше будет, чем шесть сотен!
— Поднимай якорь! Весла в воду!
На приколе у пристани горят уже пять пиратских лоханок, оставшиеся постепенно отходят от причалов. Выбрав цель, я отрывисто приказал кормчему:
— Ратиша, веди «Рюрика» к ближней ладье слева, постарайся ударить носом в ее борт! Первак, ты же цель в драккар, что отчаливает справа! Будивой, твоим лучникам выбивать лодки, как только они с нами сблизятся! Остальные — налегайте на весла, «Рюрику» нужен разгон!!!
— Гойда!!!
— И-и-и-и-эх!!!
Храбр и Горыня на равных с остальными дружинниками гребут веслами, голосом задавая ритм. И дромон бодро тронулся с места, ускоряясь с каждой секундой, следуя наперерез едва ли в вдвое меньшей ладье… А затем я первым затянул ритмичную песнь, что когда-то пел наш славный вождь Ратибор:
Паруса наполняем ветром,
Бьем веслом о волну!
Доблесть — путь стать бессмертным!
Наша ладья не пойдет ко дну!
На ветру развевается знамя,
В щепки рубим любые щиты!
Раз! Ударим мы в грудь мечами!
Два! Замертво падают наши враги!
Здесь и далее используются стихи Сергея Воронина.
…Первак снаряд за снарядом — два подряд — высаживает в молоко, промахнувшись оба раза. Стиснув зубы, я молчу — первый номер вынужден бить в движение, по движущейся же цели. И все бы ничего, если бы ладья пошла к нам — но нет, это судно викингов двинулось в сторону Олиного «Змея». А к нему и так уже направилось два драккара! Я не сомневаюсь в гвардейцах Хельги, как и в ее собственном ратном искусстве — перед глазами порой нет да нет, а встает сцена, когда пущенное ей копье насквозь пробило тело Торира! И все же страх за любимую женщину заставляет нервничать и заглушает голос разума. Потому прождав еще немного, пока Первак тщательно целился, высунув от усердия язык, я все же сделал резкий шаг к наводчику, на эмоциях желая занять его место. Но именно в этот миг он выстрелил в третий раз! Горшок просвистел в воздухе — и врезался в борт ладьи практически у ватерлинии! В смысле, у самой воды. Часть смеси благополучно плюхнулась в воду, но языки пламени попавшей на дерево «зажигалки» весело побежали вверх по набойным доскам.
— Есть!
Все мое внимание было приковано к третьей ладье, следующей к дромону Оли — и потому отвернувшись от нее только тогда, когда судно уже начало гореть, я заметил, что мы приблизились к драккару, коий я и наметил для тарана. Приблизились на бросок сулицы…
— Щиты!!!
Резко сдернув свой собственный из-за спины, где он покоился на кожаном, перекинутым через плечо ремне, я стремительно шагнул вперед, закрывая Первака, повернутого затылком к врагу. Вовремя! Дротики уже взлетели в воздух с эстонской ладьи, и описав короткую дугу, рухнули на нас сверху.