Чужой престол (СИ)

Конечно, она не была столь же обожжённой, чёрной, как у него, — скорее, серая, с тонкими тёмными краями. Тусклая, унылая лифа. Никакого света, лишь серость, намекающая на стремительное угасание.
— Если продолжишь в том же духе, будешь такой же чёрной, как я, — произнёс Морган глухо. Невольно посмотрел на приоткрытые влажные губы девушки чуть ниже собственной ладони и вздохнул — манили они невероятно. Но не до такой степени, чтобы голову потерять. — Ты уже почти стала чёрным шаманом, видишь? Осталось совсем немного — и твою лифу можно будет отчистить только путём огромного труда и добровольной жертвы. Я-то безнадёжен, а вот ты ещё можешь себя спасти. Но для этого прекрати унывать и жалеть себя. Ничего страшного не произошло, ты не убила канцлера. А король… Посмотри на ситуацию с ним с другой стороны. Неужели было бы лучше, если бы ты уже успела родить ему ребёнка? Сейчас ты, по крайней мере, свободна. Раны затянутся, боль уляжется, и ты продолжишь жить. Ты забудешь Огдена, я уверен. Он изначально был не для тебя.
Морган снял ладонь с глаз Каролины, а затем, сам не понимая зачем, коснулся кончиками пальцев губ девушки. Тут же пожалел об этом, потому что она сразу распахнула глаза, испуганно всхлипнула и попыталась отстраниться.
Он легко её отпустил и сделал шаг назад, разводя пустыми руками, чтобы показать, что больше ничего не станет делать.
— А кто — для меня? — выдохнула Каролина, зачем-то положив ладонь на шею, будто её что-то душило.
— Понятия не имею, — покачал головой Рид. — Но ты обязательно найдёшь такого человека. После того как перестанешь плакать от жалости к себе.
На этот раз Каролина не стала огрызаться, и Морган, быстро попрощавшись, через потайной ход покинул её комнату.
Анастасия
Во второй половине дня Огден словно решил отыграться на принцессе за её послеобеденный сон и ни в какую не желал уходить. Чего только Анастасия ни перепробовала, пытаясь заставить короля убраться восвояси! И в сад ходила работать — Огден составил ей компанию и тоже пытался рыхлить землю; и посиделки с фрейлинами устраивала, заставив Нинель громко читать вслух сопливый любовный роман, от которого у Анастасии свело зубы, будто она переела карамелек. Потом попросила показать ей дворцовую кухню, предположив, что тут уж Огден точно сдастся — какой мужчина захочет добровольно идти в царство кастрюль и сковородок? Но он и тут её удивил: спустился вместе с ней вниз и сопровождал во время этого импровизированного похода, подставив локоть и развлекая разговорами о разном. Почти идеальный жених! У Анастасии от этой идеальности к концу дня даже голова разболелась.
А вот канцлер упорно отсутствовал. И принцесса понимала, чем он занимается — тем более что Каролины тоже вечером не было рядом. Официальная версия была о недомогании, постигнувшем главную фрейлину её высочества, но на самом деле о плохом самочувствии речь не шла — просто девушка играла роль наживки для крупной рыбы. И Анастасия, несмотря на не самые хорошие поступки Каролины в последнее время, ей всё же сочувствовала. Особенно когда смотрела на Огдена, который вёл себя отнюдь не как мужчина, у которого любимая женщина попала в неоднозначную ситуацию. Запуталась, запаниковала, совершила плохой поступок… Нет, Огден был абсолютно спокоен. Будто и не желал пару месяцев назад жениться на Каролине.
— Вы всегда были непостоянным человеком? — поинтересовалась Анастасия после ужина, когда Огден под руку вёл принцессу к её комнате. Устав от его присутствия, она решила уединиться сразу после трапезы. Слишком много Огдена на сегодняшний день, слишком! — Или на вас так повлияла коронация?
— Вы о чём, Анастасия? — ровным тоном поинтересовался Огден, а затем усмехнулся. — А-а, я догадываюсь. Вас разочаровала моя реакция на предательство Каролины?
— Я бы не назвала подобное предательством.
— А чем же ещё можно назвать такое поведение? Я просил её ничего не предпринимать, а она попыталась повлиять на ситуацию за моей спиной.
 
— Предательством это было бы, если бы Каролина желала кому-нибудь зла, — возразила Анастасия, покачав головой. — Но она ничего плохого не хотела.
— Вы удивительная девушка, — вздохнул Огден и погладил принцессу по руке, что лежала на сгибе его локтя. — Другая на вашем месте радовалась бы, что избавилась от соперницы, а вы…
— Каролина никогда не была моей соперницей. — Анастасия даже рассмеялась от нелепости предположения. — Я не воспринимала её так. Как минимум по одной простой причине — соперничество предполагает равный статус. И дело не только в том, что я принцесса, а она нет. Я, в отличие от Каролины, никогда не претендовала на место в вашем сердце.
— А я бы хотел, чтобы претендовали, — горячо произнёс Огден, и Анастасия порадовалась, что они в этот момент шли по коридору и сзади шагала охрана. Не будь всё так, король наверняка попытался бы сблизиться сильнее. Да, вряд ли он стал бы настаивать, но сам факт! — Что мне следует сделать, чтобы понравиться вам, Анастасия? Я исполню любое ваше желание.
Принцессу будто бы что-то толкнуло в спину.
— Любое? — уточнила она и едва удержалась от торжествующей улыбки.
— Конечно. Всё, что захотите, — подтвердил Огден.
— Отпустите Роланда? — спросила Анастасия, искоса взглянув на короля. Он тут же закаменел лицом и недовольно поджал губы. — Дадите ему свободу? Пусть уезжает на все четыре стороны.
— Отпущу, — процедил Огден через пару мгновений молчания. — Но только после нашей с вами свадьбы, принцесса. Отгуляет положенные три дня — и пусть катится, куда хочет.
Да… рано она радовалась.
  
Глава девятнадцатая
 
Роланд 
Он не хотел идти вечером к принцессе. Точнее, хотел, если говорить о чувствах, но разум отчаянно кричал и недовольно шипел, призывая одуматься и не делать глупостей. И канцлер, конечно, послушался бы его, но…
Анастасия ведь уже однажды пришла к нему по потайному ходу. Что мешает ей сделать это ещё раз? Можно постараться запечатать проход, но наверняка у принцессы получится вскрыть подобное заклинание. А если не получится, то она обидится. Зачем обижать Анастасию?
Лучше сходить к ней и нормально поговорить ещё раз. А не как утром, когда принцесса была словно пьяная и почти ничего не слышала… вернее, не хотела слышать.
Роланд понимал, что использует миллион отговорок и причин, лишь бы не отказывать себе в возможности ещё раз увидеть Анастасию. Разумеется, если бы он не хотел — нашёл бы способ отказаться. Скольким женщинам отказывал, а принцессе не получается? Ерунда. Придумал бы что-нибудь, чтобы и не обидеть, и не приходить. Всегда можно отговориться делами, благо их достаточно, а потом, постепенно, Огден по-настоящему включится в процесс ухаживания и со временем очарует Анастасию. Тогда проблема исчезнет сама собой.
Ну а пока канцлер шёл по коридору по направлению к комнате принцессы. Постоял под люком, прислушиваясь к происходящему наверху — немного, но было слышно, что Анастасия находится в гостиной в компании Моргана и Риана, которые, по-видимому, совершали традиционный ежевечерний ритуал и проверяли принцессу на воздействие, — а затем откинул дверцу и выбрался наружу, в спальню её высочества. Закрыл люк, сел на пол и принялся ждать.
— Не очень понимаю, — говорила Анастасия в соседней комнате. — Что за странная такая любовь была у Огдена. То он демонстративно показывал мне, что я ему не нужна, Каролину всячески выделял, даже фрейлин ей приставил, напротив себя поселил. А теперь и слышать ничего о ней не хочет. Я бы заподозрила влияние, но вы, Морган, сказали ведь, что оно было незначительным и ничего толком не изменило бы. Или?..
— Я сказал правду, принцесса, — раздался спокойный голос Рида. — Если бы Каролина серьёзно воздействовала на его величество, я сообщил бы ему об этом. Но нет. Помните, я сравнивал её влияние с макияжем на лице женщины? Он слегка преображает, но не делает черты иными.