Прекрасное табу (СИ)
Видно было, что мужик уже выходит из себя. Голос его срывался на истеричные возгласы. Бес же был спокоен как удав. Чувствовал, что сила на его стороне.
— А чё ты так паникуешь? Думал без тебя не справлюсь? А? — издевательски спросил он.
Соколовский оторопел немного, поубавил обороты. Задёргался.
— Чего ты занервничал так? Зачем девочку схватил? Они отдали то, что нам нужно. Отпусти их, — спокойно продолжал Бес.
— Отдай диск, — Соколовский опрометчиво направил на Беса пистолет.
— Ты ствол бы убрал, крыса, — сквозь зубы прошипел мужчина. — На кого ручонки свои поганые поднимаешь?
— Что?
— Что слышал. Ствол убрал. И своих ребят успокой.
Но все продолжали держать друг друга на прицеле. Никто даже не думал отступать. Повисла тишина, нарушаемая только холостой работой двигателей и звуками моросящего дождя, больше похожего на туман. Напряжение наросло до предела у всех… кроме Беса… Непробиваемый тип с железными нервами…
Мои мышцы уже ныли от бездействия, но бандиты держали меня крепко. Не мог смотреть как эти упыри удерживают мою девочку, которая замерла, только когда появился Бес. До этого боролась. Храбрая моя…
— Ловко ты всех нае**ть решил, — не выдержал Бес. — Думал, тебе это с рук сойдёт?
Соколовский изменился в лице, побледнел. Рука с оружием дрогнула, но он тут же сжал пистолет сильнее, снимая его с предохранителя.
— А это ты зря, — с железным спокойствием произнёс Бес.
Парень, стоящий за Соколовским, ткнул ему в спину дулом пистолета.
— Костя… — удивлённо выдохнула Соня.
— Ах ты ж сука. Крыса грёбанная, — сквозь зубы процедил Соколовский на парня. — А я тебе доверял…
— Думаю ты знаешь, что теперь тебя ждёт, — перебил его Бес. — Ствол бросай, если жить хочешь, — отчеканил.
Соколовский окинул нас с Соней гневным взглядом. Упёрся глазами в Беса и, подумав несколько секунд, нехотя, отбросил ствол в сторону.
— Ребят отпусти, — снова прикуривая сигарету, пробасил его соперник и наш спаситель.
Не мог поверить, что вот так нас отпустят… свидетелей… Под ложечкой засосало неприятное предчувствие. Этот Бес вроде и создавал впечатление человека слова, но я знал, что в криминальном мире тщательно подчищают концы. Тревога всё сильнее разрасталась внутри меня. Ритм сердца отдавался эхом в висках…
— Стволы на землю! — выкрикнул подручный Беса, угрожающе ткнув УЗИ в сторону Соколовского. Тот подтверждающее кивнул своим парням.
Они кинули оружие на землю. Нас с Соней отпустили, и мы сделали шаги навстречу друг другу. Дальше всё было молниеносно, как в экшен сцене кино… Рывок… Костя обезоружен… вспышка… оглушающий выстрел… схватил Соню в охапку… удар… боль… блядь… словно кувалдой херанули… накрыл её собой, завалившись с ней на холодную землю…
От боли и шока в голове гул… в глазах потемнело… тело тормозит… словно онемело… Выстрелов больше нет. Только сквозь туманное сознание слышу приглушённый голос Сони: «Стас! Стас…» Всхлипывает… трясёт меня… гладит ладонями по щекам… тишина… темно… дождь капает на лицо… нет… капли тёплые…
Всё размыто… Соня счастливая в лучах солнца… за ней синее море… склоняется, чтобы подарить мне сладкий поцелуй…
Картинка становится отчётливее. Сознание возвращается под мой контроль, и я различаю любимое лицо, склонённое надо мной. Плачет моя девочка…
— Привет… — не обращая внимание на боль, поднял руку и провёл пальцами по её щеке.
— Стас! — приободрившись воскликнула. — Он попал в тебя, — снова всхлипнула.
— Я в норме, — попытался встать. «Сука… больно, мать твою!», — мысленно выругался, скривившись. — Помоги.
Соня потянула меня за руку меня, помогая сесть. Просунув руку под пальто, рванул пуговицы на рубашке и нащупал на спине сбоку углубление в бронике. Давит, блядь…
Рядом с нами выросла высокая фигура в пальто. Хриплый голос, заставил нас обоих поднять головы:
— Вы как? — спросил Бес. — Молодец, что подготовился, — слегка улыбнулся мужчина. — Служил?
Я утвердительно кивнул.
— Разведка?
— Штурмовой отряд.
— Заметно. Выдержка хорошая, — Бес протянул мне руку. Я принял его помощь и поднялся.
Соня обеспокоенно держала меня за плечо.
— Всё нормально, — подбодрил её улыбкой, хотя дышать было трудно. — Подержи, — снял пальто и передал ей в руки.
Стянул рубашку, расстегнул велкро на бронике и с облегчением скинул его на землю. Дышать всё равно было трудно и боль не отпускала. «Видно, ребро сломано», — сделал вывод. Каждый глубокий вдох сопровождался болью, поэтому дышал поверхностно и прерывисто.
Обвёл взглядом пространство вокруг. Парни Соколовского лежали мордами в сырой земле, руки на затылках. Самого пернатого держали под рученьки двое здоровяков Беса. Морда у подонка разбита, вся в крови. Пожалел, что не я это сделал. Так хотелось размочить ему морду, аж руки чесались.
Соня меня не отпускала. Промозглый воздух заставил меня поёжиться от холода. Она накинула мне на плечи пальто, и я надел его на футболку.
— Доедешь? — спросил Бес.
— Я в норме, — кивнул.
— Я могу сесть за руль, — предложила Соня. — Тебе нужно в больницу.
— Разберёмся, — буркнул я, обнимая мою воительницу. — Садись.
— Спасибо, — тихо сказала она, обернувшись на Беса.
Мужчина только слегка кивнул головой и проводил нас взглядом.
«Почему ребята Руслана не действовали? А если бы Соню… Ну, Марк…» — возмутился мысленно. От одной мысли, что Соня могла… пострадать… сердце сжималось невероятной болью. «Ладно, разберёмся на месте», — кривясь от боли в нижних рёбрах справа, сел в машину после того, как Сонечка разместилась за рулём.
— Доброе утро, Станислав Викторович, — радостно поздоровалась девушка, впорхнувшая в мою индивидуальную, коммерческую палату областной больницы.
— Доброе, Варя.
— Время сделать перевязку, — улыбнулась, поставив лоток с перевязочным материалом на тумбочку.
Сел на кровать, спустив босые ноги на пол, и стянул футболку. Начал сам разматывать эластичный бинт. Девушка шутливо-возмущённо на меня посмотрела.
— Не отнимайте у меня мою работу, — улыбнулась, принимаясь за дело.
— Что вы, и в мыслях не было. Просто замаялся я в них.
Склонилась, приблизилась. Разматывая бинт, который стягивал мою грудную клетку, слегка коснулась моей груди своим пышным бюстом в халате. Задержал дыхание, почувствовав неловкость от такой близости. «Что-то сегодня она в чрезмерно коротеньком халатике, а не в брючном медицинском костюме как вчера», — подумал, и она снова слишком тесно приблизилась, что не требовалось. «Значит не показалось…» — вздохнул я.
Переломы на двух рёбрах и три трещины на них же, большая гематома, отёк и сильная боль, мешающая нормально двигаться и дышать, — вот последствия попадания калибра 7,62 с расстояния меньше пяти метров в броник скрытого ношения. Минимум месяц на срастание костей и ещё пару на полное восстановление и возвращение к прежней физической активности. Но надеюсь, что через недельку перейду на домашнее восстановление. Не терпелось уже слинять отсюда, окунуться в близость моей девочки, увидеть и обнять Катёну.
Варя слишком медленно и нарочито заботливо растирала гель для заживления гематомы по моей опухшей бочине. Поднял взгляд на её лицо. Ресницы вспорхнули с томным вздохом. Казалось, сейчас упадёт на меня.
— Поторопитесь, Варя, — спустил её на землю, серьёзным голосом.
Вздохнула.
— Нужно аккуратно и несильно туго наложить повязку, чтобы вам было комфортно, — проворковала, и провела пальцами по моему плечу, груди, перехватив бинт. Снова склонилась, заведя руку с бинтом за мою спину. Отвернулся в сторону и услышал щелчок двери.
— Привет, — обрадовался, увидев Сонечку.
— Привет, мой рыцарь.
Улыбаясь, она прошла в палату, положила сумочку в кресло и стала напротив меня. Как же я был рад её видеть.
— Добрый день, Софья Андреевна, — приветливо поздоровалась медсестра, остановившись.