Прекрасное табу (СИ)
Молчание. Изучение взглядами. Сердце отбивало размеренный ритм. Именно сейчас удалось его утихомирить. Спокойствие противника позволило немного выдохнуть.
— Господин Атаманцев, вы привезли то, что нам нужно?
— Я хочу увидеть Соню, — твёрдо ответил, глядя ему в глаза.
— Успеете, — кинул окурок в огонь. — Покажите.
Поднёс руку к внутреннему карману пальто, и братки напряглись, наставляя на меня дула. Я поднял ладони.
— Спокойно. Диск во внутреннем кармане.
Главный махнул головой ближайшему парню, тот подошёл ко мне и достал из моего кармана жёсткий диск. Нет. Так быстро всё не закончится…
— Где Соня?
Мужик взял из рук своего братка диск и подошёл к одной из перевёрнутых бочек. Только сейчас заметил на ней ноутбук. Ни ответив мне, он вставил диск и сосредоточенно смотрел в монитор, водя пальцем по тачпаду.
— Где Соня?! — снова выкрикнул, обратив его внимание. — Я сдержал слово. А вы?! Вы держите его?!
— Терпение, Станислав Викторович, — спокойно ответил мужчина, внимательно изучая файлы на диске. — Терпение… — повторил тише.
Блядь… не было уже никакого терпения. Сердце снова стало набирать темп. Какое-то неприятное предчувствие и тревога охватили меня. Шумно выдохнул, выпуская пар. За окнами уже виднелись вечерние декабрьские сумерки, значит очень скоро наступит кромешная тьма… Сука… Терпение моё уже было на пределе…
— Гнида, — прорычал мужчина, глядя на монитор.
Я удивился такой реакции: «Что ж он там такое увидел… Неужели не в курсе дел Соколовского?» Все мышцы моего тела напряглись перед предстоящей схваткой. Кончики пальцев от холода стало покалывать. Вся кровь прилила к голове…
Мужчина оторвался от монитора и, повернувшись, внимательно посмотрел на меня. Молча закурил, потёр пальцами брови и, достав телефон из внутреннего кармана кашемирового пальто, набрал кому-то. Отойдя в сторону, пробасил:
— Девчонка не соврала, — слушал ответ собеседника. — У всех. Понял.
«Что тут вообще, на хрен, происходит?!» — мысленно недоумевал я.
— Послушайте… вы меня знаете, а сами не представились, — не выдержал я.
Мужчина с исполинским спокойствием посмотрел на меня. В глазах ни капли ненависти… даже угрозы…. Подошёл ближе, достал пачку сигарет протянул мне. Я отрицательно мотнул головой.
— Моё имя вам ни к чему, Станислав Викторович, — глубоко затянулся. — Соня очень смелая девочка, отчаянная.
Я сглотнул. Вообще ничего не понимал: «Что, мать твою, за игру он ведёт?»
— Что?.. что вы с ней сделали?.. — спросил потухшим голосом, сорвавшимся на хрип.
Мужчина же глянул на одного из своих братков.
— Приведи девчонку, — снова посмотрел на меня. — Дорога вам? — я молчал, а он слегка улыбнулся. — Вижу, что так. Она боец.
С дальнего конца помещения вывели Соню. Её руки были скованы за спиной. Волосы растрёпаны и спутаны. Пальто распахнуто. «Замёрзнет же…» — первое, что пришло в голову. Под глазами тёмные круги… Увидев меня её потухший взгляд сменился радостью.
Я дёрнулся навстречу, и мужчина отступил, не препятствуя мне. Сделав несколько шагов навстречу ей, протянул руки. Сонечка упала в мои объятия, уткнулась лицом в плечо и прошептала: «Стас…» Я прижимал её к себе и не мог надышаться… моя девочка… гладил по волосам… Обхватил руками голову, поднял лицо, посмотрел в глаза… Они блестели, наполненные слезами. Смотрел в них и не мог наглядеться.
Наручники на её руках отстегнули, и она забинтованными руками обхватила меня за шею, снова уткнувшись в плечо. Дрожащим голосом шептала:
— Прости меня… прости… если сможешь… — всхлипнула от слёз.
Сжимал хрупкое тельце, чувствуя её тепло… родной запах… дрожала… прижималась сильнее… моя девочка… сердце сжималось и снова пускалось вскачь… Всё стало неважно… Всё было в прошлом… Ревности больше нет… К черту Соколовского! К чёрту… Я знал, что моя и сердцем, и мыслями, и душой… верил ей… моя… Не отпущу теперь никогда. Закрою на десять замков. Не позволю больше так… ни сказав мне ни слова… теперь только вместе… через всё… всегда…
Прижимая к себе своё сокровище, глянул на мужчину. На его суровом лице играла лёгкая улыбка, утопающая в аккуратно-стриженной бороде с проседью.
— Надеюсь на ваше благоразумие и что вы не поступите опрометчиво с информацией, которая к вам попала, — сказал он.
— Я же всё отдал, — серьёзно ответил, прижимая к себе свою девочку.
— Я предупредил, — одарил меня взглядом, не оставляющим сомнений в серьёзности его угрозы. — Клык, — обратился к одному из своих здоровяков, — проводи.
Не выпуская Сонечку, двинулся на выход. Скорее… скорее оказаться подальше отсюда… увезу её и Катёну подальше пока всё утихнет.
— Берегите её и дочь, — бросил нам вслед мужчина. — Соколовский вам не угроза.
Я остановился. Посмотрев на него, а он продолжил:
— Теперь он перед другими в ответе. Ему будет не до вас.
Интуиция мне подсказывала, что этому человеку можно верить. Он хоть и криминальный авторитет, но из тех, кто держит своё слово и не лишён понятия мужской чести. Не знал, чем Соколовский насолил криминалу, но мне было без разницы. Видимо, этот подонок заигрался, почувствовав себя всесильным. Но на каждого хищника в их безжалостном мире найдётся более сильный соперник, с которым не стоит шутить.
Мы вышли на улицу, и в лицо ударил порыв холодного, пронизывающего ветра. Запахнул сильнее пальто на Сонечке, прижимая к себе, согревая…
Мы уже приближались к машине, когда темноту пронзил яркий свет, появившихся словно ниоткуда и стремительно приближающихся к нам машин. Выбрасывая из-под колёс гравий, они резко остановились по бокам от моего внедорожника. Из них выскочили мужчины, все с оружием. Инстинктивно закрыл Соню собой и ринулся к двери, чтобы спрятать её внутри. Не успел… Резкий удар откинул меня… Соня вскрикнула… её оттащили в сторону, а я получил сильный удар ногой в грудь, который опрокинул меня на землю. Нашего сопровождающего тоже обезвредили.
Поднимаясь, видел только тёмные силуэты в свете фар и услышал знакомый голос:
— Что, мать твою, здесь происходит?! — гневно выкрикнул Соколовский.
Он потянул Соню за волосы, оттаскивая. Не успел… сука… не успел удержать… Он кинул её в руки своим браткам. Двое других в этот же момент подхватили меня, сцепили руки за спиной, одарив сильным ударом в челюсть… под дых…
— Стас! — выкрикнула Соня. — Нет!
«Падла…» — я сплюнул кровь, выпуская горячий пар в зимний воздух.
— Только тронь её, ублюдок! — прорычал я.
— Решили на***ть меня? — бросил мне в лицо, подойдя ближе. Повернулся к Соне и наотмашь дал её пощёчину тыльной стороной руки. Соня только всхлипнула.
— Тварь! Руки убрал! — выкрикнул я, вырываясь из хватки бандюг.
Кровь стучала в висках. Гнев выжигал дыру в груди. Руки чесались разорвать урода. Рычал словно раненый зверь…
— Сука не благодарная! — Соколовский сжал рукой лицо Сони. — Я тебе поверил, пустил в дом… дал тебе всё! А ты… Чего тебе не хватало?! — орал он в бешенстве, снова схватив её за волосы.
— Сам знаешь, ублюдок, — прошипела моя отважная девочка. — Чтобы ты сгнил в тюрьме! Вот чего мне не хватает! Чтобы ты сдох, а я плюну на твою могилу! За то, что убил моего отца, мою маму! — кричала ему в лицо с ненавистью. Зловеще рассмеялась. — Дал мне всё? Ты только брал. Всегда!
Соколовский не ответил. Отпустив её, развернулся и выкрикнул в сторону старого коровника:
— Бес! — достал из-за пояса пистолет и сделал выстрел в воздух.
Десять секунд и в проёме, слабо подсвеченном огнём из бочек, появилось пять мужских фигур с оружием. Они неторопливо приближались. Сопровождающие Беса, направляли свои стволы в нашу сторону. Остановившись в нескольких метрах от нашей «дружной» компании, Бес бросил окурок в сторону. Красный огонёк очертил дугу в темноте, а мужчин осветил свет направленных на них фар.
— Чё разорался? — спокойно ответил Бес.
— Что за х**ня происходит здесь? — в гневе спросил Соколовский. — Какого хера ты сменил место? Ты кинул меня!