Край собачьих следов

– Мне кажется, здесь что-то еще, – в его голосе слышалась уверенность.
– Нет, – поспешно ответила она, – ничего другого.
Лидер выдержал паузу.
– Ладно, дело ваше, – произнес он сухо. – Подумайте по дороге во дворец, что скажете Ее Величеству.
– Вы странный человек, – не выдержала Антис. – Вы расчетливы и бессердечны, но почему же вас беспокоит моя судьба?
– Я не бессердечен, Антис Оклин, – ответил Лидер, нисколько не разозлившись на ее дерзость. – Просто я сижу выше других и потому вижу дальше. Есть то, что я вынужден делать, чтобы простые люди крепко спали по ночам. Но ничто человеческое мне не чуждо. Даже наоборот, я более человечен, чем многие из тех, кто живет там внизу, – он указал рукой на окно. – Поймите, если обыватель не будет уверен, что рядом есть люди, способные защитить от эльфов, способные принять правильное решение в трудную минуту, он перестанет радоваться жизни. Я избавляю Западную Лансию от страха смерти, сильнейшего из всех страхов, и я хочу, чтобы все были счастливы. Я посвятил этому жизнь. У меня ведь, в отличие от вас, никогда не будет семьи.
– В таком случае мне вас жаль.
– Лучше пожалейте своего ребенка.
– Что вы сказали? – Антис подскочила в кресле. – Откуда вы знаете?
– Брилия Фарт поняла это, когда увидела вас в «Падшей сове».
– Так вот почему вы решили со мной встретиться, – сообразила наконец Антис.
– Чей это ребенок? – Лидер перестал ходить вокруг да около.
– Вы не догадываетесь?
– В том-то и дело, что догадываюсь, и потому хочу спасти вас.
– А вы не боитесь, что мой сын вырастет и отнимет трон у дочерей Леории? – с вызовом спросила Антис.
Лидер улыбнулся.
– К тому времени я уже буду не у дел, но дожить постараюсь.
– Вы любите дворцовые перевороты?
– Иногда они необходимы. Но что об этом рассуждать, если ваш сын родится в тюрьме?
– Нашли слабое место и бьете?
– Кажется, теперь я понимаю, почему Хинт так любил вас. Знайте, Антис, я не собираюсь навязывать вам решение, пусть выбор останется за вами. Я сейчас позову стражу, и вас отвезут во дворец. Немного времени по дороге будет, так что думайте.
Антис ничего не ответила. На душе стало тяжело и тревожно. Что же ей делать?
***
В углу что-то зашуршало и стихло. Эри приподнялась и повертела головой, но ничего кроме кучи безмятежно лежащей соломы не увидела. Теперь, когда она снова осталась одна, пришло время подумать, что с ней случилось. Как бездарно был потрачен этот шанс. Редкое везение, что Слэйд с Денни ее вытащили, а она скормила его медведю лысому. Пошла за Дарреном, закрывала глаза на все странности и нестыковки. И ведь даже не скажешь, что он обманул. Даррен делал свою работу, воевал с подпольщиками и, если по-честному, ни разу ни о чем не попросил. Только проявлять осторожность и не высовываться. А что она решила остаться в городе, даже не пыталась выбраться... Это ее решение. И только ее.
Глупо. Как и глупо, в сущности, прожита вся жизнь. Что она увидела за почти шестнадцать лет? И сколько всего могла увидеть…
Эри откинулась на солому и посмотрела в каменный потолок. «И все-таки с этим миром что-то не так», – подумала она. Зачем надо было появляться на свет, если так скоро ее просто повесят за то, чего она не совершала? Анжела все детство говорила про судьбу и предназначение, но Эри ей не верила. Потому что не хотела думать, что миром кто-то управляет. Человек ведь сам выбирает дорогу. И вот теперь она снова вспомнила о судьбе. Кажется, она была права, судьбы никакой нет, но почему-то именно сейчас захотелось, чтобы эта самая судьба существовала и имела на ее счет какие-то виды. А может быть, она просто не хочет думать о том, почему они здесь. Не хочет признавать, что не пойди она в ту ночь с Грионтом, их, наверное, не нашли бы, а если бы и нашли, то не так скоро. Ведь парень перехватил ее в переулке. В какой именно квартирке они прятались, он тогда еще не мог знать. А обижаться на Антис было по-детски. Глупо. Другая, мудрая Эри так бы не поступила.
 
В углу снова зашуршало. Она лениво перевела взгляд и увидела, как из-под соломы выглянула острая белая мордочка. Крыса подергала розовым носиком и шмыгнула в противоположный угол.
– Хорошо тебе, – вздохнула Эри, – бегаешь, копошишься, и ничего тебе больше не нужно.
Размышления прервали тяжелые шаги тюремщика.
– Найт! – крикнул он, отпирая дверь. 
Поднявшись на ноги, она сложила руки за спину.
– Пошли! – грубо сказал мужчина, толкнув в плечо.
Ее провели в тесную допросную комнату, все убранство которой составляли стол и четыре стула. Стражник велел сесть на тот, что стоял напротив других, и положить руки на колени. После чего перетянул ее запястья веревкой.
– Это лишнее, – сказала Эри, но тот, казалось, не слышал.
Как только тюремщик исчез из виду, в допросную проследовали трое мужчин. Один из них прошмыгнул мимо, как та крыса в камере, и уселся за стол. Развернув лист бумаги, он достал из сумки перо и чернильницу. Двух других она знала.
– Петро! – обрадовалась Эри. Младший лейт сдержанно улыбнулся, что, однако, не ускользнуло от взгляда Рикки, шедшего сразу за ним.
– Вы знакомы? – спросил он.
– Я уже допрашивал ее, – пояснил Петро Дриг и устроился напротив. Эри перевела взгляд на хмурое лицо Рикки. 
Если судьба и существует, то только как злой рок. Почему именно он здесь? Засвидетельствовать ее унижение, как будто недостаточно было того предательства в детстве?
– Почему я все время с тобой сталкиваюсь? – возмутилась Эри, на мгновение забыв, где они находятся.
– Вы, я вижу, тоже знакомы, – заметил Петро Дриг.
– В одной деревне выросли, – ответил Рикки и поморщился так, словно ничего неприятнее и быть не могло.
– Может быть, приступим? – подал голос писарь.
Рикки сел рядом с Петро.
– Итак, – начал младший лейт, – вы признаете себя виновной в убийстве короля Лансии Хинта Бруно?
В руке писаря заскрипело перо.
Младший лейт Петро Дриг (ПД): Вы признаете себя виновной в убийстве короля Лансии Хинта Бруно?
Обвиняемая Эриал Найт (ЭН): Нет, я этого не делала.
ПД: Вы признаете, что бежали из-под ареста?
ЭН: Признаю. Меня должны были казнить за то, чего я не совершала.
ПД: Кто помог вам бежать?
ЭН: Друзья.
ПД: Назовите их имена?
ЭН: Вы же и так знаете.
ПН: Это для протокола.
ЭН:Денниард Эль и Слэйд.
ПД: Почему вы остались в Толлгарде?
ЭН: Мы хотели доказать свою невиновность.
Представитель Рыцарей Служения Рикки Хартон (РХ): Каким образом?
ЭН: Не знаю, просто надеялись, что что-то сделаем.
ПД: Вы остались, чтобы совершить какое-то другое злодеяние?
ЭН: Нет.
ПД: Что вам посулили за убийство короля?
ЭН: Я же сказала, что не убивала его! 
ПД: Если вы сдадите нам тех, кто сдал вас, ваши муки будут облегчены.
ЭН: Повторяю, я никого не убивала, и никто мне этого не приказывал.
РХ: Какие отношения у вас с Дарреном Тигром?
ЭН:
– А это не твое дело! – дернувшись, воскликнула Эри.
– Тихо, тихо! – Петро поднял правую ладонь и выразительно посмотрел на девушку.
– Вы ничего не добьетесь, – она откинулась на спинку стула.
– Зря ты так, – вздохнул Рикки. В его глазах отражалась непонятная мука. – В твоих же интересах все рассказать.
– Да иди ты к медведю лысому!
– Ладно, Эри, будет тебе, – попытался успокоить ее Петро. – Разве сложно ответить? Тебе же не впервой, ну?