Курск 1943: Величайшая битва Второй мировой войны

Однако Гитлер был не единственным, кто вновь и вновь высказывал сомнения в успехе плана «Цитадель». 1 июня 1943 года Манштейн в своем письме в ОКХ также высказал сомнения о целесообразности проведения операции «Цитадель» в настоящее время. Манштейн предложил лучше ударить далее широким фронтом, с тем чтобы обойти советские оборонительные укрепления, а именно в направлении Касторного. В качестве другой альтернативы Манштейн предлагал вообще отказаться от наступления и выждать начала действий со стороны Красной Армии, а затем ударить из эластичной обороны. Хотя Цейтцлер и не отклонил предложение Манштейна о широкомасштабном наступлении на Касторное, но он захотел удостовериться, в состоянии ли группа «Центр» взаимодействовать в этом масштабном наступлении, что однозначно не подтвердилось. Вместо этого командующий группой армий «Центр» 19 июня 1943 года представил доклад, решивший исход дела по проведению операции «Цитадель». В докладе Клюге подчеркнул, что в любом случае предстоит иметь дело с советским наступлением и лучшей мерой по противодействию ему было бы собственное наступление в рамках операции «Цитадель», которую необходимо провести как можно скорее.
  
На следующий день в группы армий «Центр» и «Юг» поступили телеграммы из ОКХ: «Фюрер принял решение о проведении операции “Цитадель“» [68]. 25 июня Гитлер установил окончательный срок начала наступления — 5 июля 1943 года.
Однако почему наступление было начато так поздно? Являлось ли причиной ожидание Гитлера поступления новых танков и штурмовых орудий, применение которых могло оказать решающее влияние, как это часто представляется в литературе? Или другие причины сыграли свою роль?
  
«Это наше наступление стало еще одним, которого пришлось ждать» [69]. — Переносы сроков начала наступления
 
Первой датой начала наступления «Цитадель» было определено 1 мая 1943 года. Однако этот срок почти сразу был поставлен под сомнение. Уже 12 апреля 1943 года штаб группы армий «Центр» в своем проекте оперативного плана наступления указал в качестве самой ранней даты 10 мая и при этом добавил: «Любое ухудшение погодных условий, включая имеющееся в настоящее время, задержит подготовку к наступлению на соответствующий период времени, особенно это касается подготовки танковых частей. Исходя из имеющегося опыта, не представляется возможным осуществить в полном объеме поставки до указанного срока необходимого вооружения, в особенности танков, а также потребных резервов. Исходя из этого, желательно определить в качестве начала наступления срок 15 мая» [70]. Верховное командование Сухопутных войск отвергло предложение о сдвиге срока на середину мая и довело до группы армий «Центр» указание о необходимости придерживаться ранее установленной даты. 14 апреля начальник штаба группы армий «Центр» генерал-лейтенант Кребс позвонил начальнику штаба 9-й армии полковнику Харальду Эльверфельдту и довел до него это решение. Эльверфельдт, чей штаб и являлся автором этого проекта, заявил, что столь ранний срок — 1 мая приведет к «усугублению и без того непреодолимых трудностей» [71]. Из-за необходимости пополнить войска и провести обучение новобранцев в качестве самого раннего срока начала может быть определено 10 мая. Даже если отказаться от достаточного обучения и пополнения войск, наступление ранее 5 мая просто невозможно. В этот же день, 14 апреля, в Харькове состоялось совещание, в котором приняли участие генерал Кемпф и много подчиненных ему генералов. Генерал Кемпф высказал мнение, что наступление «Цитадель» из районов расположения группы армий «Юг» не может быть проведено ранее 10 мая.
Однако Гитлер отмел возражения и в своем приказе № 6 от 15 апреля определил в качестве самого раннего срок начала операции — 3 мая 1943 года [72]. Все, на что он согласился, была двухдневная отсрочка. С этим не смогли смириться командующие группами армий и армиями. 20 апреля 1943 года они получили возможность еще раз выступить со своими соображениями.
В этот день состоялось совещание в ОКХ между Цейтцлером, Хойзингером и начальниками штабов групп армий «Центр» и «Юг» генералами Кребсом и Буссе. Как Кребс, так и Буссе настаивали на предоставление более продолжительной отсрочки, поскольку завершение подготовки к наступлению в установленные сроки было невозможным. Цейтцлер обещал обоим генералам довести их точку зрения до Гитлера. Однако Гитлер вновь отказал в переносе сроков. Вечером 20 апреля Кребс позвонил командующему 9-й армией генерал-полковнику Моделю и сообщил, что ОКХ не может обеспечить пополнение, запрошенное Моделем, и не хочет сдвигать сроки начала наступления. На что Модель ответил взрывом ругательств и заявил Кребсу, что он не готов проводить наступление в таких условиях. Если остаются прежние сроки, цели наступления должны быть приближены территориально. А если все же необходимо придерживаться утвержденного плана, он потребовал переноса срока на 15 мая и дополнительных поставок вооружения. В противном случае он снимает с себя ответственность за успех операции «Цитадель», и ОКХ должно найти для 9-й армии нового командира. Модель немедленно подготовил соответствующую телеграмму, которую штаб группы армий «Центр» переправил в ОКХ. Хотя Модель не добился сдвига срока, однако 23 апреля ему позвонил Цейтцлер и проинформировал, что его армия в течение ближайших дней получит подкрепление, в том числе — 135 танков и штурмовых орудий. Модель успокоился и стал смотреть на операцию «Цитадель» более оптимистично. Однако теперь уже группа армий «Юг» стала вновь оказывать сопротивление слишком ранним срокам начала наступления. 24 апреля она запросила у ОКХ перенос срока на 5 мая, поскольку ранее этой даты было невозможно подтянуть все ударные подразделения. На этот раз Гитлер уступил и 26 апреля перенес срок начала операции на 5 мая.
Если до этого к затяжке начала наступления приводили оперативные и тактические причины, например, такие как погодные условия, имелись и стратегические причины, которым придавалось мало значения в литературе. По большей части игнорировалось то, что генералы были сфокусированы на оперативной обстановке на своем участке фронта, в то время как мысли Гитлера определялись общей ситуацией. Поэтому его соображения далеко не всегда определялись чистым упрямством, иногда они являлись взвешенными стратегическими выводами. Конец апреля был ознаменован очевидным поражением немцев и итальянцев в Северной Африке. Как полагал Гитлер, после победы в Северной Африке западные союзники высвободили значительное количество своих ресурсов для высадки как в Италии, так и на Балканах. Поэтому он хотел провести наступление на Восточном фронте как можно скорее, с тем чтобы после успеха на востоке, собрать резервы для использования на других фронтах. По этой причине Гитлер постоянно отклонял требования своих командующих о переносе операции на середину мая. Гитлер полагал, что операция обязательно должна быть проведена в начале мая и завершена до окончательного поражения в Северной Африке.
Однако его надежды были перечеркнуты генерал-полковником Моделем. 27 апреля Модель прибыл в Оберзальцберг для награждения Рыцарским крестом с мечами и получил возможность лично доложить свое мнение о предстоящей операции. Он продемонстрировал Гитлеру данные аэрофотосъемки на участке перед 9-й армией, на фотографиях была хорошо видна система советских оборонительных сооружений, которая имела глубину 20 км и была хорошо укреплена. Быстрый прорыв через такую оборону, как сказал Модель, невозможен. Вообще-то атаковать и прорвать ее можно, но на это потребуется шесть дней. Однако шесть дней для группы армий «Центр» были определены как то время, за которое должна была быть проведена вся операция «Цитадель». При этом два дня были отведены на прорыв советских оборонительных сооружений, а оставшиеся четыре дня — на захват Курска.